Нефть как возможность и как проклятие

или Особенности экономики нефтегазодобывающей отрасли

В Ливии – боевые действия, в Японии – разрушительное землетрясение. Первая – одна из ведущих стран-производителей нефти, вторая – один из крупнейших потребителей. Как ситуация в них повлияет на мировые цены на нефть? А также что такое «нефтяное проклятие» и можно ли его снять? Почему бензин не адекватен стоимости сырья? Зачем нужен Стабилизационный фонд и как формируются налоги на черное золото? Об этом рассказал Григорий Боярко, заведующий кафедрой экономики природных ресурсов ИПР ТПУ в рамках цикла научно-популярных лекций в ТПУ «Профессорские чтения».

Япония важнее

Нефть незаменима, по крайней мере, в том, что касается моторных топлив. Цена на нефть субъективна, по крайней мере, та, что формируется на спекулятивном рынке. Поэтому каждое событие или даже ожидание события (скажем, тайфуна в Индонезии) отражается в ее цене на короткую перспективу.

– В долгосрочном периоде цены на нефть будут, безусловно, расти: легкодоступные и технологичные месторождения вырабатываются, себестоимость добычи растет… Но в ближайшие месяцы спекуляции на арабских революциях спадут, и я полагаю, нефть подешевеет, – дает оценку Григорий Боярко. – Да, политическая нестабильность и военные конфликты в регионах, где идет крупномасштабная добыча, – один из факторов краткосрочного повышения цен. Как раз это мы имеем сейчас в Ливии – десятом по значимости экспортере нефти в мире, да еще и самом близком к Европе. Но Саудовская Аравия сразу ликвидировала диспропорцию, возникшую из-за остановки некоторых месторождений в Ливии. Так что гораздо более важным фактором станут события в Японии.

Япония – крупный импортер, приобретавший 195–230 млн тонн нефти в год. После землетрясения остановлены 12 нефтеперерабатывающих заводов на северо-востоке. Судьба тех, что на юге, до конца не понятна, так что экспортеры имеют как минимум минус 100 млн тонн годового потребления (уже сейчас поставщики думают, куда перенаправить танкеры с 10 млн тонн нефти на борту, направлявшихся в Страну восходящего солнца). А при избытке предложения цена всегда падает.

Бумажная нефть

– Сегодня мы имеем рынок «бумажной нефти», – констатирует профессор Боярко. – Изначально цена сырья складывалась из затрат на добычу, транспортировку и ожидаемой прибыли, а торговля осуществлялась путем заключения долгосрочных контрактов. Но с появлением инструментов товарных бирж появилась практика разовых сделок (спотовая торговля), краткосрочные контракты (форвардные, фьючерские), торговля вторичными дерриватами (опционами) – когда продается не сама нефть, а используется лишь право продажи этой партии.

В результате на нефтяных биржах сегодня перепродается в 4–5 раз большее количество нефти, чем реально поставляется покупателю.

– Вообще, спекулянты играют не на самих изменениях, а на тенденциях изменений, ему безразлично – увеличивается или уменьшается цена, – добавляет Григорий Юрьевич.

Квазирыночная стоимость

В свою очередь, от поведения рынка, порой такого непредсказуемого, полностью зависит налоговая политика (а значит, и экономика) России. Для добытой в стране тонны нефти величина налоговой ставки (419 рублей) умножается на коэффициент, характеризующий динамику мировых цен на нефть (КЦ), и на коэффициент, характеризующий степень выработанности конкретного участка недр. КЦ получается по сложной формуле: из средней на налоговый период цены российской марки Urals вычитается $15, сумма умножается на коэффициент котировки доллара США и делится на 261 единицу. В свою очередь, цена Urals рассчитывается исходя из цены британской марки Brent минус 5%.

– Как результат – квазирыночная внутрироссийская стоимость нефти, на которую не влияет степень модернизации промышленности и так далее, – подытоживает Григорий Боярко.

Не учитывает реалий российского рынка и механизм формирования таможенной пошлины: при продаже черного золота за рубеж (Россия экспортирует около 150 млн тонн ежегодно) пошлина не берется, если средняя стоимость Urals на европейском рынке не превышает 109 долларов. При ее цене от 109 до 146 берется 35% от этой суммы, от 146 до 182 – 45%, свыше 182 – 65%.

– Но самое интересное, базовая цена для расчета пошлины берется не текущая, как для налога на добычу, а за предыдущие два месяца, – подчеркивает Боярко. – В результате было два периода в конце 2006 и 2008 годов, когда сумма налогов и вывозная пошлина превышала стоимость реализации нефти на европейском рынке.

Справедливая цена

В среднем налог на добычу составляет примерно 45–50% в стоимости нефти, если прибавить прочие налоги, включая НДС, то получится 70–75%.

– Однажды на совещании в Омске гендиректор «Газпром нефти» озвучил, как формируется внутрироссийская цена на топливо: экспортная цена топлива минус таможенная пошлина плюс акциз и НДС, доля этих налогов сверх цены поставщика для бензина 32–40%, для дизтоплива 21–25%, – рассказывает Григорий Боярко. – Но у нас, например, не берется экологический налог 11%, характерный для западных стран. В результате чистая прибыль от продажи бензина в России доходит до 15–20%, поэтому именно розничная продажа внутри страны для наших нефтяных компаний наиболее прибыльна. Она же прикрывает их потери от изменения цены на нефть на мировом рынке.

Систему можно сделать более справедливой, и у Боярко есть готовый рецепт:

– На мой взгляд, для обложения нефти была бы оптимальна схема взятия налога на добычу в виде фиксированной ставки в рублях (например, как в случае с газом, когда с каждой тысячи кубометров берется 237 рублей), а для вывозной таможенной пошлины – прогрессивный налог по алгоритму современного налога на добычу нефти. Для бензина и дизельного топлива акциз взимать на этапе розничной торговли, а не с нефтепереработчиков, как делается сейчас.

Нефтяное проклятие

Пересмотр налоговой политики необходим не только ради некой социальной справедливости. Скорее – ради экономической. Экономики нефтегазодобывающих стран рано или поздно стагнируют: легкие деньги от экспорта лишают стимула заниматься другими отраслями, сверхдоходы позволяют государству проводить популистскую политику, необоснованно повышая социальные выплаты.

– В 1960-е годы в Голландии начали освоение месторождений природного газа, – приводит пример Григорий Боярко. – Если раньше Голландия зарабатывала руками – строительством судов и лучшим в мире сельским хозяйством, то с легкими деньгами от природных ресурсов отпала нужда трудиться. Судостроение в данный момент умерло, сельское хозяйство уже невозможно без дотаций государства…

В мировой практике есть удачные примеры избавления от нефтяного проклятия – Великобритания и Норвегия. В первом случае часть нефтяных денег стали пускать на адресную и дозированную поддержку отдельных отраслей, во втором поступили жестче: был создан Стабилизационный фонд, размещенный в других странах с запретом использования в Норвегии. Национальные отрасли – рыбная, судостроительная, гидроэнергетика и т.д. – выживали самостоятельно. И выжили – за счет конкуренции, собственной предпринимательской активности.

– Да, экономики Норвегии и России не сопоставимы, – соглашается Григорий Боярко. – То, что сработало для небольшой страны, не всегда переносится на условия крупной экономики. К тому же у Норвегии нет проблем с накоплением капитала и привлечением дешевых кредитов, минимальны расходы на оборону, нет государственных долгов. В России эти проблемы не решены и требуют избыточных расходов. И без развития альтернативных нефтегазу отраслей высокотехнологической продукции выхода не будет…

 

Григорий Боярко, заведующий кафедрой экономики природных ресурсов Института природных ресурсов ТПУ, доктор экономических наук, к.г.-м.н.:– По ряду причин пики изменения цены на мазут в большинстве случаев происходят на один-два месяца раньше, чем изменение цены на нефть. Поэтому следите за ценой мазута на сайте Госкомстата…

 

В США розничная цена топлива (за 2010 год) – 69 центов за дизтопливо и 63 за бензин, в Венесуэле – 2 и 3 цента за литр соответственно, в Туркменистане – 1 и 2 цента, в Германии – 138 и 155, в Великобритании – 173 и 163, в Японии – 90 и 109, в России – 66 и 77 соответственно.Например, в Германии розничная цена образуется следующим образом:1) прибыль от продажи $0,06 (4,5%);2) налоги сверх цены – НДС, акциз, энергетический налог, взнос в формирование запасов нефтепродуктов $0,75 (54,3%);3) экологический налог $0,16 (11,6%);4) стоимость (себестоимость) бензина $0,41 (29,6%).Поэтому основной доход немецких заправочных станций – продажи сопутствующих товаров и услуг (закуски, мойка, автосервис).

 

Суммарно в мире добывается примерно 4,5 млрд тонн нефти (в России – 495 млн тонн).Годовой оборот от продажи нефти – около 4 трлн долларов США.Самые дорогие марки – малазийская и алжирская, самые дешевые – египетская, венесуэльская. Прогноз мирового потребления нефти в 2020 году – 5,8 млрд тонн.Себестоимость добычи барреля нефти в Западной Сибири – около $15. Для сравнения: в Саудовской Аравии – $4–5, на морских платформах в Великобритании и Норвегии – около $50. Но если во всех нефтеносных районах глубина разработки уже достигла 5–6 км, то в Сибири скважины бурятся до 2,5 км, тогда как нефтеносность существует до 9 км. Но средняя стоимость 2-километровой скважины – $1 млн, а для 5-километровой – $8–9 млн. Поэтому рост себестоимости нефти неизбежен.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *