Непоседы

Как помочь гиперактивным детям направить энергию в мирное русло

Неугомонные. Непослушные. Неуправляемые. Несносные… В детском саду они – головная боль для воспитателей. В школе – хулиганы с вечной «пропиской» на задних партах. На медицинском языке – дети, страдающие синдромом гиперактивности. Как им помочь? Об этом говорили за круглым столом «ТВ».

     

В круглом столе принимали участие:

– Ирина Андрусенко, к.м.н., заместитель главного врача ОГУЗ «ТОКПБ»;

– Юлия Жихарева, клинический психолог НИИ ПЗ;

– Татьяна Орлова, клинический психолог ОГУЗ «ТОКПБ»;

– Лариса Антропянская, педагог-психолог школы «Эврика-развитие»;

– Людмила Самохвалова, директор школы № 54.

 

О чем речь?

– Что такое гиперактивность, чем поведение гипердинамика отличается от поведения сверстников?

Ирина Андрусенко:

– Синдром гиперактивности включает в себя симптомокомплекс из трех составляющих: нарушение внимания, собственно гиперактивность и импульсивность. Сегодня он внесен в международную классификацию болезней, разработаны его диагностические критерии. Во-первых, синдром выявляется до 7 лет. Уже в 4 года специалист может с уверенностью сказать: да, ребенок – гипердинамик. Во-вторых, его проявления должны быть продолжительными во времени – не менее 6 месяцев. В-третьих, гиперактивность заявляет о себе независимо от места – ваш непоседа будет вести себя одинаково дома, в детском саду, в школе, в гостях…

Такие дети легко отвлекаются, не могут усидеть на одном месте, рассеянны, постоянно теряют свои вещи, перебивают взрослых, с трудом дожидаются своей очереди во время игр и в различных ситуациях в коллективе, совершают опасные действия, не задумываясь о последствиях. Отвечают, не дослушав вопрос, легко перескакивают на другую тему. Они даже есть не могут спокойно – руки постоянно в движении. Как правило, эти проявления нивелируются к 7 годам. Но если симптоматика не исчезла к школе, второй барьер для развития гиперактивности – 10 лет. К этому возрасту у человека созревают мозговые центры, отвечающие за самоконтроль.

– Много таких детей?

– Мы проводили исследование в 13-м лицее – учебном заведении, которое ведет достаточно жесткий отбор детей. И выяснили, что в каждом первом классе учатся 1–2 ребенка, страдающие гиперактивностью. По российской статистике, таких детей насчитывается от 2 до 18% школьного возраста; по американской – 5%.

 

Выйти из ряда вон…

– Есть ли к таким детям конкретные педагогические подходы?

Лариса Антропянская:

– Школе «Эврика-развитие» уже 20 лет, и мы с самого начала искали альтернативные способы взаимодействия детей и педагогов. Да, гиперактивные дети – неудобные, некомфортные. Но в современных педагогических системах существуют приемы для адаптации таких детей, их развития и личностного роста. В нашей школе представлены такие образовательные практики, как педагогика Марии Монтессори, вальфдорская педагогика Рудольфа Штайнера, свободная педагогика, ориентированная на Льва Толстого, развивающее обучение Д.Б. Эльконина – В.В. Давыдова…

Если говорить о гиперактивных детях, то они, как правило, талантливы. Будучи направленными в нужное русло, их активность и динамизм преобразовываются в конструктивную деятельность. Важно установить доверительные отношения между учеником и учителем. В классе, работая в традиционной форме, педагог без конца вынужден повторять во время урока: «Петров! Сядь! Петров! Тише!», – и в конце-концов: «Петров! Выйди из класса!» А если учитель может позволить себе остановить урок и спросить: «Ваня, что с тобой? Не сидится? Может, выйдешь в коридор, побегаешь и вернешься?», – ребенок начинает понимать, что взрослый ему не враг, а просто другой человек, который вообще-то хочет ему помочь.

Людмила Самохвалова:

– В школе нужно подходить к каждому ребенку индивидуально: одному снять гиперактивность поможет спорт, другому – доброе слово, внимание, ласка. Но для этого надо знать, что нравится ребенку, что его интересует. Я заметила, что гиперактивные дети не терпят, когда на них повышают голос, берут их вещи. Все это надо учитывать при общении с ними.

 

Энергию – в спорт!

– Нередко родители считают: раз ребенок чересчур активный, надо отдать его в спортивную секцию…

Татьяна Орлова:

– Это совершенно правильный подход. Когда ребенок бегает и прыгает направленно, вырабатывается самодисциплина, привычка планирования, появляются рамки. Все то, чего так не хватает детям с гипердинамическим синдромом. В секциях такие дети учатся добиваться результатов, доводить начатое до конца.

– Какие виды спорта приносят наибольший эффект?

– Все ножные – легкая атлетика, футбол, волейбол. Более того, полезно не только заниматься этими видами спорта, но и смотреть их по телевизору. В этом случае энергия иначе, но тоже сбрасывается. Хорошо, когда папы берут сыновей с собой на матчи, вместе болеют, кричат «Гол!» И, конечно, детям необходимо разряжаться на перемене. Даже во время урока целесообразно вводить спортивные пятиминутки.

 

Кто в доме хозяин?

– Какова роль семьи, как должны вести себя родители со своим гиперактивным чадом?

Лариса Антропянская:

– Как правило, ребенок-гипердинамик плохо чувствует границу «можно-нельзя». Но всегда пытается ее интуитивно опробовать, нащупать, упереться в нее, в первую очередь в семье. Обычно основным пограничным объектом становится мама. Ее пытаются все время поддавить, а она, уступая, отходит назад, не ставит эту границу, ребенок привыкает к излишней мягкости, «несопротивляемости материала» и переносит такой же стиль поведения на учителей и одноклассников.

Юлия Жихарева:

– Как клинический психолог я изучала внутрисемейные тенденции, отношения, которые складывались вокруг детей, испытывающих синдром дефицита внимания, страдающих гиперактивностью. Что обнаружилось? Это семьи полные, благополучные, материально обеспеченные. Но не всегда гармоничные. Характерный тип воспитания в них – перевернутая иерархия: ребенок получает власти больше, чем родители, и быстро учится ими манипулировать.

 

Просто «недолюбленные»

Людмила Самохвалова:

– Очень важно понять причину, поддерживающую гиперактивность ребенка. Возможно, он просто недолюбленный родителями, просто хочет привлечь к себе внимание, которого ему не хватает дома. Многие родители не находят времени для общения с детьми. Приходит мама с работы: «Как дела?» – «Нормально». Вот и весь разговор…

А ведь ребенок требует не просто внимания, ему нужно чувствовать, что им искренне интересуются. (Если на уроке рисовали – что, какими красками, как оценила рисунок учительница?..) Если этой заинтересованности нет, у ребенка не вырабатывается привычки быть откровенным с мамой или папой, рано или поздно он начинает обманывать. Если нет контакта – родители и дети становятся просто соседями…

Юлия Жихарева:

– Очень интересный феномен, который мы заметили, общаясь с родителями: матери чувствуют вину, испытывают стыд за поведение ребенка, а отцы считают нестандартное, выходящее за рамки поведение едва ли не предметом гордости…

– Тем не менее родители обращаются к специалистам-психологам?

Татьяна Орлова:

– И, как правило, получают совершенно конкретные рекомендации в воспитательном подходе. И если прислушиваются к словам специалиста, следуют его советам – динамика очень хорошая. Но бывает, что один раз попробовали, не сработало, бросили…

Ирина Андрусенко:

– С семьей подростка работать очень тяжело. Пока ребенок маленький, родители готовы взаимодействовать с психологом. Но когда он становится старше, опускают руки, не верят, что что-то еще можно исправить. Но тут уже, хочешь – не хочешь, вопросы ставят учителя.

– Как вы определяете, что пора перейти к медикаментозному лечению?

– Если импульсивность перерастает в агрессию. Есть такое понятие – полевое поведение: когда вокруг все крушится, ломается, человека невозможно удержать на одном месте. Плюс другие расстройства: речевые, невротические, неврозоподобные, а также явные признаки школьной дезадаптации. Но медикаментозная терапия всегда должна быть аккуратной и индивидуальной.

 

Трудное взросление

– Как у таких детей складываются отношения в коллективе? Какой отпечаток накладывает синдром гиперактивности на общение со сверстниками?

Лариса Антропянская:

– По моему опыту, синдром гиперактивности делает ребенка чуть более инфантильным по сравнению со сверстниками. Личностная рефлексия почти полностью отсутствует, подросток остается эгоцентричным, как ученик начальной школы. Но к 10–11-му классу, когда он выходит на грань взрослой жизни, начинается социализация, ребенок начинает видеть себя со стороны. Конечно, отношения с одноклассниками складываются по-разному. Я могу сказать про одного своего ученика. В пятом классе было очень тяжело: одноклассники активно поддерживали все его выходки. В шестом некоторые повзрослели, решили для себя: не будем обращать внимания, но большая часть еще реагировала. К восьмому классу на выходки этого мальчика во время уроков, с одной стороны, перестали обращать внимание практически все, а с другой – уже сами начали его дисциплинировать. (В этом случае человек либо удваивает усилия и попытки привлечь внимание к своей персоне, либо уходит в себя и перестает быть шутом гороховым.) И через его поддержку в пятом, через личностные конфликты в шестом и в седьмом, к восьмому классу в отношении этого мальчика у одноклассников выработалась определенная стратегия. Дети осознали: он не такой, он не очень хорошо понимает нормы и правила. Класс такую форму поведения не принял, но на мальчика это не особенно подействовало, в восьмом классе он с такими формами поведения на уроке остался в одиночестве. Хотя на перемене ребята общаются с ним нормально.

– Он искренне не чувствует перемены в отношении? Или это защитная реакция?

– Это не столько перемена в отношении лично к нему, сколько нормальное взросление подростков. А у него остаются детские формы поведения. Если он начинает это понимать, значит, появляется личностная рефлексия, попытка осознать себя в обществе. Это трудно, но это единственный механизм взросления.

Людмила Самохвалова:

– Гиперактивные дети доставляют много хлопот, но при правильном подходе из них вырастают талантливые, неординарные люди.

 

Куда обращаться?

Центры помощи детям с СДВГ:

– Амбулаторный медико-педагогический центр в Северном городке (структурное подразделение ТОПБ);

– отделение пограничных состояний № 25 ТОПБ;

– подростковое отделение № 15 (стационар, амбулаторная служба) ТОПБ.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *