Сергей Панасюк: Как распознать опасную УК

Проворонила ли мэрия банкротство УК «Жилстройсервис»? Что отвечает заммэра по ЖКХ на обвинения в личной заинтересованности и лоббизме? Когда жилищная инспекция начнет штрафовать владельцев квартир за ненадлежащее содержание своего имущества – многоквартирного дома? Какая форма управления жильем самая оптимальная? На вопросы «ТН» отвечает заместитель мэра по ЖКХ Сергей Панасюк.

Проявление конфликта

— Сергей Яковлевич, начнем с последней горячей темы: ряд управляющих компаний недовольны, что мэрия настоятельно предложила им заключить договор с Единым расчетно-кассовым центром (ЕРКЦ). УК говорят, что печать платежек у них выходит дешевле, чем в ЕРКЦ.

— Сегодня платежка в ЕРКЦ стоит 2,14 рубля, а самая дешевая в УК – порядка 2,5–3,5. Дайте мне отчет любой УК, и я, как бывший жилищник, покажу, где лежат деньги на печать квитанций — они прячут эту услугу в другие виды: бланки, паспортный стол… С ЕРКЦ работать дешевле: он не зарабатывает на платежках. И в финансовые потоки мы не лезем — деньги ТСЖ и УК на счета ЕРКЦ не заходят. Задача мэрии другая: сделать УК прозрачными, наладив систему мониторинга.

Сегодня законодательство почти исключает влияние муниципалитетов в сфере обслуживания жилья, но жители все вопросы адресуют мэру и администрации города — в департамент ЖКХ за месяц поступает 1,5-2 тысячи обращений томичей по жилищной теме. Что нам отвечать гражданам? УК три года занимались чем хотели, и тут вдруг муниципалитет сказал: ну-ка, откройте карты — что за платежи людям выставляете? Словом, мы видим свою задачу в том, чтобы своевременно подсказать людям, где есть проблемы, вот и все.

— Считаете, УК просто не хотят оказаться под контролем?

— Сравните: с ЕРКЦ работают около 100 ТСЖ: их никто не упрашивал, не заставлял, а вы слышали от них претензии к ЕРКЦ? Я не слышал.

— Антимонопольный комитет встал на сторону УК. И теперь, опираясь на это решение, управляющие компании от вас «побегут».

— Не побегут.

— У вас есть механизмы их заставить?

— Не собираемся закручивать гайки, а убеждаем собственников жилья, чтобы они принимали такие решения. Во всех крупных городах такие центры существуют.

Ждите банкротства

— «Три года УК занимались чем хотели», — только что сказали вы.

— С 2005 года мы сознательно отпустили сферу обслуживания жилья, чтобы появился первичный рынок. И сейчас в Томске вместо 14 ЖЭУ 53 УК. Но теперь мы пришли к стадии, когда мэрии надо знать, в каком положении компании и какая завтра может обанкротиться, чтобы защитить людей. Вот обанкротился «Жилстройсервис»: жители потеряли не один миллион рублей — ничего у банкрота не высудить. Хотя мы догадывались, что там происходит.

— Знали, но молчали?

— Мы ничего не могли сделать: вся база данных – картотека, регистрация граждан — в частной компании. Нам она была недоступна. А чтобы созвать собрание и предложить гражданам поменять УК, надо знать, кто проживает в доме.

— Были муниципальные ЖЭУ, у которых была вся база данных. Почему она вдруг стала для мэрии недоступной?

— Базы данных никогда не было в мэрии, сведения были в муниципальных предприятиях. Дальше эти компании закрывались, открывались новые…

— Будут еще банкроты среди УК?

— Потенциальные банкроты — УК, которые обслуживают менее 200 тыс. кв. метров жилья. С такими объемами они не смогут платить полноценную зарплату профессионалам, начнут нанимать дешевую рабочую силу, урезать расходы. А когда теряется качество, начинаешь терять клиентов…

— Сколько у нас таких компаний? Как будут развиваться события?

— Около половины. Думаю, через 4-5 лет в Томске останутся 5-6 крупных компаний.

И, полагаю, цивилизованно никто с рынка уходить не будет, как правило, это будут банкротства.

— Эти компании понимают, что они не жильцы на рынке?

— Мелкие УК пытаются набрать себе домов — идет политика выживания.

— Уточните – выживания конкурентов или собственного?

— Конкурентов.

— А какие УК более устойчивы?

— Те, которые имеют несколько видов бизнеса. Любая компания должна иметь оборотные средства: чем их больше, тем она более жизнеспособна. Компании, которые занимаются только обслуживанием жилья, менее привлекательны.

— Что еще должно настораживать граждан?

— Если УК в течение четырех лет не повышала тарифы на обслуживание жилья хотя бы на уровень инфляции – это очень серьезный индикатор. Поясняю: мэрия сегодня к тарифам на ЖКУ отношения не имеет (исключение – вывоз ТБО и лифты, которыми занимаются муниципальные предприятия), при этом у большинства УК действуют тарифы, принятые еще давним постановлением мэра. Это значит, что УК не могут доказать собственникам жилья необходимость и обоснованность повышения тарифов – доказать статьи затрат, убедить в необходимости проведения ряда работ. В итоге это означает, что работа УК непрозрачна – мутная вода… И все это, естественно, негативно сказывается на состоянии жилого фонда.

Все сказанное относится и к тем УК, которые записали в договор положение, что могут в одностороннем порядке менять тарифы (такие незаконные факты есть). Не понимаю, как жители, не читая договора, это подписали…

— Иные примеры есть?

— Всего одна УК – «Жилище» — законным образом подняла тариф: доказала на фактических объемах работ, что нужно его менять. По каждому дому тариф изменен по-разному.

— Там тоже у людей претензии…

— Собрание по тарифам проводилось в форме печатного опроса — на квитанциях за ЖКУ. Сейчас некоторые люди предъявляют претензии: «Мою подпись подделали!» У меня встречный вопрос: почему эти люди не проставили свое «против» или «за», а равнодушно пропустили вопрос для голосования?

Обязанность собственников

— Выше вы фактически сказали, что половина граждан столкнется с банкротством своего УК. Граждане этого заслуживают?

— Я как-то задал вопрос жилищной инспекции: сколько предписаний они выписали собственникам жилья в многоквартирных домах за ненадлежащее содержание имущества? Ответ знал заранее – ни одного. Инспекция всегда составляет акт нарушения на УК, а компания отвечает: высшая инстанция — собрание собственников жилья — утвердила такой тариф… Все – приплыли. Собственники квартир до сих пор по-настоящему не осознали, что это они назначают тарифы за ЖКУ и несут юридическую ответственность за содержание дома. Поэтому и тарифы на обслуживание жилья не меняются.

— И УК, кстати, это подогревают? У нас же, по сути, обслуживающие организации, а не настоящие УК?

— Да, полноценная УК должна отвечать за все – тепло, воду, электроэнергию, начисления… Владелец жилья должен прийти в одно место и решить все вопросы. А у нас что происходит: компания должна купить тепло, но она покупает его не для себя, а для потребителя – за рубль купил, за рубль отдал. Почему? С советских времен никто ничего не считал — трубы огромного диаметра, регулирования нет, неплательщики… И чтобы не обанкротиться, жилищники стали подводить дома к непосредственной форме управления: они нашли легкую лазейку, жители на это пошли.

— А когда собственник созреет? И созреет ли вообще?

— Когда государственная политика приведет к тому, что за все отвечает собственник. Но пока законодательство очень дырявое: собственник настолько защищен, что забрать у него имущество, которое он не может содержать, нереально. Два случая в городе за все время. В итоге многие граждане, кому положены льготы и субсидии, даже в соцзащиту ленятся сходить: считают, что с ними ничего не сделают, и можно копить долги…

— Это их форма защиты…

— За счет исправных плательщиков! По законодательству спустя три года энергетики имеют право включить накопившуюся просроченную задолженность в тариф. Почему человек должен платить, фактически второй раз, за неплательщика? Пусть у неплательщика забирают имущество.

— А вот УК или ТСЖ бесполезно признавать банкротом – у них нет никакого имущества, которое можно забрать на покрытие долга…

— Я же говорю — законодательство лоскутное. И в этих условиях энергетики вынуждены действовать не совсем законным способом: пока дом полностью не рассчитается, тепло не включат.

— Но при этом вы утверждаете, что ТСЖ – лучшая форма управления домом…

— Я считаю, что наиболее эффективная форма — ТСЖ плюс УК. ТСЖ, как правило, нанимает одного сантехника, электрика: что-нибудь случилось, а сантехник болеет… А вот ТСЖ плюс УК — шикарный симбиоз. При правильном отношении грамотного председателя ТСЖ.

— Знаем председателя, который в новом доме за год «заработал» 2,5 миллиона долгов.

— Его собственники жилья выбрали и наверняка знали, что он делает… Мы со своей стороны стараемся учить председателей ТСЖ.

А судьи кто?

— Итак, полноценных УК нет. Полноценных собственников мало. И мэрия решила быть активным арбитром.

— Мы сейчас задействуем для мониторинга все структуры – ЕРКЦ, МП «Томсктехнадзор», оперативно-дежурную службу 112, департамент ЖКХ, отдел мониторинга жилищного фонда, комитет по жилищной политике. Принято решение: раз в квартал «мониторить» УК — создать стартовый банк данных и затем отслеживать динамику. Уже проводим балансовые комиссии для УК. Подчеркиваю: мы им сказали — можете не приходить, но если не пройдете через балансовую комиссию, это отразится на результатах официального рейтинга.

— Когда появится этот давно обещанный рейтинг, по сути, предупреждение жителей об опасности банкротства каких-либо УК?

— Есть распоряжение Николайчука, которое предписывает проведение большой работы. Будем оценивать ряд серьезных показателей, в том числе количество обращений в администрацию и жилищную инспекцию в пересчете на тысячу квадратных метров с учетом качества жилья. Начали проводить фактически социологический опрос – на квитанциях «Водоканала» напечатали опросник: проводилось ли в доме собрание по выбору УК, довольны вы ее работой или нет. Кстати, первый «звонок» – уровень платежей: чем хуже УК работает, тем меньше процент оплаты. Приходим с проверкой в дом: люди готовы платить, но просто пока не за что!

Взяли отчеты УК: МП «Томсктехнадзор» по ним выезжает и проверяет цены, объемы, качество работ. Объедем все 53 компании. Кстати, никто не мешает собственникам жилья самим обратиться к любому аудитору для проверки необходимости, цены и качества работ. Хотя… некоторые УК, несмотря на то, что у них на обслуживании есть муниципальные квартиры, наших людей не впускают! Мы, как собственник муниципальных квартир, не можем проверить отчет УК.

— А ваши чиновники прямо идеальные…

— Нет. Вот мы говорили, что ТСЖ — самая эффективная форма управления, а есть уполномоченные в районных администрациях, которые, к сожалению, при голосовании за создание ТСЖ «воздерживаются». Наказываем этих людей. Вообще, все полномочия по муниципальному фонду – в районных администрациях. Но сейчас мы обязаны вклиниваться в эту ситуацию — видим, что многие проблемы не решены. Сидят «князьки» в районных администрациях, у каждой УК – свои лоббисты… Мы должны эту систему разрушить.

— Самое время сказать, что вас самого нередко обвиняют в личной заинтересованности, лоббировании своего бизнеса…

— Да, приходится слышать: «Панасюк свой жилищный бизнес имеет и потому вмешивается». Как только коснулось создания ЕРКЦ, вдруг появились вопросы, жену мою приплели… Ну есть «грех» — вышел я из жилищников, что дальше? Факты назовите, что Панасюк кого-то лоббирует!

— Средств по капитальному ремонту «Жилищу» дали больше остальных УК.

— Посмотрите, как эти средства поделены по районам – пропорционально от площади жилого фонда. В Советском районе реально четыре жилищные компании, из них самая крупная — «Жилище». Второй момент: решение принимал не Панасюк, а комиссия на открытом заседании — можно было присутствовать. Еще посмотрите качество оформления документов у разных УК: надо сначала научиться готовить документы, а потом предъявлять претензии.

— Может, вы помогли «Жилищу» подготовить документы, а другим не помогли?

— Там нормальная команда, которая без меня работает неплохо. Вообще, до прихода в мэрию я создал (а потом передал жене) много разных бизнесов — начиная от программирования и заканчивая грузоперевозками. И что? Просто я в свое время не сидел сложа руки, работал. Я абсолютно чужой человек в Томске — приехал из Киргизии. Работать начинал водителем-экспедитором, сегодня я кандидат наук. Завтра жена, может быть, игрушками будет торговать – опять я лоббист? И еще я понимаю, что пришел в мэрию не на всю жизнь.

— А на сколько?

— Как попросят уйти — уйду.

 

ПРЯМЫЕ ВОПРОСЫ

В конце июня исполнится год с начала формирования новой команды «Красного дома». Об итогах этого года есть разные точки зрения – оценки нередко диаметрально противоположные.

«ТН» решили попытаться и предложили ряду ключевых фигур мэрии ответить на прямые и порой неудобные вопросы.

Предложение было принято. И сегодня «ТН» представляет первый материал серии. Для затравки мы выбрали заместителя мэра по ЖКХ Сергея Панасюка, так как по его сфере ответственности в течение всего года и сегодня было, пожалуй, самое большое количество вопросов и претензий.

Затем вопросы будут заданы другим «проблемным чемпионам» — заместителю мэра по развитию города Евгению Паршуто, заместителю мэра по информационной политике и связям с общественностью Алексею Севостьянову и, наконец, и.о. мэра Николаю Николайчуку.

 

«Собственники квартир до сих пор по-настоящему не осознали, что это они назначают тарифы за ЖКУ и несут юридическую ответственность за содержание дома».

«Если УК в течение четырех лет не повышала тарифы на обслуживание жилья хотя бы на уровень инфляции – этот факт должен насторожить граждан».

«Все полномочия по муниципальному фонду – в районных администрациях. Сидят «князьки» в районных администрациях, у каждой УК – свои лоббисты… Мы должны эту систему разрушить».

  • «Думаю, через 4-5 лет из нынешних 53 УК в Томске останутся 5-6 крупных компаний. И, полагаю, цивилизованно никто с рынка уходить не будет, как правило, это будет банкротство», — заявил «ТН» Панасюк.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *