Архив рубрики: Есть проблема

Кураторы случая находят ключики к семьям, нуждающимся в поддержке и внимании

kurator-sluchaya

– Я искала работу. Увидела объявление в газете: «Организации требуется куратор случая». Меня заинтересовала эта вакансия. Когда я пришла, мне рассказали, что я буду помогать семьям с детьми, которые оказались в трудной ситуации и не могут сами справиться с проблемами. Главная задача куратора – помочь этой семье, чтобы ребенок остался с родителями, – объясняет Наталья Франкив.

Наталья Юрьевна в прошлом преподаватель. Имеет два высших образования – юридическое и педагогическое. На пенсии сидеть не захотела и в 58 лет рискнула. Куратором случая в социально-реабилитационном центре «Луч» она трудится четвертый год. Говорит, что уже закалилась, новая работа ей нравится, особенно когда есть результат.

Наталья Юрьевна курирует 26 семей в Ленинском районе Томска.

– Она скромничает, – хвалит подопечную заведующая отделением помощи семье и детям социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних «Луч» Наталия Петрова. – Сейчас несколько случаев уже закрыты, раньше было 33! Это очень много, нагрузка огромная.

Опыт в цене

– Когда появилась специальность «куратор случая», нам было не совсем понятно, кто может справиться с этой работой. Сначала сделали ставку на молодых. Но потом пришли к тому, что человек должен быть с жизненным и профессиональным опытом, – поясняет директор центра «Луч» Светлана Степанова. – Когда поступает сигнал и открывается случай, именно куратор должен найти подход к семье, чтобы люди ему доверились.

93

куратора случая работают в Томской области. За год они помогают 2 тыс. семей, в которых 3,5 тыс. детей.

Откуда сигналы поступают? Отовсюду – от соседей, из школы, из поликлиники. В первую очередь – в органы опеки и попечительства. Там проверяют все заявки, оценивают ситуацию в семье и, если факт нарушения прав ребенка подтвердился, открывают случай.

С этого момента с такой семьей работает куратор случая. Он налаживает контакт, старается подключить ее внутренние ресурсы и выступает в роли связного между семьей и всей системой профилактики. Знакомится с родителями, выявляет проблемы и помогает найти выход из сложившейся ситуации.

В «Луче» искали такого человека, который мог оказать юридическую и психолого-социальную поддержку и при этом был деликатным, коммуникабельным, внушал доверие. И нашли Наталью Франкив.

Совет да любовь

– Всякое бывало. Кто-то дверь даже не открывал: «Чего вам здесь надо?», «Кто ты такая?», «У нас все нормально, нам не нужна ваша помощь». Эту грань надо было перейти, чтобы наладить связь с семьей, – говорит Наталья Юрьевна.

В Томской области уже почти 10 лет действует социальная технология работы со случаем. Каждый год с ее помощью сохраняется семья для множества детей. Томский опыт профилактики социального сиротства и работу кураторов случая изучают и перенимают многие регионы страны.

Прежде чем приступить к работе, куратор случая обязательно проходит обучение. Семинары и тренинги проводит областной департамент по вопросам семьи и детей.

– Недавно мы отрабатывали методику взаимодействия с родителями, имеющими алкогольную зависимость или психические отклонения, – добавляет Наталья Франкив.

Эти знания порой очень помогают, особенно когда специалистам приходится работать с так называемыми СОПовскими семьями – семьями в социально опасном положении.

Иногда кураторам случая угрожают, и им приходится применять теоретические знания на практике.

– Пришла в одну семью. Мужчина, брат матери, не разобравшись, в чем дело, подошел ко мне сзади, схватил руками за шею и пригрозил, что если детей заберут, то мне не жить. Но нас научили, как действовать в таких ситуациях, я все объяснила, – рассказывает Наталья Франкив.

Охотнее она говорит о других случаях: когда семья рада любой поддержке. Однажды за помощью обратилась мама пяти ребятишек. Младшему годик, старшему 13 лет. Работает только папа.

– Семья остро нуждалась в материальной поддержке, детских вещах, коляске и не только. Видно было, что мама старается следить за детьми, но ей не хватает знаний, родительской компетентности. Дети не ходили в детский сад, дома с ними мама тоже практически не занималась, – вспоминает куратор случая.

При первой встрече мама сказала: «Ни от какой помощи я не откажусь. Буду рада, если вы мне поможете». Куратору случая нужно было научить ее правильно заниматься с детьми, распределять семейный бюджет, использовать возможности поддержки от государства и общественных организаций…

– Очень важно поддержать семью в нужный момент. Научить жизненным навыкам, которые помогут им в дальнейшем. Дать информацию, куда можно обратиться за помощью, – уверена Наталья Франкив.

Многодетная мама хорошо усвоила уроки. Теперь она самостоятельно справляется с трудностями, используя все ресурсы и возможности.

Этот случай, говоря официальным языком, был закрыт с положительной динамикой. Многие семьи продолжают общаться с Натальей Юрьевной, спрашивают у нее совета.

Семеро по лавкам

Но бывает с точностью до наоборот.

Тревогу забили врачи из поликлиники: родители не следят за детьми, не вызывают педиатров, когда дети болеют.

– Мы работали год с этой семьей, у них семеро детей, – вспоминает Наталья Юрьевна. – Дома антисанитария, горы грязной посуды. Мама рожала детей, несколько месяцев сидела дома и выходила на работу. Папа оставался с ребятишками. Дети были неухоженные, не справлялись со школьной программой, старшие частенько убегали с уроков.

– У родителей не было навыков ухода за детьми, мама и папа не занимались их воспитанием, отец частенько употреблял алкоголь, – добавляет Наталия Петрова. – Ребятишкам в этой семье действительно было находиться опасно. Родители не смогли или не захотели встать на путь исправления. Поэтому в отношении этой семьи органам опеки пришлось запустить процесс лишения родительских прав. Дело находится в суде. Но шанс еще есть. Только теперь родители должны доказать, что они могут и хотят воспитывать своих детей, причем не только на словах, но и на деле.

Большинство семей все-таки справляются с трудностями и говорят Наталье Юрьевне спасибо. Однажды Наталья Франкив образумила 42-летнюю маму, которая хотела отказаться в роддоме от ребенка. Та комплексовала по поводу возраста – многие называли ее бабушкой, а не мамой… А у ребенка оказались большие проблемы со здоровьем, он инвалид первой группы. Женщина все-таки забрала своего мальчика, заботится о нем. Теперь она его не бросит.

Семьи общаются между собой, обмениваются информацией о нашей работе. Спрашивают: «У вас кто куратор?». Сарафанное радио работает, и это тоже помогает устанавливать контакт с новыми семьями.

Наталья Франкив, куратор случая, сотрудник социально-реабилитационного центра «Луч»

Безразмерная работа

Рабочий день у Натальи Юрьевны не заканчивается в 18.00:

– Если что-то случилось в семье, мне звонят и в час ночи, и в выходные дни. Но не ответить на звонок я не могу. Ведь, если что-то произойдет, буду чувствовать себя виноватой.

Бывает, что у куратора душа не на месте, и он делает звонок в нужное время.

– Звоню матери – ответил ребенок, – вспоминает Наталья Франкив. – Оказалось, что мама, склонная к употреблению алкоголя, надолго оставила детей дома одних и ушла неизвестно куда.

Наталья Юрьевна позвонила отцу девочек, он был на работе, но срочно приехал домой. Куратор случая старается сделать так, чтобы семьи друг другу помогали.

…У семьи не было денег, чтобы купить питание для новорожденного (ребенку всего два месяца), Наталья Юрьевна бросила клич. Общими усилиями нашлись и смесь, и памперсы.

– Если бы социальные службы не владели технологией работы со случаем, детские дома и реа­билитационные центры были бы переполнены ребятишками. Благодаря кураторам случая сотни томских детей остаются с родителями. Изымать ребенка из семьи – крайняя мера, чаще всего до этого не доходит, – считает Наталия Петрова.

Комментарий

Светлана Степанова, директор социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних «Луч»:

– Кураторы случая – это специалисты, которые помогают сохранить для ребенка его семью, а семье с детьми – преодолеть сложную жизненную ситуацию. Они разрабатывают индивидуальный план реабилитации семьи и координируют все этапы его исполнения. Это первые помощники, привлекающие разных специалистов из разных организаций (соцработников, психологов, педагогов, медиков, юристов) для работы с родителями и другими родственниками ребенка. И чем раньше куратор случая придет на помощь семье, тем выше шанс исправить ситуацию. Эта технология позволяет команде специалистов сконцентрироваться на потребностях, мотивации и ресурсах конкретной семьи с детьми, нуждающейся в поддержке.

Виктор Романенко: Грехи – не наша епархия. А в остальном – работаем!

romanenko

Разговор с прокурором области Виктором Романенко по итогам девяти месяцев 2017 года мы построили по традиционной схеме: наиболее актуальные вопросы, основные сферы деятельности… Но объять необъятное (то есть нынешние функции прокуратуры и сферы приложения сил сотрудников) просто невозможно. Поэтому за пределами беседы остались целые пласты: поддержка обвинения в судах, все, что касается «классической» криминальной тематики, надзор за полицией. Но у нас еще итоги года впереди. А пока поговорим за девять месяцев.

Терпение и труд

Виктор Анатольевич, 2017 год чем-то отличался от предыдущего? На что, например, чаще всего народ жаловался?

– Принципиальных отличий нет. Хотя, если проанализировать статистические данные за девять месяцев нынешнего и прошлого года, мы увидим, что обращений граждан стало на 3% меньше – 21460 вместо 22127. Думаю, основная причина – активное применение мер прокурорского реагирования в 2016 году, в том числе по взысканию задолженности по заработной плате.

По-прежнему в «лидерах» жалобы на нарушение трудового и жилищного законодательства, несоблюдение законов в сфере ЖКХ и при привлечении к административной ответственности. Чаще стали жаловаться на ущемление пенсионных прав, нарушения в сфере безопасности дорожного движения, по вопросам следствия и дознания.

То есть позитив если и прослеживается, то незначительно?

– Я бы поставил акцент иначе. Есть одновременное снижение трех показателей: общего количества обращений, количества обращений, признанных обоснованными, и числа повторных обращений граждан, не согласных с итогами первичного рассмотрения их заявлений. Это говорит, во?первых, об образовании тенденции к снижению количества нарушений прав граждан и интересов хозяйствующих субъектов на территории региона. А во?вторых, о повышении качества работы прокуроров городов и районов, которые либо сумели вовремя предотвратить или пресечь нарушение закона, либо достаточно быстро приняли все необходимые меры в защиту нарушенных прав граждан и организаций.

Прокурорское вмешательство позволило легализовать трудовые отношения с 209 работниками, 89 работникам зарплата доначислена до минимального уровня. По постановлению прокурора возбуждены и расследуются два уголовных дела по факту невыплаты заработной платы ООО «СП «Технолес» и ОАО «ТЗИА».

Как много удовлетворенных обращений?

– Каждое пятое. Всего в текущем году обоснованными были признаны доводы 1?941 заявителя. Это означает, что нам предстоит еще очень много работы.

В этом году прокуратура активно участвовала в подготовке к отопительному сезону…

– Да, над этим мы работаем системно. В сентябре готовность регионов Сибири к отопительному сезону рассмотрели на совещании у полномочного представителя Президента РФ Сергея Меняйло. На тот момент в Томской области была наивысшая степень готовности среди всех регионов СФО. То есть в целом сезонные работы прошли успешно, замечания были только по отдельным локальным котельным. Тем не менее сроки срывались, ремонт затягивался, подача горячего водоснабжения тоже. По таким фактам прокурорами в Томске возбуждено пять дел об административных правонарушениях, руководителю «ТомскРТС» внесены представления.

Известно, что прокуратура стоит на стороне сирых и обез­доленных. Но ведь она не только наезжает (извините за жаргон) на предпринимателей, но и защищает их?

– И на этом недавно особо останавливался президент. Да, наша задача – защищать бизнес от необоснованных проверок многочисленных контролирующих органов. Это не пустые слова. С начала года к нам обращались за согласованием 364 внеплановых проверок, однако в 144 случаях (40%) мы отказали – проверки не состоялись. За различные нарушения при проведении проверок более 100 сотрудников органов контроля и надзора привлечены к административной и дисциплинарной ответственности.

Очень активно мы работали на погашение имевшейся перед хозяйствующими субъектами задолженности по исполненным ими государственным и муниципальным контрактам. В течение последних двух лет сумма выплаченной предпринимателям задолженности по результатам прокурорского вмешательства составила 230 миллионов рублей. А это – зарплата работникам, платежи в бюджеты и внебюджетные фонды, средства на развитие бизнеса…

Питание и воспитание

По недавним событиям: скандал (уже не первый) с питанием кадетов. Чуть ли не опарышами детей кормили. На броненосце «Потемкин» бунт из-за этого подняли, а у нас… Почему такая снисходительность? И в то же время в Александровском специнтернате нашли какую-то дрянь в крупе. Тенденция, однако?

– Конечно, не опарыши там были. Но мучных насекомых в крупе нашли, да. По фактам оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья, в Томском кадетском корпусе 27 и 28 сентября следственным отделом по Томску СУ СК РФ были возбуждены два уголовных дела по признакам состава преступления, пре­дусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей». Расследование продолжается. К строгой дисциплинарной ответственности привлечены заместитель директора по АХЧ, кладовщик и два повара. Директор учреждения уволился по собственному желанию. Кроме того, учреждение привлечено к административной ответственности по линии Роспотребнадзора. Сейчас оно работает в штатном режиме, пятиразовое питание учеников обеспечено в соответствии с откорректированным меню.

В Александровской школе-интернате сомнительные крупы без документации о качестве и безопасности уничтожены. Руководство привлечено к административной ответственности, пострадавших нет.

Ну и заодно давайте и про «Праздник топора» вспомним.

– Кто мне только о нем не напоминал, откуда только не звонили… Да, беда, опозорились на всю страну. Но это эмоции. По факту массового отравления людей возбуждено уголовное дело. Оно находится в производстве отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Томской области. Окончание исследований биологических проб, которое проводится в Москве, ожидается в ближайшие дни. Прокурор Томского района вынес организатору мероприятия представление. В соответствии с ним на территории парка запланировано строительство стационарной столовой с необходимым оборудованием, а также заключение договоров с Центром гигиены и эпидемиологии Томской области.

В неоплатном долгу

Томичей потрясли недавние ЧП со смертельными случаями в стационарах областного центра. Как вы считаете, это связано с заниженным объемом финансирования по госгарантиям, официально признанным прокуратурой в начале года? Кстати, об итогах ничего не сообщалось.

– Уже в начале февраля прокуратура области направила в суд административное исковое заявление о признании отдельных положений областной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области недействующими. В марте решением Томского областного суда оно было удовлетворено, а в июле с позицией органов прокуратуры согласился Верховный суд РФ. В результате Территориальному фонду ОМС Томской области дополнительно выделено 572 миллиона рублей. Сейчас на рассмотрении губернатора находится еще одно представление прокуратуры, в нем в очередной раз поставлен вопрос о необходимости надлежащего финансового обеспечения программы государственных гарантий.

Наша позиция в этом отношении однозначна: недофинансирование сферы здравоохранения приводит к нарушениям в оснащении медучреждений оборудованием, лекарственными препаратами и так далее. А в итоге – к недоступности качественной и своевременной помощи.

Например, больница скорой медицинской помощи №?2 – единственный стационар, оказывающий экстренную, круглосуточную хирургическую помощь в Томске. И здесь прокурорская проверка выявила, что штат недоукомплектован анестезиологами-реаниматологами, нейрохирургами, хирургами, травматологами-ортопедами, онкологами. Это послужило основанием для направления в суд искового заявления о признании бездействия ОГАУЗ «БСМП №2» незаконным. В том, что касается вопросов медицины, мы категоричны – со здоровьем не шутят.

Закон – тайга?

Текущий год объявлен в России Годом экологии. Как его отметили работники прокуратуры?

– За девять месяцев в сфере охраны окружающей среды было вскрыто более 2 тысяч нарушений закона. По инициативе прокуроров к дисциплинарной и административной ответственности привлечено почти 600 виновных, из них только предприятия нефтегазодобывающего комплекса заплатили штрафов на 2 миллиона рублей.

Серьезно…

– Да, что касается «нефтянки», предприятия, как правило, оплачивают штрафы без лишних споров. Хотя так было не всегда.

Томские общественники в этом году работали над составлением интерактивной карты свалок. Насколько эта тема была актуальна для ваших сотрудников?

– Повсеместно прокуроры принимают меры реагирования по фактам незаконного размещения отходов, добиваясь их ликвидации. Например, по иску прокуратуры области возвращен муниципалитету и очищен от мусора земельный участок в селе Рыбалово, незаконно использовавшийся под свалку потребительским кооперативом. Убраны свалки мусора в Кожевниковском, Асиновском и других районах. В целом в текущем году по результатам прокурорского вмешательства ликвидировано около 40 мусорных свалок, в том числе возле лесных массивов.

Браконьерский лов рыбы, увы, традиционный вид правонарушений для Томской области.

– Да, и 2017 год не исключение. Случаи незаконной добычи водных биологических ресурсов выявлялись неоднократно. В частности, по материалам проверки прокуратуры Кривошеинского района возбуждено и расследуется дело по ч. 1 ст. 256 УК РФ по факту вылова стерляди при помощи незаконных орудий лова.

Что за темная история с осетрами то ли в Колпашевском, то ли в Молчановском районе? Нам ее рассказал известный эколог-общественник Сергей Жабин.

– В июне на трассе Томск – Колпашево было изъято более 240 экземпляров сибирского осетра, то есть краснокнижной рыбы особо ценного вида, запрещенной к вылову. В остановленной молчановскими полицейскими машине находился водитель и еще трое мужчин, якобы просто перевозивших эту рыбу. По данному факту ОМВД России по Молчановскому району было возбуждено уголовное дело. Однако в октябре этим же органом вынесено постановление о приостановлении дознания. Прокурором Молчановского района это решение признано незаконным, отменено и направлено для дальнейшего расследования с конкретными указаниями о производстве необходимых процессуальных действий. Ход расследования поставлен в прокуратуре на контроль.

Рыба любит, где глубже, а человек… в мутной водичке половить. Появился особый вид правонарушений – злоупотребления при очистке водоемов.

– Это уголовное дело было возбуждено по инициативе природоохранного прокурора в феврале. Речь идет о хищении более 1,5 миллиона рублей из средств Департамента природных ресурсов Томской области. Деньги «смыло» при выполнении работ по восстановлению пруда на реке Порос Томского района, пруда на реке Мудрова в деревне Баткат Шегарского района и озера Мочище в селе Вершинино Томского района. Предварительное следствие по делу не завершено, дело достаточно сложное.

За девять месяцев в сфере охраны окружающей среды было вскрыто более 2 тыс. нарушений закона. По инициативе прокуроров к дисциплинарной и административной ответственности привлечено почти 600 виновных лиц.

И все же самое больное место – это лес. Точнее, «черные лесорубы».

– Проверки прокуроры проводят постоянно. По их материалам возбуждено и расследуется более 20 уголовных дел. Например, по постановлению прокурора Зырянского района возбуждено уголовное дело по факту незаконной рубки деревьев на сумму свыше 1,4 миллиона рублей. Используется и такая мера, как судебное понуждение. Всего предъявлено исков более чем на 50 миллионов рублей.

По «черным лесорубам» наметилась положительная динамика. Криминализированность лесопромышленного комплекса снижается.

Ни дать…

Как поживает наша родная коррупция? Цветет и колосится?

– Как вам сказать… За девять месяцев выявлено 201 преступление коррупционной направленности против 153 год назад.

Какие это преступления? И на чем преступники попадаются чаще всего?

– В основном – получение взяток должностными лицами из числа представителей органов власти и местного самоуправления, контролирующих органов. А также хищения со стороны коммерсантов, использовавших для этого управленческие полномочия. Преобладают факты взяточничества – 85 преступлений.

Средний размер взятки в 2016 году – 100 тысяч рублей. А нынче?

– За девять месяцев 2017 года – 256 тысяч рублей.

Суд установил, что А.О. Осипов, используя служебное положение, действуя группой лиц по предварительному сговору с двумя другими лицами, приобрел право собственности на земельные участки, принадлежащие трем гражданам и государству, находящиеся в распоряжении муниципального образования «Город Томск», чем причинил ущерб в особо крупном размере на сумму 9978000 рублей. Кроме того, совершил легализацию (отмывание) имущества.

Растет благосостояние народа. Хотелось бы несколько слов о наиболее нашумевших делах. Юрист мэрии Осипов?

– Уголовное дело в отношении бывшего начальника отдела судебной защиты департамента правового обеспечения администрации Томска, который занимался похищением прав на земельные участки и «отмыванием» имущества, завершено. Осипов осужден к шести годам и пяти месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима и штрафу в размере 350 тысяч рублей.

РИАТО?

– Уголовное дело в отношении экс-руководителя РИАТО было возбуждено по постановлению прокуратуры области. Буянов осужден, ему назначено наказание в виде четырех лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Это реальные сроки?

– Да, реальные.

А преподавателю ТПУ, который обирал студентов-китайцев (стыдобушка-то какая!), дали условный. Как на форумах писали – в Китае он бы до конца жизни тротуары мел…

– Этот человек не преподаватель. Он занимал должность ведущего менеджера отделения организации профессиональной подготовки. И это дело не коррупционной направленности. Он обманывал китайских студентов, взимая с них «плату» якобы за «содействие в переводе» на другие образовательные программы, в общей сложности более 300 тысяч рублей. На самом деле такой перевод осуществляется бесплатно. Государственный обвинитель в суде первой инстанции предлагал осудить виновного к 3,5 года реального лишения свободы. Однако с учетом молодости подсудимого, хороших характеристик и наличия малолетнего ребенка суд счел возможным назначить ему условное наказание плюс штраф 50 тысяч рублей, удовлетворены и все иски потерпевших о возмещении материального вреда. Не всякий раз нужна изоляция преступника. Этот человек получил горький урок, но он еще не потерян для общества.

Уголовные дела и «посадки» – лишь вершина айсберга в борьбе с коррупцией. Какие еще есть методы противостояния этому злу?

– Всего в сфере противодействия коррупции органами прокуратуры за девять месяцев выявлено более 1?500 нарушений законодательства. В том числе 266 незаконных правовых актов. 344 лица привлечено к дисциплинарной ответственности, 30 – к административной. В суд направлено 45 заявлений на общую сумму более 20 миллионов рублей.

…Ни взять

В практике прокуратуры появились совершенно новые дела – по статье о соответствии расходов и доходов госслужащих.

– Да, такая практика у нас реализована впервые. В прокуратуру поступили материалы в отношении государственного налогового инспектора ИФНС России по Томску. Установлено, что чиновник в 2014 году приобрел квартиру стоимостью более 3 миллионов рублей. Плюс ее супругом осуществлены сделки с недвижимостью на 500 с лишним тысяч рублей. И это притом что совместный доход семьи с 2011 по 2013 год составил 2,6 миллиона рублей. Сейчас дело находится на стадии судебного рассмотрения. Но еще до его начала прокуратура Томска столкнулась с активными действиями ответчика, который старался скрыть имущество – в спешном порядке подарить его матери. Прокурором Томска эти договоры дарения оспорены и признаны ничтожными.

Во взятке всегда присутствуют две стороны. Одна берет, другая дает. Есть ли примеры реальной ответственности взяткодателя?

– Недавно заместитель прокурора Томской области возбудил дело об административном правонарушении в отношении ООО «Вереск». Его гендиректор дал взятку в особо крупном размере – более 2 миллионов рублей – заместителю директора Томского лесохозяйственного производственного объединения. Постановлением мирового судьи «Вереску» назначен штраф на сумму 10 миллионов рублей. Решение суда в законную силу не вступило.

Несколько слов о бюджете. В представлении рядового гражданина нарушения в бюджетной сфере и коррупция чуть ли не одно и то же.

– Это, конечно, не одно и то же. Но претензий к исполнению бюджетного законодательства у прокуратуры немало. Об этом говорят цифры – в результате прокурорского вмешательства в бюджеты всех уровней перечислено свыше 22 миллионов рублей. По инициативе прокуроров на 390 миллионов рублей увеличены расходы, необходимые для реализации социально значимых вопросов. По искам прокуроров взыскан причиненный публичным образованиям ущерб на сумму свыше 45 миллионов рублей, например, в размере 16,8 миллиона рублей – с бывших руководителей ООО «Авиакомпания «ТомскАвиа» и ООО «Строительная компания «Фасад». Многочисленные нарушения выявлены при осуществлении закупок товаров, работ и услуг, за что 172 должностных лица привлечены к административной ответственности. Выявлены случаи незаконного использования федерального имущества и распоряжения собственностью муниципалитетов.

Подведем черту: все не без греха, но прокурорское око бдит.

– Ну, грехи – не наша сфера деятельности. А что касается всего остального – работаем!

Благодаря принятым прокуратурой мерам достигнуто снижение официальной задолженности по заработной плате со 109 млн рублей (в начале года) до 20,3 млн на начало октября, погашены долги по оплате труда на сумму свыше 200 млн, из них свыше 9 млн заплатили четыре организации, скрывавшие свою задолженность, 183 млн – 52 предприятия, не обязанные отчитываться о своих долгах в статорганы.

Количество зарегистрированных преступлений, связанных с незаконными рубками, в текущем году сократилось на 16%: с 298 до 250. Раскрываемость выросла более чем вдвое – с 21,5 до 43%. Ущерб от «черных лесорубов» снижен более чем вдвое: со 169 до 78 млн рублей. По итогам расследования в суд направлено 58 уголовных дел, что на 56% выше уровня прошлого года. К уголовной ответственности привлечен 71 человек, в прошлом году – 44.

Фонд Алены Петровой просит помощи в интернет-голосовании

фонд-Петрова

Фонд Алены Петровой просит помощи. Сегодня им нужны не деньги и не волонтеры, а обычное неравнодушие. Елена Алексеевна Петрова, руководитель Фонда, выдвинута на Государственную премию Общественной палаты РФ «Добрые люди России» от Сибирского региона! Победитель будет выбран по результатам голосования. Ссылка на него: http://добрыелюдироссии.рф/

За 10 лет работы нами привлечено более 130 000 000 рублей! В этом году было закончено строительство и прошло торжественное открытие первого и единственного в Томской области реабилитационного центра для детей с онкозаболеваниями при нашем Фонде. Эти успехи и достижения не остались незамеченными и на государственном уровне: в этом году меня, как руководителя Фонда, номинировали на государственную награду в области благотворительной деятельности. Само попадание в число номинантов уже говорит о многом, но всё же я считаю, что мы достойны победы. Почему я говоры «мы»? Потому что всё, что сделано Фондом за эти 10 лет – сделано добротой наших Томичей! Все вместе мы помогаем детям, все вместе мы строили Центр. Я лишь мостик между теми, кому нужна помощь и теми, что может помочь.

Елена Петрова

 

Кто виноват в ДТП на пешеходных переходах — мнения и комментарии

2-z11-a6736a9b-28d3-4b01-8512-e52f3748e24d

Госдума приняла в третьем чтении законопроект о дифференциации штрафов для автомобилистов за непропуск пешеходов. Размер штрафа за непредоставление преимущества пешеходам и велосипедистам будет варьироваться от 1,5 до 2,5 тыс. рублей. Раньше максимальный штраф был 1,5 тыс. рублей. В пояснительной записке к законопроекту отмечается, что ужесточение ответственности связано с ростом правонарушений: в 2014 году было возбуждено 1,64 млн таких дел, в 2015-м – 1,66 млн, в 2016-м – уже 1,8 млн. Но только ли водители виноваты в ДТП на пешеходных переходах? Может, нужно ввести штрафы и для пешеходов? Для тех, кто чувствует себя бессмертным и шагает по дорогам без оглядки.

Как ногой об асфальт

vyacheslav-popov
Вячеслав Попов, водитель- экспедитор

– Если все соблюдают правила, то противостояния и баррикад между водителями транспортных средств и пешеходами быть не должно. Но конфликт может быть заложен в несовершенстве правил. Я водитель с тридцатилетним стажем. К пешеходам отношусь негативно – за суетливость, безбашенность, хамство на дорогах, в том числе на переходах. Быть такими им позволяет уверенность в том, что они всегда правы и защищены ПДД.

Дети – это вообще отдельная песня, они бегут через дорогу сломя голову. Молодежь шествует неспешно и разговаривает по телефону. И даже некоторые пенсионеры ведут себя как коронованные особы, не поворачивая голову, чтобы посмотреть, есть машины или нет: расступитесь все, – я иду.

А виноват в случае чего всегда водитель. И размер штрафа в очередной раз поднимают. Для профилактики?

Законодатель по традиции думает, что проблем станет меньше. Но почему никто не хочет перетрясти ПДД и приблизить их положения к реальной жизни? Если я правильно помню, Верховный суд России делал прецедентные разъяснения по поводу того, в какой момент водитель обязан пропускать пешехода. Он должен совместить траектории своего движения и пешехода, и если они пересекаются на переходе, то пропускать. Должны работать здравый смысл и ответственность. На деле работает чаще всего нога. Пешеход наступил на проезжую часть, и этот его царский жест должен заставить все живое замереть. Это еще ладно, что в Томске нет больших магистралей и нерегулируемые переходы чаще устроены на узких улицах. Мой московский родственник жалуется: если он едет по Ленинскому проспекту в крайнем правом ряду, а пешеход только вступил на проезжую часть на противоположной стороне, то всем десяти рядам надо встать. Таковы правила… А если идет бабушка с клюкой?

В Томске тоже есть свои выкрутасы: не успеешь повернуть с улицы Артема на улицу Усова, как сразу упираешься в переход. Далеко ли до беды? Виноват будет водитель, без вариантов. Или улица Гагарина на пересечении с улицей Плеханова: до установки светофора там бесконечно переходили дорогу пешеходы, а из машин из-за этого собиралась пробка. Поедешь чуть посмелее, пешеходы возмущаются и у виска крутят – они же правы!

Ладно, штрафы увеличили, но как фиксировать нарушения? Это может сделать только инспектор ГИБДД. Но они чаще по другим «хлебным» местам расставлены. Когда вы видели в последний раз, чтобы инспектор штрафовал пешехода? В советское время?

Увеличение штрафа решает какие-то другие задачи, а не обеспечение безопасности дорожного движения. Это как запрет на курение в 10 метрах от подъездов жилых домов. Кто будет ловить за руку нерадивого? Участковый? Ну-ну… Это, скорее, завуалированный отъем денег у людей в пользу бюджета. И все. Бороться за безопасность людей надо по-другому.

Каждому свою дорогу

Аглая Петрова, школьница:

– На днях у меня на глазах моя подружка попала под машину на переходе на проспекте Ленина у театра драмы. Там вроде бы всегда водители уступают, даже если идешь в одиночку. Но тут получилось так, что маршрутка в ближнем ряду остановилась, а водитель легковушки из левого ряда пешеходов не видел и продолжил движение. А подружка моя, увидев, что автобус останавливается, рванула через переход бегом. Вот и встретились… У нее сотрясение мозга и больничный режим, у машины – капот всмятку и лобовое стекло вдребезги.

По правилам виноват автомобилист – не уступил дорогу. С точки зрения пешехода это правильно, но с точки зрения водителя – нечестно. Он не видел движения человека.

Считаю, что повышение штрафа может сделать водителей более внимательными. Хотя деньги небольшие, и это не заставит притормаживать перед каждой зеброй. Значит, надо максимально исключить возможные контакты машин и пешеходов. Надо их пути разводить: строить надземные или подземные переходы, светофоры. И пусть не мешают друг другу: пешеходу – безопасность, автомобилисту – скорость и комфорт.

И тогда не будет виноватых без вины.

Улыбнитесь друг другу

irina-rudakova
Ирина Рудакова, флорист

– Думаю, что это повышение и дифференциация штрафов не дадут нужного эффекта, люди все равно будут попадать в аварии. Никогда еще в нашей стране страх перед наказанием не стимулировал законопослушное поведение.

Не надо никаких ужесточений, надо научиться понимать всех участников дорожного движения и относиться к ним с уважением. По нашему городу очень заметно, что культура поведения на дороге в последнее время стала несравненно лучше. Томичи со стажем хорошо помнят, сколько было раньше инцидентов, в том числе и летальных случаев с пешеходами на проспекте Ленина. Да и на других улицах шанс попасть под машину был велик. Посмотрите, поставили ограждение на проспектах, и люди стали переходить строго по зебре, на зеленый свет светофора. Сколько лет стояли гаишники на площади Ленина и добились своего: этот переход стал безопасным. И не только он. Сила порядка и убеждения заставила многих водителей вести себя по-джентльменски. Раньше у роддома Семашко беременные дамы, туристы и богомольцы, идущие в монастырь на службу, долго не могли перейти улицу Крылова, теперь же стоит человеку показать свои намерения, как поток останавливается. Некоторые водители даже тормозят и жестом помогают неуверенным пешеходам перейти улицу. Бросается в глаза неприятное поведение у переходов машин с номерами соседних регионов, а наши, семидесятые, более вежливые.

С другой стороны, разве трудно нам, пешеходам, кивнуть в благодарность водителю за то, что остановился перед переходом? Мог ведь и проехать, ничего не нарушая. Разве трудно немного подождать еще попутчиков, а не гордо в одиночестве дефилировать перед десятком застывших машин? Вот на проспекте Мира, 35, есть ручной светофор для перехода. Благое дело, но пешеход ждать еще кого-то не хочет, жмет кнопку, он же торопится, а двум десяткам машин спешить некуда. Дорог много, а места сделать шаг с добром навстречу друг другу негде.

Ловить за руку

koh-sergej
Сергей Кох, муниципальный работник

– Я, наверное, выгляжу идеалистом, но уверен, что увеличение штрафов – своевременная и хорошо продуманная инициатива. Потому что положение действительно очень серьезное. Деньги, полагаю, пойдут на хорошее дело – на нашу с вами безопасность. На переходах нужны видеокамеры для фиксации нарушений. Кому от этого будет хуже? Порядка станет больше. Я бы даже увеличил сумму наказания на пару тысяч. Смущает только перекос в сторону водителей. Хотя у каждого автомобилиста есть alter ego, второе я. Возмущался поведением пешеходов, а сам вышел из машины и побежал через дорогу в неположенном месте. И ничего. В намерениях депутатов никак не отражена мера ответственности пешеходов. Инспекторы вообще на их проделки на дорогах внимания не обращают. Может, выплачивать гаишникам премии за пешеходов, привлеченных к административному штрафу?

 

Система социальных услуг обретает новые формы

img_7489

Нине Александровне в январе исполнится 94 года. За плечами пенсионерки – долгий трудовой путь в школе и педагогическом училище, воспитание дочери, работа в партийных органах. Сейчас томичка не всегда может самостоятельно сходить в магазин и разобраться с мудреными квитанциями за тепло и воду. Поэтому с 2010 года женщина пользуется услугами комплексного центра социального обслуживания населения: его специалисты всегда готовы не только обеспечить женщину продуктами и лекарствами, но и помочь в решении любых жизненных вопросов.

Фото: Алена Кардаш

Лучше, чем просить соседа

Дочь и внуки Нины Александровны живут в Северске. Семья ее не забывает, но бабушка нагружать родных лишними хлопотами не хочет. Вот уже целый год помогать ей приходит соцработник Марина Кунцевич. В числе подопечных у специалиста еще 14 пенсионеров. Кому-то надо принести продукты, кого-то сводить к врачу, кому-то помочь разоб-раться со стиральной машиной…

В этот раз соцработник принесла молочные продукты.

– Это еще что! Она мне такие тяжелые пакеты иногда приносит. Я как-то раз накупила сама всего, а донести до дома не смогла, – рассказывает пенсионерка. – За все годы, что я пользуюсь социальными услугами, никогда не было никаких проблем. Меня все устраивает. Коммунальные счета помогут оплатить, уборку сделать. Правда, название «соцработник» мне не нравится. Как-то не душевно это. Ведь эти люди нам такими близкими становятся. С одной из моих помощниц, Леной, мы до сих пор общаемся, хотя она уже сама на пенсии. Приходит ко мне в гости, пьем чай, беседуем.

Марина Кунцевич в прошлом маркетолог. Сменить профессию и помогать пожилым людям она решила, пережив личную драму.

– Три года я ухаживала за старенькой мамой, и теперь пережить эту утрату мне помогает моя новая служба, – говорит специалист. – Все мои подопечные для меня как родные.

Прежде чем начать работу в новом статусе, Марина Николаевна прошла подготовку. Теперь она и первую помощь пенсионерам окажет, и с юридическими вопросами разобраться поможет.

История Нины Александровны и еще полтора десятка подопечных Марины Кунцевич – практика для региона привычная. Получателями социальных услуг в Томской области являются 4,5 тыс. человек. Правда, показатель этот плавающий: в зимний период число обращающихся за помощью пожилых людей и инвалидов возрастает. В целом же за пять лет количество получателей соцуслуг в регионе выросло. Соответственно, возросла нагрузка на социальных работников: если в 2012 году на одного приходилось в среднем восемь подопечных, то в 2017 году их число выросло до 11.

>170

млн рублей выделяется ежегодно на оказание социальной помощи на дому пенсионерам и инвалидам Томской области.

– Социальные услуги призваны улучшить качество жизни наших пенсионеров и инвалидов, – рассказывает начальник Департамента социальной защиты населения Томской области Марина Киняйкина. – Предоставляются они людям, которые в силу разных обстоятельств утратили способность самостоятельно себя обслуживать. Для этих целей в нашем регионе функционирует 33 государственных учреждения: 12 домов-интернатов, 18 центров социальной поддержки населения, два комплексных центра в Томске и Северске и одно специализированное учреждение для людей без определенного места жительства.

img_7463

Двери областного комплексного центра социального обслуживания населения, расположенного в Томске, открыты для подопечных со всей области. Сюда пожилые люди из районов региона могут приехать по путевке и пройти программу оздоровления с массажем, физиопроцедурами и соляной пещерой.

Но чаще всего помощь пенсионеры получают на дому. Специалисты соцзащиты делят такие услуги на основные и дополнительные. К первым относятся самые важные, без которых не может обойтись ни один человек: доставка продуктов, лекарств, гигиенические процедуры. К дополнительным относятся, например, уборка снега, мытье окон, прополка огорода.

– Основные соцуслуги бывают платными и бесплатными, – уточняет Марина Киняйкина. – Бесплатно получить такие услуги пенсионер может, если его доход не превышает 1,5 прожиточного минимума. Дополнительные услуги всегда платные. Но это ни в коем случае не должно пугать наших будущих заявителей: стоимость соцуслуг у нас несопоставима с расценками коммерческих организаций. Например, в Томске принести продукты стоит 31 рубль в месяц, в Верхнекетском районе – 54 рубля. Помыть окно у нас стоит 9 рублей за квадратный метр. Бывает, особенно в сельских районах, пенсионеры рассуждают так: «Зачем мне обращаться в соцзащиту, если я могу попросить соседа наколоть дрова или убрать снег с крыши?» Но ведь сосед сегодня поможет, а завтра его может и не быть. Наши соцработники оказывают услуги в рамках официальных договоров, они всегда выполняют свою работу профессионально и в срок. Поэтому мы призываем пожилых людей: не стесняйтесь обращаться за социальными услугами, если у вас есть в этом необходимость. Мы для этого и созданы.

Семейным подрядом

В Томской области трудятся четыре сотни социальных работников. Как правило, это женщины. Однако там, где соцработникам не обойтись без тяжелого физического труда (иногда необходимо колоть дрова и убирать снег), встречаются и мужчины.

Одна из новых форм работы – семейные бригады. Супружеская пара, официально трудоустроенная в центре соцподдержки, выезжает к подопечному. Пока женщина занимается уборкой и готовкой, мужчина может подлатать забор или крышу. Так что за один выезд соцработники оказывают сразу несколько видов услуг.

По схожему принципу работают мобильные бригады, отправляющиеся на помощь пенсионерам в отдаленные населенные пункты. Сразу несколько сотрудников центра соцзащиты единовременно приезжают к подопечным в отдаленных деревнях. Иногда в работе участвуют и волонтеры.

– Мы делаем первые шаги в привлечении социально ориентированных некоммерческих организаций, – поясняет начальник областного департамента соцзащиты. – Такая форма работы появилась благодаря изменениям в законодательстве: теперь негосударственные организации могут оказывать соцуслуги.

По словам Марины Киняйкиной, нехватки кадров в сфере оказания соцслуг сегодня в регионе нет. Работники, успевающие обслуживать больше пенсионеров, получают достойную зарплату. Это мотивирует людей оставаться в профессии и совершенствовать свои навыки. Соцработник должен уметь не только оказывать первую помощь или ухаживать за лежачими больными, но и консультировать пенсионера по возникшим у него вопросам.

– Сотрудники стараются взять себе как можно больше подопечных. Но, конечно, не в ущерб качеству услуг, – говорит Марина Александровна. – Мы постоянно контролируем качество помощи. Но главные контролеры, конечно, сами получатели. Ведь, если пенсионеров не устраивала бы наша работа, они бы просто не заключали с нами новые договоры.

Наука помощи

Томские центры соцподдержки готовят профессиональных сотрудников и помогают родственникам пожилых людей адаптироваться к их потребностям. С недавних пор в регионе начала работу «Школа ухода». Здесь члены семей пенсионеров, нуждающихся в особом уходе, могут пройти бесплатное обучение. С начала года такие курсы по всей области прошли 235 человек, решивших самостоятельно ухаживать за престарелыми родственниками.

– Есть в регионе и опыт приемных семей для пожилых людей, – говорит Марина Киняйкина. – Конечно, это единичные случаи, но они есть. При этом никаких дополнительных выплат таким семьям не полагается, это исключительно порыв души. Люди вместе ведут хозяйство, поддерживают друг друга.

Центры социальной поддержки населения в районах области зачастую становятся в буквальном смысле сердцем общественной жизни пенсионеров. Там открываются социальные комнаты, где пожилые люди могут получить необходимую помощь и интересно провести время: заняться вязанием, кулинарией, разведением комнатных растений… Жизнь обретает новые краски.

– В Томской области действуют 46 социальных комнат, – резюмирует Марина Александровна. – Только в этом году открылись три: две в Томском районе и одна в Молчановском. Разумеется, на этом мы останавливаться не намерены. Равно как и в развитии прочих новых форм оказания социальных услуг.

Мы ориентированы на то, чтобы наши пенсионеры получали соцобслуживание именно на дому, а не в интернатах. Это не потому, что с интернатами что-то не так. Просто, как говорится, дома и стены помогают. Здесь человек живет в привычной для него среде, рядом – соседи, друзья. Пусть пожилой человек остается дома, а мы всегда придем и поможем ему. Для этого и создана система социальной поддержки.

Марина Киняйкина, начальник Департамента социальной защиты населения Томской области

Треть мемориалов Великой Отечественной нуждаются в реконструкции

s-baturino_tomskij-rajon
Томский район, Спасское сельское поселение, село Батурино, ул. Цветочная, мемориал рядом с детским садом. Трава – по пояс…

В середине сентября суд города Южноуральска вынес приговор двум школьницам, осквернившим мемориал павшим в Великой Отечественной войне. Пьяные малолетки бросили в Вечный огонь траурный венок. Свое поведение девчонки объяснили желанием привлечь к себе внимание, побегать от прохожих и посмеяться. «Шутка» удалась: суд приговорил школьниц к году ограничения свободы за вандализм.

Эта история далеко не единственная в своем роде. Над Вечным огнем сушат ботинки и жарят шашлык, возле мемориалов танцуют тверк и демонстрируют растяжку. Каждый такой случай вызывает бурное возмущение общественности, море гневных постов в Интернете и непременные оргвыводы. Но есть и другой вандализм – тихий, ежедневный, привычный… Это заросшие травой памятники, облупившиеся постаменты, давно погасшие огни и почти неприметные ПХВ-бутылки из-под пива вокруг. Такой вандализм никого особо не цепляет. Привыкли.

В списках не значатся

За лето эксперты Томского отделения Общероссийского народного фронта провели беспрецедентную акцию, обследовав более двух сотен мемориалов ВОВ от областного центра до самых до окраин – во всех 20 муниципальных образованиях региона. Главной целью активистов ОНФ были Вечные огни и Огни памяти: сколько их, где располагаются, в каком состоянии находятся, какими документами располагают.

Сильно забегая вперед, скажем: из всех мемориалов Томской области (точное их число не могут назвать ни в ОНФ, ни в ветеранских организациях, ни в официальных структурах) реально Вечный огонь в нашем регионе только один – в Лагерном саду. Он же единственный имеет паспорт. Все остальные существуют на птичьих правах. И горят один-два раза в год.

s-kargala_shegarskij-rajon
«…Началась война, и забрали каргалинских соколиков на фронт. Провожали всей деревней, и плакали, и пели, а сердце рвалось от тяжких дум: вернутся ли?» Из книги «Судьба земли Шегарской»

Отправляясь в поход, общественники располагали сведениями о 44 мемориалах, пригодных для подключения газобаллонного оборудования. Это по данным областной администрации. На официальной цифири душа «фронтовиков» не успокоилась. Информация собиралась по самым разным источникам: памятным альбомам, издававшимся областным советом ветеранов к юбилеям Победы, архивным фото, газетным публикациям, рассказам глав сельских поселений, сведениям местных ветеранских организаций, беседам с жителями. Ну и, конечно, в поездках по настоящим медвежьим углам. Глава исполкома Томского отделения ОНФ Сергей Шаляпин быстро научился распознавать типовые архитектурные особенности памятников, где некогда стояла газовая горелка. Кое-где и трубы сохранились, и ниши, где устанавливали баллоны, и даже проржавевшие доисторические емкости из-под газа. В итоге мемориалов с огнями – бывшими и нынешними – получилось 60. То есть 16 объектов даже не были зафиксированы в официальном списке.

По словам Шаляпина, исколесившего в поисках погасших и еще горящих огней почти всю область, у единиц (как правило, в райцентрах) имеются хотя бы документы на землю. Большая часть памятников вообще ни в каких официальных бумагах не фигурируют. Соответственно, не имеется и регламентов, которые определяли бы порядок «возгорания», источники финансирования и т.д. Никаких нормативов на этот счет тоже не существует.

Постаревшая память

s-zorkaltsevo_tomskij-rajon
Почетный караул (Пост № 1) заступает на Вахту Памяти у мемориала в селе Зоркальцево Томского района

Удивительное дело. Федеральные и областные власти выделяют немалые средства на подготовку к празднованию Дня Победы, особенно если речь идет о круглой дате. При помощи коммерсантов формируется немалый фонд «Победа». Но до сельских мемориалов эти средства почти не доходят. А ведь большая их часть построена примерно тогда же, когда и мемориал в Лагерном, – в 70-е годы прошлого века, в крайнем случае – в первой половине 1980-х. Тогда каждый совхоз непременно строил памятник в центральной усадьбе, а кто побогаче и поамбициознее – и в отделениях. Причем директора не скупились, старались приглашать заезжих художников. Степень таланта и градус совестливости у них были, конечно, разными. И все же большей частью памятники были если и не шедеврами, то добротным «индпошивом». Но ваяли их все-таки не из бронзы и не из мрамора – все больше цемент с отдельными металлическими фрагментами. 50 лет для таких сооружений – большой срок.

sm-pervomajskoe_pervomajskij-rajon
Село Первомайское. Таким мемориалом можно гордиться!

И если в райцентрах за ними хоть как-то следят, то в глубинке и следить зачастую некому. В лучшем случае к празднику памятники подкрашивают и подмазывают (как правило, в стиле «бабушка сделала ремонт»). Ну, косят траву. И – до следующего года. Где-то состояние получше, где-то похуже. При этом получше, как правило, там, где огонь все-таки зажигают, пусть даже если это лампадка. Возможно, при прочих равных условиях просто именно там людям это действительно нужно. По-взрослому ухаживают только за мемориалом в Лагерном саду. Кстати, осенью там должны быть проведены инженерные обследования. Стоимость контракта составила 1,3 млн рублей.

s-podgornoe_chainskij-rajon
«В 1984 году при подготовке к юбилею образования Чаинского района райком КПСС принял решение открыть в селе Подгорном мемориальный комплекс в память о земляках, погибших на фронтах Великой Отечественной войны». Похоже, полноценной реставрации комплекса с тех пор не было, а косметический ремонт все только ухудшил

Мало кто из томичей об этом знает, но есть в областном центре и еще один мемориал с огнем – в районе спичфабрики. За ним ухаживает школа № 19, а газовый баллон доставляет управляющая компания «МЖЭП-9».

Сухое горючее вместо газа

В муниципалитетах Огни памяти зажигают дважды в год – 9 мая и 22 июня. Если зажигают. Из районных «столиц» лишен огня Белый Яр – хотя «в другой жизни» он здесь был, горелка как архитектурный элемент в мемориале исчезла сравнительно недавно.

В Каргаске память павших чтут не только на словах, но и на деле

На следующий год, если не принять экстренных мер, вряд ли удастся подключить газ в Подгорном. Это становится просто опасным! К тому же в ходе «текущего ремонта» солдатские фигуры лишились лиц – их как будто стерли… Памятник выглядит просто жутко. Как пояснил Сергей Шаляпин, это довольно популярный на селе способ «оздоровления» погибающих монументов: на осыпавшуюся штукатурку накладывают марлечку и замазывают сверху глиной или цементным раствором. Понятное дело, не скульпторы…

Парадоксальным образом нет огня в Стрежевом и Кедровом. Своя логика в этом есть: эти города молодые, в Великую Отечественную здесь никто не жил. Но, рассказывают, в нефтеграде на прежнем памятнике горелка все же была, а на новом ее «аннулировали». Зато в Парабели действует единственный в регионе огонь, питающийся от магистрального газопровода. Но горит он, как и в других райцентрах, те же два дня в году. Хотя голубое топливо газовики поставляют в рамках спонсорской помощи, оно муниципалитету ничего не стоит. А вот Томску, чей мемориал к магистрали не подключен, а питается от газокомпрессорной установки, Вечный огонь обходится дорого: более 2 млн рублей в год. Правда, это вместе с обслуживанием. Это не к тому, что надо экономить, просто констатация факта. Цена вопроса для города Асино – 23 тыс. рублей, для Колпашева – 15 тыс. рублей, Первомайки – 13 тыс. Все прочие мемориалы обходятся либо газовыми баллонами, либо какими-то иными горелками. В некоторых селах и в северской военной части используется сухое горючее. В самом «пятом почтовом» Огня памяти тоже нет, а вот в бывшей деревне, а теперь микрорайоне Иглаково – есть. И неплохо содержится.

Воспитание Постом

Среди сельских памятников в самом приличном состоянии находятся мемориалы в Молчановском районе. Их всего четыре – в райцентре, в Нарге, Могочине и Тунгусове. Все в рабочем состоянии. В Молчанове прекрасный памятник, он расположен в красивом месте. Сам мемориал содержится прилично, вот только парк вокруг был на момент визита «фронтовиков» в весьма неряшливом состоянии. Впрочем, после визита экспертов ОНФ местные власти устроили уборку. В Тунгусове все в рабочем состоянии, но использовать газ здесь опасаются – зажигают свечки. Более-менее неплохо обстоят дела в Шегарском районе. Здесь практически все огни действующие. Хотя в самом райцентре не мешало бы снять с памятника вековые наслоения краски, а в Монастырке на месте отвалившихся барельефов установлены доморощенные «художества». Вроде бы и старались люди, но без слез не взглянешь. Удручающая картина в Каргале, где памятник разрушается с задней стороны.

Больше всего действующих мемориалов с Огнем памяти в Томском и Шегарском районах – по 11. В Каргасокском районе их пять, в Молчановском – четыре, в Кожевниковском и Первомайском – по три, в Асиновском – два.

В Томском районе состояние памятников ВОВ разное. Очень приличное – в Зоркальцеве, где много лет работает Пост № 1, а мемориал находится рядом с храмом, и местный батюшка принимает в его содержании большое участие. Хотя горелка Огня памяти – пять склеенных между собой тротуарных плиток… А вот в селе Губино прекрасный памятник, будто парящий над трассой, зарос травой и стремительно разрушается. В ужасном состоянии мемориалы в Батурине и Вершинине. Печальная картина и в поселке Копылово. А ведь это все отнюдь не медвежьи углы! До областного центра рукой подать. Чего тогда ждать от какой-нибудь асиновской Филимоновки (где Огонь памяти представляет собой цветочную клумбу) или кривошеинского Иштана (из-под козырька «красуются» клубни монтажной пены). Еловка и Ересная Кожевниковского района – еще два безрадостных адреса с разрушенными барельефами и заброшенными Огнями памяти.

В серьезном ремонте, по оценке экспертов ОНФ, нуждаются более трети обследованных памятников. Причем это касается как архитектурной части, так и инженерных систем. На 36 мемориальных комплексах требуется провести реконструкцию.

Тема Вечного огня прозвучала на федеральном уровне в апреле 2014 года на медиафоруме ОНФ в Санкт-Петербурге. Тогда Владимир Путин дал поручение правительству совместно с органами власти субъектов РФ и ОНФ обеспечить учет и бесперебойное функционирование мемориалов с Вечным огнем.
В апреле 2017 года Госдума приняла в первом чтении поправки в Закон «Об увековечении памяти погибших при защите Отечества». Законопроект закрепляет статус мемориальных сооружений «Вечный огонь» и «Огонь памяти» (как составной части мемориального сооружения, на котором огонь зажигается по временной схеме), а также уточнил полномочия федеральных органов государственной власти и органов местного самоуправления по учету и сохранению таких мемориальных сооружений.

Но все же большая часть мемориалов находится в рабочем состоянии. Им требуется только уход: регулярная, а не только к празднику уборка, прополка, благоустройство газонов, покраска, замена плитки.

– При желании во многих селах Огни памяти можно восстановить. Другое дело – есть ли в этом потребность у местного населения? Где-то да, и мне об этом говорили, а где-то, увы, нет, – размышляет Сергей Шаляпин. – Если в деревне осталось 280 жителей, ответ очевиден. Может, там и не нужно восстанавливать горелку. Достаточно и клумбы. Но следить за памятником, поддерживать его в пристойном виде – это святая обязанность местных властей. Всю собранную информацию мы систематизировали, нанесли на карту патриотических проектов ОНФ http://imena.onf.ru/ и передадим в муниципалитеты. Надеемся, она поможет навести порядок – и с содержанием и ремонтом, и с учетом и паспортизацией.

Две сотни объектов паспортизацией сразу не охватишь. Поэтому, считают активисты ОНФ, начинать надо с райцентров. Где паспорт – там и нормативы, и регламенты, и финансирование. Официальное оформление, в том числе земельных отношений, – это только первый шаг. Еще предстоит работа над исторической справкой, изучение общественного мнения, составление перечня первоочередных работ и создание дорожной карты – на перспективу. И, конечно, создание Постов № 1. В идеале – при каждом мемориале. Подростки, стоявшие в карауле у Вечного огня, никогда не будут жарить на нем шашлык.

Федеральные эксперты проверили качество томских дорог

wp_20170805_10_33_49_pro

– А у нас в квартире газ! А у вас? – А у нас водопровод. Вот! – А у нас вчера дороги ремонтируют опять. Асфальта сняли очень много, а класть обратно не хотят!

Простите за вольную интерпретацию, но уж очень Михалков складно ложится на ситуацию нынешнего лета. Газификация, чистая вода, дорожный ремонт – три кита, которые так или иначе упоминают все: и правые, и левые, и те, кто по центру. Отличается только интерпретация. Для одних это доказательство реальных успехов, для других – очередной повод для критики.

А ларчик просто открывался

В Томске побывали активисты проекта «Дорожная инспекция Общероссийского народного фронта/Карта убитых дорог». Участники этого проекта, стартовавшего в Сибири в конце июля, отметили: жители региона-70 проявили прямо-таки уникальную заинтересованность. Ими – то есть нами – на карту было нанесено порядка 400 объектов. Мы – бесспорные лидеры за Уралом. И это притом что томские дороги – далеко не самые худшие как в СФО (и тем более если брать в расчет ДФО), так и по России в целом.

Чем же тогда объясняется экстраординарная инициативность томичей? Тем, что мы такие умные? Польстим себе: возможно. Но важно еще и то, что семена упали на унавоженную почву. Томские «фронтовики» взялись за дороги еще в 2014-м. А в прошлом году они получили мощную поддержку со стороны главы региона Сергея Жвачкина. Вспомним его полмиллиарда на дороги и обращение к жителям томской глубинки: учет и контроль – это не только наше, но и ваше дело! Народ поверил и откликнулся. Да как! Людям надоело смотреть, как бюджетные деньги весной смывает с дорог. Многие из них открыли для себя сайт dorogi-onf.ru. И определенно не желают его закрывать. Параллельно всем жителям региона, уставшим от бездорожья и разгильдяйства, предлагается звонить в профильный областной департамент. То есть игра идет не в одни ворота. Столичные эксперты из дорожной инспекции ОНФ это подтверждают. Карта картой, а «картина маслом» уже совсем иная.

Нам сверху видно все!

20170805_090801– Дорожный проект Народного фронта в Томской области реализуется успешно, – говорит эксперт Дмитрий Цопов. – Власти внимательно работают с интерактивной картой ОНФ и учитывают мнение граждан, отмечающих убитые дороги. Порядка 40–50% дорог, попавших на интерактивную карту, включены в планы работ на текущий год. Это хороший показатель: значит, есть обратная связь, есть реакция администрации. Далеко не в каждом субъекте Федерации проект «Дорожная инспекция ОНФ/Карта убитых дорог» работает столь эффективно. Это говорит о том, что жители региона знают о проекте, активно участвуют в нем, он хорошо освещается в томских СМИ.

Что в первую очередь отмечают в качестве позитива? Основные участки ремонта во многом совпадают с рейтингом убитых дорог на интерактивной карте. Это улицы Розы Люксембург, Киевская, Карташова, Учебная, проспекты Комсомольский и Кирова. Именно там сейчас идут самые масштабные работы.

– По сравнению с 2015 годом, когда мы побывали в Томске в первый раз, состояние городских дорог заметно улучшилось, увеличилось число ремонтируемых улиц, исчезли ямы на центральных магистралях, – поясняет Дмитрий Цопов.

Больная Подгорная

20170805_105827

Точки на интерактивной карте, в которых отметились столичные эксперты вместе с томскими «фронтовиками», чиновниками из мэрии и представителями администрации Томской области, в реале находятся довольно далеко друг от друга: Учебная, Лебедева, Ленина, Карла Маркса, Пушкина, 1-я Рабочая и Большая Подгорная. Последнюю местные жители не зря именуют Больной Подгорной: она вошла в топ-10 народного рейтинга – разумеется, со знаком минус. Начальник областного департамента транспорта, дорожной деятельности и связи Константин Белоусов пообещал: на следующий год она обязательно войдет в план ремонта. В этом же году приоритет в областном центре решили отдать дорогам с наиболее интенсивным движением, а также участкам, не отвечающим требованиям безопасности дорожного движения.

Та же картина – на улице Лебедева. Автомобильной дорогой то, что эксперты здесь увидели, вообще назвать трудно. Какой-то проселок в центре города. В рейтинг Лебедева не вошла – все-таки интенсивность движения здесь не такая высокая. Но шансы попасть в план ремонта на 2018 год у нее есть. Тем более недавно на этой улице наконец-то сдан многолетний долгострой – один из проблемных томских домов. А между улицами Никитина и Лебедева строится лицей для одаренных детей. Так что скоро ее отрезок от Советской до Красноармейской перестанет быть таким заштатным.

Рабочее переделкино

Среди гарантийных участков, которые не обошла стороной инспекция ОНФ, оказалась и ул. 1-я Рабочая. Здесь срок гарантии на капремонт истекает в 2018 году. Но уже сейчас видно: во многих местах асфальт, особенно рядом с люками и решетками ливневки, уже стек в канализацию – вокруг ямы и провалы. Задача властей, подчеркивают общественники, – заставить компанию исполнить все взятые на себя обязательства и исправить дефекты. Но это еще полбеды – власти если и не совсем научились, то учатся жестко спрашивать с подрядчиков и заставлять их переделывать недоделки и брак. Беда в том, что они по-прежнему не могут синхронизировать работу «сапожников» и «пирожников»: не успели одни уложить асфальт, как другие спешат его разрыть. Графики дорожных работ и коммунальных раскопок все еще существуют сами по себе.

Как говорит координатор проекта «Дорожная инспекция Общероссийского народного фронта/Карта убитых дорог» в томском ОНФ Константин Юденко, рекомендация согласовывать деятельность этих структур обязательно войдет в список общественных предложений органам власти от Народного фронта по итогам дорожной кампании 2017 года.

* * *

Подводя итог поездки в Томск, Дмитрий Цопов отметил как масштабы нынешней ремонтной кампании, так и позитивные изменения в дорожном хозяйстве в целом.

– Но теперь очень важно вместе с общественностью контролировать качество работ. Чтобы не получилось так, что срок гарантии еще не истек, а дорога уже местами находится в ненормативном состоянии, – добавил Дмитрий. – Иначе никаких денег не хватит. То, что власть заставляет подрядчиков за свой счет переделывать некачественно выполненный ремонт, как это было сделано на улице Учебной, – это правильный сигнал. Лучше потерпеть один раз, чем закапывать бюджетные деньги в одни и те же участки каждый год. За нарушения при ремонте дорог подрядчик должен отвечать рублем. Если и эта мера не помогает, значит, властям следует вносить организацию в список недобросовестных поставщиков, чтобы она не могла выигрывать аукционы.

В целом, отметил эксперт ОНФ, в Томской области власть как заказчик работ заинтересована в общественном контроле дорожного ремонта. Об этом говорит и тот факт, что представители Народного фронта входят в состав городской и областной комиссий по оценке качества дорожных работ.

В ближайшие дни участники дорожного проекта ОНФ посетят другие регионы Сибири. Завершится инспекционная поездка в сентябре. По ее итогам будет составлен общероссийский рейтинг качества дорог.

Спасут ли инвесторы деревянное зодчество Томска

Фото: Артем Изофатов

pushkina-24-do-i-posle
Все, что осталось от кружевного красавца по адресу Пушкина, 24, построенного в 1899 году. В свое время здесь располагалась чайная. В современный период дом был жилым. Серьезно пострадал в пожаре в 2012 году. Власти внесли его в список-701 и передали инвестору – ООО «Любимый город», которое и разобрало аварийный дом

В самом сердце Томска, близ Белого озера, на ул. Пушкина, 24, некогда стоял резной красавец. Вырос дом на этом самом месте больше 120 лет назад. Некогда чайная, а затем и жилой дом, весь в деревянных кружевах, он не был памятником архитектуры, но создавал самобытный рисунок всего Белозерья. После пожара 2012 года дом пустовал и не был толком законсервирован. Теперь на его месте лишь металлический забор и развалины, укрытые грязным весенним снегом.

Здания на Пушкина, 5, тоже больше нет: забор, руины да две обрушенные стены – кирпичный брандмауэр и деревянный остаток сруба.

Деревянная архитектура Томска – российский бренд и сильнейшая головная боль для муниципалитета. И с каждым годом она все нестерпимей: столетние домики и терема ветшают, разрушаются и горят. Год назад в Томске заработала новая программа по сохранению деревянного кружева – льготная аренда для инвесторов в обмен на полную реставрацию. «ТН» выясняли, к чему ведет привлечение бизнеса к сохранению культурного наследия.

Очередь на выживание

Не все деревянные дома Томска – памятники. Большинство из них – объекты исторической среды. Но именно они формируют атмосферу улиц и кварталов, становясь необходимым обрамлением домов-памятников.

Деревянный Томск многообразен, и бюджетных средств на сохранение всех построек нет. В 2014 году гордума утвердила перечень объектов деревянного зодчества, в отношении которых установлен особый правовой режим. Власти составили список из 512 домов, которые нельзя сносить и перестраивать. Еще 189 домов – объекты культурного наследия: их охраняет Федерация или регион. Сюда же относятся вновь выявленные объекты культурного наследия, подлежащие охране.

Так получился знаменитый и весьма спорный список-701. Некоторые депутаты говорят, что его нужно сокращать, так как на все не хватит средств, а защитники зодчества уверяют, что список далеко не полный. Возможно, окончательное решение появится уже в этом году, когда специалисты завершат подготовку проекта границ исторического поселения и утвердят, что именно должно быть сохранено.

pushkina_5
А это то, что осталось от дома, построенного в 1893 году. Дом по адресу Пушкина, 5 не имел статуса памятника архитектуры, но власти включили его в список-701. Строение серьезно пострадало в пожаре в 2011 году. