Деревянные игрушки

Почему большинство инвестиционных проектов в ЛПК безнадежно увязают в проблемах?

Совсем скоро Томск ожидает значимое событие: торжественный пуск завода по производству МДФ-плит «Партнер-Томск». На презентацию уже пригласили очень высоких гостей. «Партнер-Томск» – пожалуй, единственный пример масштабного и по-настоящему успешного проекта из всех, что рождались в Томской области в последние годы. Исключение, подтверждающее очень грустную закономерность.

Земли лесного фонда занимают 92% территории Томской области, но при этом на обработку древесины приходится не более 2% регионального промышленного производства. Почему вклад отрасли в экономику территории так мал, а масштабные инвестиционные проекты терпят фиаско или безнадежно увязают в проблемах? И каковы дальнейшие перспективы развития ЛПК?

 

На лучшей сырьевой базе

Пять лет назад на этот проект возлагали большие надежды: в лесной глуши – Улу-Юле Первомайского района – должны были родиться современное лесопильное производство и завод ДСП на 500 рабочих мест. Мощности по заготовке – 700 тыс. куб. м, лесопиление – 100 тыс., завод по глубокой переработке древесины – 300 тыс. куб. м в год. Инвестор обещал передовые технологии и громадные по тем временам (165,4 млн долларов) инвестиции. Строительство планировалось завершить к 2010 году.

Сейчас русско-казахская компания в процессе банкротства. На недавних торгах по продаже имущества ООО «РК ЛПК» за 16 лотов выручили чуть более 12 млн рублей, большая часть оборудования оказалась невостребованной… Итог: долги предприятия рабочим, банкам и лизинговым компаниям, мучительные распродажи имущества, простаивание лучшей в регионе сырьевой базы.

 

Отложенная целлюлоза

Менее драматична, но до сих пор туманна перспектива проекта российско-китайской компании «Хенда-Сибирь». Напомним, к 2016 году планировалось создать и запустить на полную мощность 18–20 лесозаготовительных комплексов и 10 производств в Верхнекетском и Асиновском районах: 80 тыс. куб. м фанеры, 400 тыс. – древесных плит ХДФ и OSB, полмиллиона тонн товарной целлюлозы и 150 тыс. тонн химико-термомеханической массы. Общая стоимость проекта – 1,62 млрд долларов.

Однако реально воплощается только небольшая его часть – лесопильная и по производству шпона (сюда вложено около 200 млн рублей). С нынешнего года должно было начаться строительство самой масштабной части проекта – целлюлозно-бумажного комбината. Но явно не начнется. А задолженность «Хенда-Сибирь» по аренде лесного фонда составляет почти 18 млн рублей.

 

Дорога к фабрике

Еще один пример – «Зеленая фабрика». Планировался комплекс производств в Итатке по выпуску продукции глубокой лесопереработки (ДСП, фанера, пиломатериалы, спичечная соломка и др.) общей стоимостью 7 млрд рублей. Первое подразделение мощностью 150 тыс. куб. м ДСП должно было заработать в 2009-м.

Сегодня, если соотнести средства, уже вложенные в первый этап проекта, и то, сколько еще требуется, осталось не так уж много: по мнению специалистов, четверть от общей суммы – миллионов 150–200. Но у учредителей кончились деньги, а сама «Инвестиционная лесопромышленная компания», перерегистрировавшись в Краснодарском крае, переживает там процедуру банкротства. Полгода назад губернатор потребовал провести аудит «Зеленой фабрики», чтобы понять истинные масштабы проблемы, но его итоги до сих пор неизвестны ни департаменту развития предпринимательства и реального сектора экономики, ни департаменту экономики.

Долги по арендным платежам за лес – более 16 млн рублей. Говорят, что охране недостроенного объекта давно не платят. Но хуже всего то, что для фабрики на средства федерального Инвестиционного фонда фактически под поручительство областной власти построена дорога стоимостью 345 млн рублей. И это для региона вопрос не одного имиджа.

– Теперь нам нужно доказать фонду, что фабрика все же будет запущена, чтобы с нас эти деньги не сняли, – говорит зам. губернатора Борис Мозголин. – Есть такая угроза…

 

Трудный лес

Почему в лесопромышленном комплексе терпят фиаско или безнадежно увязают в проблемах инвестпроекты?

Есть объективные трудности. Обморочное падение отрасли в начале 2000-х, потом кризисные годы, усугубленные вводом полубезумного, по оценке большинства специалистов, Лесного кодекса. В результате – крайне тяжелая ситуация с оборотными средствами у большинства действующих лесопереработчиков, задолженности пенсионному фонду, по оплате аренды лесов, плюс груз старых долгов…

Но каждая несчастливая семья несчастлива по-своему, и причины провалов в ЛПК, по мнению начальника департамента развития предпринимательства и реального сектора экономики обладминистрации Андрея Трубицына, у каждого проекта особенные:

– «Зеленая фабрика» с самого начала делалась непрофессионально и с желанием максимально сэкономить, а такая экономия всегда оборачивается сверхзатратами. В итоге завод со старым оборудованием стоит столько же, сколько стоил бы с новым, а сил на достройку и запуск уже не осталось… В области много производств, которые вроде и производят продукцию, но до сих пор официально не введены в строй, потому что там не было полноценных проектов – к сожалению, это стало практикой последних лет…

То есть еще более глубокая причина – 15 лет безвременья, которые, по мнению Трубицына, вымыли из лесной отрасли профессионалов, понимавших, что такое проект, госэкспертиза, деревообрабатывающее производство. Пришли другие, считавшие – главное, чтобы к ним проверяющие ходили пореже, остальное преодолимо…

 

«Хвосты» подчистятся

Пока на такие самоделки-недоделки все смотрят сквозь пальцы: все же там работают люди, с зарплаты начисляются кое-какие налоги… Но нет налога на имущество (имущества же как такового нет), нет настоящей охраны труда и техники безопасности…

– Сейчас мы подошли в черте, когда эти самоделки стало невозможно легализовать, хотя заводы что-то делают, – говорит Андрей Трубицын и высказывает осторожный оптимизм: – Думаю, за два-три года эти «хвосты» подчистятся…

– «Зеленая фабрика» рано или поздно обязательно запустится, – еще более оптимистичен Борис Мозголин. – Главный кредитор ИЛПК – банк, а финансовая структура просто не будет долго держать на балансе мертвый груз, все равно этот актив будет доинвестирован и реализован. Какая разница – кем?

 

Комментарий

Борис Мозголин, начальник департамента экономики администрации Томской области:

– Главным успешным проектом томской лесной промышленности можно с уверенностью назвать завод по производству МДФ-плит «Партнер-Томск» (хотя запуск и опаздывает более чем на год от запланированного – ноября 2009-го). «Партнер» с самого начала проектировался под современное оборудование, с современным инжинирингом. Все было сделано как по учебнику: бизнес-план, проекты, проектировки, заказ оборудования – четко, толково, прозрачно. Поэтому компании и удалось привлечь международные деньги. У нас в «Партнере» есть уверенность.

В числе менее масштабных, но уже реализованных проектов необходимо назвать «Асиновские стулья» – фабрика на 75 рабочих мест с итальянской технологией производит очень качественные стулья, поставляющиеся на столичный рынок. Стабильные объемы дает завод ДСП «Томлесдрева». Очень успешным оказался проект модернизации карандашной фабрики, в нее вдохнули новую жизнь.

Кстати, с точки зрения статистики наш лесопромышленный комплекс растет хорошими темпами: объемы переработки по некоторым видам прибавили по 10–50% по сравнению с прошлым годом! И на 2011–13 годы мы ожидаем в ЛПК 8-процентный рост при среднепромышленных 5,2%.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *