ПРИЗНАК ОПЕРА

  • «Да это профессиональная деформация, и произошла она у меня уже давно. В лицах прохожих пытаешься разглядеть черты людей с ориентировок, стараешься не пропустить ни одной детали. Но пока я в этом ничего плохого не вижу. А в профессиональном плане помогает. Поэтому, наверное, и в кино с женой ходим не как все…» – размышляет Юрий Максимов.

 

Майор Максимов на сломанных ногах догнал преступника

И вот бежим мы как две хромые утки – он, припадая на одну ногу, а я – на обе, – шутит майор милиции Юрий Максимов, рассказывая об одном из эпизодов задержания преступника. – Бежим, и мне кажется, он уже понял – нет у него шансов уйти…

Шутит оперативник с койки в палате хирургического отделения больницы скорой медицинской помощи. У Максимова перелом двух тазовых костей. Травма сложная: врачи говорят, что с такими переломами даже просто на ноги встать трудно, а бежать – это вообще из области очевидного-невероятного. Максимов пробежал минимум 100 метров.

У преступника, вслед за которым, выпрыгнув из окна второго этажа, гнался оперативник, тоже переломы – колена и лодыжки. Задержанный находится в больнице СИЗО – в тот день, 26 ноября, майор из последних сил смог сделать рывок и настиг беглеца.

Вчера в УВД принято решение поощрить майора Максимова правами начальника УВД (премирование). В 2009 году таким образом поощрены 597 сотрудников, но в управлении подчеркивают: этот случай выбивается из общего числа, и поступок оперативника достоин отдельного внимания.

 

Обычный рабочий день

– А что рассказывать? Каждый день кого-то задерживаем. Правда, с такими последствиями впервые, – отнекивается Юрий Максимов.

Наша беседа поначалу не клеится: в палате еще пятеро пациентов, и после первого же моего вопроса они прекращают свои разговоры, превратившись в пять пар ушей. Присутствие невольных слушателей Юрия напрягает. Не привык. Да и вообще работа сотрудника УГРО обычно скрыта от посторонних глаз.

– Обычный рабочий день. Шел в управление, а тут звонят: «На адрес ехать нужно – жулика там засекли», – с неохотой, но все же начинает рассказывать оперативник.

Прятки-догонялки

Дверь в квартире по ул. 5-й Армии, 26, где, по информации оперативных служб, прятался находящийся в розыске осужденный, сотрудникам милиции никто не открывал. Но цепкий взгляд опера фиксировал детали, незаметные обывателю.

– Видно же, что к дверному глазку кто-то подошел: начались какие-то мельтешения, потом тишина, а вскоре как ни в чем не бывало девушка открыла дверь. Сразу можно выстроить цепочку развития событий: не ответили на звонок специально, в это время в квартире точно что-то происходило. Со слов девушки, в квартире она была одна. Как и положено, осматриваю жилище и нахожу нашего подопечного: лежит в трусах, отдыхает, но только внутри дивана, а не на нем. Это, кстати, не самое оригинальное убежище, куда прячутся жулики. Некоторые и в холодильниках переждать пытаются.

Дальше, вспоминает Юрий, «клиент», словно осознавая, что деваться некуда, начал не спеша натягивать штаны. А его сожительница стояла у окна и задавала оперативнику вопрос за вопросом. Позже майор, конечно, понял – это была часть тактического плана парочки: заговаривая зубы, девушка резко открыла окно, и в него мигом сиганул ее Ромео.

– Я – за ним. А что еще оставалось делать? Это же очевидно: если мы через двери – он точно уйдет, – еще раз прокручивая в голове события, продолжает Юрий. – Только вот местность мне была незнакома. Парень-то знал, что под окнами груда битых кирпичей, снегом припорошенная. А я не в курсе, ну и… приземлился. Замысел-то был другой – думал, прыгну – и сразу на него. Но он отполз – вижу, встает, хромает и все же бежит. Тоже пробую встать. Больно, конечно, было, но я же не думал, что все настолько серьезно. Да и вообще на тот момент моими действиями управляла единственная мысль – не упустить.

– И вот бежим мы как две хромые утки – он, припадая на одну ногу, а я – на обе, – шутит Максимов. – Бежим, и мне кажется, он уже понял – нет у него шансов уйти, – опер прерывается, удобнее устраиваясь на больничной койке, и через несколько секунд добавляет: – А я понимаю – вот-вот могу упасть и упустить. На адрес мы приехали с ребятами: на бегу позвонил им, сориентировал, где нужно блокировать выходы.

…Уже из последних сил Максимов сделал рывок и настиг беглеца. К этому моменту на помощь подоспели коллеги Юрия.

– Нас вместе посадили в машину и повезли: меня в больницу, его в отделение, а потом – к врачам в СИЗО. За всю дорогу задержанный не проронил почти ни слова, одно только сказал: извини, говорит, показывая на мои ноги, что так неудачно приземлился.

