Общеизвестно, что в первоначальный период Великой Отечественной войны солдат и офицеров Красной армии командование награждало очень скупо. Дождь из орденов и медалей начал литься после Сталинграда, Курской дуги, редко кто из бойцов не был отмечен. Обидно, что наш героический земляк командир роты Петр Иосифович Пастырёв за свой подвиг был награжден орденом Ленина и медалью «Золотая Звезда» лишь в конце войны, в 1945 году. Плюс скромная медаль «За победу над Германией». И все! А ведь он прошел с боями всю войну, начав свой боевой путь 23 июня 1941 года младшим лейтенантом, командиром взвода. От пуль не бегал. Был трижды ранен. В итоге дослужился до ротного. По воспоминаниям ветеранов, именно такие лейтенанты и капитаны, взводные и ротные, воевавшие «на земле» вместе с солдатами, вынесли на себе основную тяжесть войны.

Первые ранения

Петр Пастырёв родился 17 августа 1921 года в селе Новомариновка ныне Первомайского района Томской области в семье рабочего. Когда Петя учился в третьем классе, отец нашел новую работу на спиртзаводе № 13 на станции Критово в Красноярском крае. И ребенок переехал с отцом на новое место жительства, там и окончил школу. В 1938 году поступил в Томский индустриальный институт. После первого курса, в 1939 году, его призвали в армию и направили на учебу в Омское пехотное училище. Но в феврале 1940 года с частью курсантов сибиряка перевели в только что созданное Новосибирское военно-пехотное училище, которое в мае 1941 года он окончил, получив первое офицерское звание. В июне 1941 года младший лейтенант Пастырёв был направлен для прохождения службы в 236-й стрелковый полк 76-й стрелковой дивизии. Прибыл он туда и был зачислен на должность командира стрелкового взвода в самом начале войны – 23 июня 1941 года.

Начались тяжелейшие бои. В конце июня 1941 года 76-я стрелковая дивизия вошла в состав 21-й армии Западного фронта и выдвинулась на рубеж реки Днепр в район городов Рогачев и Жлобин. Здесь наши войска временно остановили немцев, надвигавшихся неудержимой лавиной. И 13 июля 1941 года даже пере­шли в наступление на Бобруйск. Взвод младшего лейтенанта Пастырёва форсировал Днепр и 17 июля 1941 года ворвался в город Рогачев. Здесь завязались отчаянные уличные бои. В одном из них Петра тяжело ранили. Он попал в медсанбат. Оттуда его санитарным поездом отправили в госпиталь на станцию Кинель Куйбышевской области.

После месячного лечения в августе 1941 года Пастырёва назначили командиром взвода уже в другое подразделение: в 664-й стрелковый полк 130-й стрелковой дивизии 40-й армии Юго-Западного фронта. 130-я дивизия держала оборону в районе поселка Белополье Сумской области. И здесь нашим войскам пришлось несладко. После сентябрьского наступления гитлеровцев Красной армии пришлось отступать на восток. Сначала с боями ото­шли к станции Суджа, потом к городу Обоянь и наконец к печально известному Ржеву. В этих местах линия фронта задержалась до конца 1941 года.

Почти всю зиму 1941–1942 годов полк Пастырёва вел бои за высоты западнее Ржева. Но прорвать немецкую оборону и, как требовало наше командование, развить наступление на Курск на этом участке фронта не удалось. 15 февраля 1942 года в бою Пастырёва тяжело ранило второй раз. Командира взвода эвакуировали в госпиталь в Пензу. В нем сибиряк лечился до осени 1942 года и еще некоторое время оставался в резервном подразделении. Здесь его повысили в звании до лейтенанта.

 

И снова в бой

Затем последовала служба в новом подразделении и на новой должности. В январе 1943 года Петра Иосифовича назначили командиром стрелковой роты

118-го гвардейского стрелкового полка 38-й гвардейской стрелковой дивизии. В это время она входила в состав 1-й гвардейской армии Юго-Западного фронта. Дивизия вела бои за город Миллерово. К началу февраля 1943 года ее бойцы вышли к реке Северский Донец. Здесь линия фронта стабилизировалась до августа.

Весной 1943 года в результате наступления советских войск в районе городов Орел – Курск – Белгород образовалась дуго­образная линия фронта, названная историками впоследствии Курской дугой. Командование РККА сняло 38-ю гвардейскую стрелковую дивизию с рубежа Северского Донца и передислоцировало ее в район северного изгиба Курской дуги. Весной и летом 1943 года рота уже гвардии лейтенанта Пастырёва вела упорные оборонительные бои с противником в районе между поселком Хомутовка и городом Севском.

А 26 августа 1943 года началось знаменитое наступление Красной армии на этом участке фронта, в ходе которого сибиряку было присвоено звание гвардии старшего лейтенанта. Затем, после форсирования Днепра, в октябре – декабре 1943 года рота Пастырёва участвовала в Речицкой операции. В 1944 году – в боях в районе Бобруйска. Здесь 20 февраля 1944 года наш земляк был ранен в третий раз, лечился он от ран в ростовском госпитале. Затем уже в апреле – августе 1944 года он служил в 60-м отдельном полку резерва офицерского состава, дислоцировавшемся на Северном Кавказе. Но офицера тянуло в бой, менять его на чистый горный курортный воздух Кавказа он не желал.

После соответствующих рапортов Петра Пастырёва отправили на фронт. Ему присвоили звание гвардии капитана и назначили командиром 5-й стрелковой роты 221-го гвардейского стрелкового полка 77-й гвардейской стрелковой дивизии 69-й армии. В это время дивизия находилась на Пулавском плацдарме за рекой Вислой и до января 1945 года готовилась к предстоящей Висло-Одерской операции. Во время этой операции гвардии капитан Пастырёв и совершил свой боевой подвиг, благодаря которому уже в первый день наступления польский город Зволень был полностью освобожден от фашистов.

 

Себя не жалел

Наступление наших войск началось 14 января 1945 года. После артподготовки гвардии капитан Пастырёв первым в полку поднялся со своей ротой в атаку. Напомним, что это уже был самый конец войны. Мог бы прошедший ее всю, трижды раненый капитан и поостеречься. Не лезть в самое пекло. Но не из таких был Петр Иосифович. Под градом пуль бойцы ринулись к немецким траншеям. Достигнув их, они гранатами и автоматным огнем уничтожили немецкий заслон из 75 человек, а также подавили огонь семи пулеметов, дав возможность остальным ротам ворваться в немецкие траншеи.

Вот как дальнейшие события описаны в наградном листе: «Выбив немцев из траншей, товарищ Пастырёв, преследуя противника по его следам, вырвался на восточную окраину города Зволень, где в уличных боях истребил огневые точки немцев, тем самым дав возможность другим ротам с малыми потерями ворваться в Зволень. В боях за город Зволень товарищ Пастырёв уничтожил 5 пулеметных точек, 3 солдата с фаустпатронами, захватил 12 пленных и истребил более 150 гитлеровцев. Захватил несколько складов и множество другого военного имущества. Взломав немецкую оборону, товарищ Пастырёв первым вышел на польско-германскую границу с малыми потерями. За свое боевое мастерство, мужество и личный героизм представлен к званию “Герой Советского Союза”».

Вышестоящее командование поддержало это представление, и 27 февраля 1945 года гвардии капитану Пастырёву было присвоено звание Героя Советского Союза. И опять мог бы поосторожничать гвардии капитан, боевой ротный, теперь уже признанный герой, понимая, что вот-вот все закончится и можно будет почивать на лаврах. Нет! Сибиряк снова ринулся в пекло. В апреле 1945 года рота Пастырёва участвовала в прорыве фашистской обороны на Одерском плацдарме и в боях по окружению и ликвидации франкфуртско-губенской гитлеровской группировки. 4 мая 1945 года гвардии капитан Пастырёв вышел со своей ротой к реке Эльбе. Здесь война для сибиряка наконец-то закончилась.

 

Чья подпись решала все?

У известного томского архивиста Натальи Мороковой мы поинтересовались, почему так случилось, что заслуженный солдат, славный офицер РККА доблестно воевал, не прятался от пуль, был примером для других бойцов, а наград практически за всю войну не получил, а потом сразу – Героя?

– Все зависело от руководства военнослужащего, – отметила исследователь. – Довольно часто представления на награждения так и оставались под сукном в штабах. По тем или иным причинам не шли на подпись дальше. Известен же конфликт между асом-летчиком Покрышкиным и его командиром полка Исаевым, занижавшим число сбитых самолетов. Бывало, что представляли бойца на одну награду, а вышестоящий начальник был против и настаивал на другой – рангом ниже или, что гораздо реже, выше. Часто случалось и так, что многих награждали спустя годы, а после войны многие меняли место жительства и не возвращались туда, откуда были призваны. В условиях послевоенной разрухи искать их, чтобы вручить награду, было непросто. А сколько считалось пропавшими без вести, которые потом вернулись домой? Отсюда и пошло выражение «награда нашла своего героя». Награждения ветеранов Великой Отечественной идут до сих пор.

После Победы до февраля 1946 года наш земляк служил в Германии. Демобилизовался по болезни. Приехал жить в Красноярск. Работал инженером сначала на железнодорожной станции Бугач, а затем в городском аэропорту. Умер 16 февраля 1975 года. Похоронен в Красноярске на кладбище Бадалык.

 

Андрей Суров

Рисунок: Анастасия Хартулярий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 1 = 1