Честный сектор

Почему жители Черемошников не хотят общаться с переписчиками?

Перепись населения, стартовавшая в России в минувшую пятницу, продлится всю неделю и завершится в следующий понедельник, 25 октября. Путешествуя от двора ко двору по Черемошникам вместе с одним из переписчиков, наш корреспондент попытался узнать, кто в теремочке живет и почему многие не хотят, чтобы их сосчитали.

 

В самом устье Усть-Крепети

Екатерина Устинович – домохозяйка с ул. Усть-Керепеть. Постоянной работы не имеет, поэтому с радостью согласилась за несколько тысяч рублей помочь стране узнать, кто есть кто на ее просторах.

– Все равно желающих заниматься учетом жителей Черемошников практически нет – район неспокойный, – говорит Екатерина. – А я тут живу, мне не так страшно.

В распоряжении Устинович – стандартный набор переписчика-2010: ламинированное удостоверение, фирменные синяя сумка с надписью «Федеральная служба государственной статистики», шарф и налобный фонарик, специальные бланки для учета граждан, шариковая ручка и подарочные ленточки каждому переписанному. На случай, если человека нет дома, есть листочек под дверь: форма № 9 с вежливой просьбой явиться на переписной участок до 25 октября. Если гражданин прописан по одному адресу, а проживает по другому – форма КС, которая позволит избежать двойного учета.

Начинаем свой путь с конечной остановки троллейбуса № 2 – с самого устья Усть-Керепети. Деревянные лачуги, разбитая дорога… Повсюду грязь. На воротах почти нет звонков – верный способ угодить на расправу злой собаке. Екатерине нужно занести в бланки жителей 133 домов; за половину первого рабочего дня успела обойти уже два десятка. На следующий адрес отправляемся уже вместе.

Горькая ирония

Сергей Б. за свои 54 года ни разу не общался с переписчиком. Поношенные треники, предплечья в мелких татуировках…

– Это че, попал я? – улыбается.

Расположившись на веранде, начинаем расспрашивать, какой национальности гражданин, сколько лет его дому, число занимаемых комнат… Сергей отвечает сбивчиво, путается и окончательно «садится», когда дело доходит до девичьей фамилии жены.

– Тьфу, провалиться, не помню… Только ей не говорите, ладно?

У входа в следующий дом – серый полкан. С хриплым лаем кидается на нас. Гремит цепь. На шум выходит женщина с зеленым лицом:

– Вы медики?

– Нам необходимо вас переписать…

– И что потом?

– Это нужно для государства.

Рассказывает – русская, живет с 26-летним внуком, даты рождения которого не помнит. Языкам иностранным не обучалась, да и никому не советовала:

– Русские мы, да и все!

Не дает покоя ее лицо цвета болотной жижи…

– Да бодягой намазалась, чтоб синяки прошли, – отмахивается гражданка. – Давай, быстрей пиши, мне смывать надо!

И правда, заполнение переписного листа – процесс довольно долгий. Переписчику нужно аккуратно вписать в 25 основных граф ответы гражданина, при этом среди вопросов и такие экзотические, как «Из какого материала состоят стены вашего жилища». (Один из наших героев отвечать наотрез отказывается: «Это перепись населения или дома?!»). То ли не желая тратить время, то ли напрягаться, вспоминая попунктно все, что показалось необходимым составителям анкет, некоторые граждане от переписчиков отмахиваются.

А вот молодым людям, которые сидят на лавке возле колонки, оставить свой след на лице родины – в радость. Вот только имена своих жен, отцов и бабушек они путают, а количество проживающих в их домах не могут назвать с первого раза.

– Трое? Ты дурак?! А я? А папка?

«Есть ли вторая работа? Я и на первую-то не хожу!» Потешаются. Но когда речь заходит о бытовых условиях, ирония сразу получается горькой.

– Какая канализация?! Ведро, – откровенничают. – Всем домам тут за полтинник, отопление печное, водопровода нет почти нигде…

Первое высшее

Поддатый хозяин очередного дома участвовать в переписи наотрез отказывается: «государство его не слышит».

– Что делать, люди тут изначально настроены на неприятие и зло, – кивает Екатерина, шлепая по лужам Усть-Керепети. – Впрочем, наш район не показатель. Вон на Чубаровцев – наркоманы. Без милиции туда лучше не соваться…

По следующему адресу ждет настоящий подарок – первое за вечерний рейд высшее образование. Ютится оно в доме с потрескавшейся известкой и стиральной машинкой «Обь» грязно-оранжевого цвета. Хозяйка – экономист на пенсии. Без права на канализацию:

– Ведром приносим, ведром уносим.

Дальше – сплошные неудачи. Дом № 100 – никого нет, лишь раскрытый погреб зияет неизвестностью, № 98 – та же песня.

– Ой, у меня уже ноги не ходят, – жалуется Устинович.

Важен каждый

В 14-м переписном участке, что в школе № 27, людно. Заведующая участком Евгения Родина в хорошем настроении:

– Все идет нормально, никто не пострадал. Сейчас посмотрим, насколько правильно переписчики заполняют листы, есть ли ошибки, и посчитаем количество граждан.

Екатерина Устинович сдает анкеты. В них – сухие ответы. А за ними – удобства на улице, перемерзающие колонки, разбитые дороги и дома без звонков с серыми псинами во дворах. Утешает мысль, что Всероссийская перепись-2010 поможет что-то изменить, ведь на бланках в заветной синей сумке написано: «России важен каждый!»

Станислав ПЫТЕЛЬ

 

Комментарий

Наталья Ласкеева, заместитель руководителя Федеральной службы госстатистики по Томской области:

– Перепись населения в Томске и области идет нормально. Всего по области мы переписали 485,4 тыс. человек – 47,4% от общей численности (по информации на вечер вторника, 19 октября. – Прим. ред.). Никаких эксцессов, по крайней мере, на данный момент, не было. Те, кто не хочет пускать переписчика в дом, звонят в стационарные пункты.

Отдельно хочется оценить работу милиции, сотрудники которой помогают переписчикам в сложных случаях, например, когда приходится идти в дома к нетрезвым гражданам.

Одна мысль про “Честный сектор”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *