Супруги Ольга Морозова и Сергей Сысоев создали прецедент: суд принял решение в их пользу 100 тыс. рублей за открытый люк на проезжей части.
В начале 2007 года молодые супруги ехали по ул. Белинского. Один из люков на проезжей части оказался открытым — его крышка так ударила по днищу «Тойоты», что нанесённый машине ущерб, по оценке экспертов, составил 100 тыс.руб. Именно эту сумму в качестве возмещения материального вреда и заявили в исковых требованиях Сысоевы.
Различные ДТП и инциденты из-за открытых люков на проезжей части давно уже стали для Томска практически обыденностью, а вот cудебный процесс Сысоевых — редчайший. Потому что, как правило, пострадавшие до суда не доходят — не верят, что в тяжбе с коммунальщиками можно победить. Однако…
Сейчас эта тема особенно актуальна: неделю назад охотники за цветным металлом оголили почти 160 колодцев, и сегодня далеко не все коммуникации закрыты, а это значит, что риск попасть в западню для горожан велик.

На месте происшествия

— ДТП, где наша «Toyota Tercel» сильно пострадала, произошло в начала 2007 года, — начинает рассказывать Ольга Морозова. – Мы с мужем ехали по ул. Белинского в сторону пр. Кирова – я за рулем, он как пассажир. Было темно, и вдруг по днищу машины резкий удар. Мы не сразу поняли, в чем дело. Но, как только вышли из машины, картина стала абсолютно понятной: на дороге люк, он был приоткрыт — крышка стояла на ребре под углом 40 градусов, когда мы проезжали, колодец оказался как раз между колес. Мы зацепили крышку, и она ударила по днищу, разбив карбюратор и существенно повредив двигатель. О мелких последствиях уже и не говорю. Масло текло, автомобиль ехать «отказывался».

Супруги сразу вызвали сотрудников ГИБДД. И поскольку никаких правил они не нарушали (ехали максимум 40 км в час: участок от ул. Карташова до пр. Кирова вообще проблемный — стройка, забор выходит прямо на дорогу), а ущерб оказался существенным, на месте решили – будут обращаться в суд. И сразу сделали первый шаг на этом пути.

— Для суда, как известно, нужны свидетели, — продолжает Ольга. — Пока ждали ГИБДД, за этой поддержкой мы и обратились к очевидцам. Одним из свидетелей стал охранник магазина — торговая точка находится в доме, напротив которого произошло ДТП.

— Он так и сказал: «Ну, опять кто-то попал», — добавляет Сергей. – С его слов, люк был открыт не первый день, и наша авария тоже оказалась не первой, но судиться наши предшественники не решились. Вторым свидетелем стал житель дома напротив: он услышал удар и вышел полюбопытствовать. Мы очень благодарны этим людям, ведь они нашли время, чтобы поддержать нас в суде.

Первый суд

Сотрудники ГИБДД, приехавшие на место, картину произошедшего увидели по-своему:

Инспекторы составили протокол об административном правонарушении, в котором зафиксировали, что я, управляя машиной, при виде преграды на дороге не предприняла никаких действий, чтобы объехать ее, — рассказывает Ольга. — Конечно, такой вердикт ГИБДД вызвал у меня недоумение: что значит «не предприняла»? Если бы увидела этот люк, конечно бы объехала — зачем мне портить свою машину?

Вердикт ГИБДД удлинил судебный путь Сысоевых.

— Сначала нам предстояло отменить в суде протокол об административном правонарушении, — поясняет Ольга. — Исковое требование было рассмотрено: представители ГИБДД на процесс не явились, заседание состоялось без их участия. Суд вынес решение в нашу пользу: согласился, что авария произошла потому, что эксплуатирующая организация допустила такую ситуацию — не закрыла люк, не поставила ограждение.

Второй суд

После первой тяжбы последовала более серьезная – о возмещении ущерба с эксплуатирующей организации. Чтобы подать этот иск, супругам предстояло сначала официально оценить ущерб и узнать, кого указывать в качестве ответчика.

— Написали запрос в городское имущественное казначейство и получили ответ, что тот самый коммуникационный люк – собственность города и находится в аренде у ТКС (если кто успел забыть эту аббревиатуру – «Томские коммунальные системы». – Прим. авт.), — продолжает рассказ Сергей. — Поэтому в качестве ответчиков в иске указали мэрию и ТКС. Но юрист мэрии, единожды явившись в суд, заявил: согласно договору всю ответственность несет арендатор, и далее ответчик был уже один — ТКС. Сам суд не раз откладывался: коммунальщики ни разу не явились, в итоге дело было рассмотрено без их участия. Решение в нашу пользу – взыскать с ТКС почти 100 тыс. рублей (на ремонт авто и расходы на адвоката).

Итак, первый прецедент состоялся.

Ответчик – банкрот

Продолжением истории стал второй прецедент.

— Мы, потратив немало времени и сил, стали победителями в суде, и все же терпим поражение, — говорит Сергей. – Недавно от судебных приставов получили пакет документов: в отношении ТКС введена процедура банкротства, а далее две новости: хорошая — наша семья включена в реестр кредиторов, плохая – мы последние в этом списке. До нас ТКС должны выплатить долги другим трем сотням кредиторов в общей сумме более 1,2 млрд. рублей… Наши 100 тысяч – последняя капля в этом море.

Все правильно сделали

— В Томске бытует стереотипное мнение, что судиться с коммунальщиками – себе дороже, — подводит свой итог Ольга Морозова. – И на наши судебные перспективы с пессимизмом смотрели и свидетели, и даже адвокаты (защитника мы нашли далеко не с первой попытки). Да и сами, признаться, часто сомневались, что решение будет в нашу пользу. Сейчас понимаю: ошибались — судиться в подобных ситуациях необходимо, а выиграть — вполне реально. Просто нам не повезло — мы попали на момент, когда ТКС сворачивало свою деятельность.

 

комментарии

Наши полномочия закончились

Владислав Скорик, заместитель руководителя Управления службы судебных приставов по Томской области:

— Судебные приставы прекратили исполнительное производство по делу Сысоевых потому, что на ТКС как раз началось конкурсное производство (по сути, распродажа имущества), согласно закону, как только начинается конкурсный этап, полномочия приставов прекращаются. Дальнейшие действия (выплата задолженностей по реестру кредиторов) зависит только от арбитражного управляющего (на ТКС назначен новосибирский управляющий Сергей Лебедев). Конечно, если реально смотреть на вещи, то у Сысоевых шансов получить свои деньги очень мало – сначала зарплата, налоги… всего более 1 млрд. рублей. Вообще, сильно сомневаюсь, что управляющий найдет у банкрота имущество на столь солидную сумму.

 

Когда Ольга на машине угодила в люк, она была на 7-м месяце беременности.

С тех пор Морозова за руль не садится…

 

Судебный процесс Сысоевых прецедентен вдвойне. Во-первых, других подобных дел суды Томска не видели. Во-вторых, Ольге и Сергею «повезло» столкнуться с банкротом: — Выиграв, мы все же терпим поражение, — говорит Сергей.

 

Недавно от судебного пристава Ольга Морозова и Сергей Сысоев получили официальный документ, в котором сообщается: Сысоевы включены в список кредиторов ТКС, но, увы, в реестре они последние: после 278 сотрудников ТКС, дожидающихся от банкрота заработной платы, 33 различных организаций и других 35 взыскателей. 100 тысяч рублей Сысоевых в более чем миллиардном долге ТКС — последняя капля в море.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

54 − = 44