Опер с головы до пят

Майор Максимов умолчал одну показательную деталь, которую нам сообщили в УВД: месяц назад этот самый жулик скрылся-таки от сотрудников милиции – точно так же выпрыгнул в окно. Максимов в той погоне участия не принимал.

Коллеги, родственники и все, кто знает Максимова, в характеристиках солидарны: опер до мозга костей. Сотрудники уголовного розыска говорят: для них поступок майора скорее ожидаем, а не что-то из ряда вон выходящее. И подытоживают репликой: «Будни Юрия Юрьевича». В подтверждение рассказывают разные любопытные истории. Как, например, Максимов задерживал жуликов, которые принимали оперативника за таксиста-частника.

– Было такое, – смеется Максимов. – Я на «семерке» долго ездил, в том числе и потому, что меня часто тормозили как частника. Память на лица хорошая: когда видел, что голосует находящийся в розыске человек – останавливался. И подвозил – в отделение.

– Вы еще спросите, как майор Максимов с женой в кино ходит, – весело советовали коллеги оперативники, узнав, что журналист «ТН» собирается к нему на интервью.

Спрашиваю. Майор улыбается, явно перебирая в уме фамилии коллег, «сливших» сюжеты, а потом говорит серьезно:

– Да это профессиональная деформация, и произошла она у меня уже давно. В лицах прохожих пытаешься разглядеть черты людей с ориентировок, стараешься не пропустить ни одной детали. Но пока я в этом ничего плохого не вижу. А в профессиональном плане помогает. Поэтому, наверное, и в кино с женой ходим не как все. К примеру, как-то на выходе из «Киномира» я жулика задержал.

А жена Юрия Наталья отлично помнит не только этот поход в кино:

– Выходим после сеанса, мимо кинотеатра толпа идет. И вдруг в этой толпе Юра взглядом кого-то выловил и говорит мне: «Подожди». Смотрю, подходит муж к какому-то мужчине как старый знакомый: «Здравствуй, Слава»… Потом Юра хотел сдать задержанного на пост милиции, который напротив «Киномира», но ребята почему-то отказались его принимать. В итоге я в одиночестве поехала домой, а Юра с задержанным – в отделение. Был и другой случай: смотрим фильм, и вдруг муж, в темноте кого-то распознав, уходит… на работу, – с пониманием говорит Наташа.

– Жена привыкла. Хотя за последнюю историю с прыжком в окно сильно ругала. Ну что поделаешь – опер я, с головы до пят, – словно давая понять, что он неисправим, подводит итог майор Максимов.

 

– Наваждение какое-то, – говорит супруга Юрия Наталья. – Ровно 4 года назад, именно 26 ноября, Юра тоже ломал ногу. Поэтому, когда он позвонил и сказал, что «поломался», мне как-то не по себе стало. Не хочу обрастать предубеждениями.

 

Майор Юрий Максимов в УВД служит уже более 15 лет. Начинал в ГИБДД, затем работал в ППС. Последние годы – старший оперативник уголовного розыска Ленинского отдела милиции. Две командировки в Чечню.

 

Кого ловил?

Жулик, в погоне за которым пострадал Максимов, уже был судим. Сначала отбывал наказание по ст. 228 (преступления, связанные с наркотиками). Затем в апреле 2008 года был условно осужден по ст. 160 (присвоение и растрата). Но отмечаться в уголовно-исполнительную инспекцию, как положено по закону, осужденный не приходил. Более того, отбывая наказание условно, жулик попал в поле зрения ОБЭП – совершил кредитное мошенничество. Так что его искали уже по двум статьям. В больнице СИЗО помимо переломов у задержанного диагностирована открытая форма туберкулеза.

 

Больничная палата Юрию Максимову не в радость: ему хочется сбежать на свободу – к жене, детям, в отдел уголовного розыска. Только вот ноги пока не слушаются.

 

Рабочий день у сотрудников УгРо ненормированный, и никто в семье точно не знает, когда Юрий придет домой. Но если дети еще не спят, то они каждый раз встречают папу примерно таким образом.

 

слово автора

Неля КОСТЯЕВА, корреспондент «ТН»:

Ну, за качество!

Профессиональная деформация свойственна представителям многих профессий – врачам, спасателям, юристам, журналистам, милиционерам и т.д. Явление это многогранное и сложное. И я не психолог. Но из опыта общения со многими людьми сделала для себя вывод: если убрать в сторону детали, то, по большому счету, профессиональная деформация бывает двух видов – качественная и злокачественная. Что ярко и проявляется в экстремальные моменты.

Словом, ко дню рождения Юрия Максимова (27 декабря) родился тост: ну, майор, за качество!

Написать письмо автору можно по e-mail: nk@tnews.tomsknet.ru

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *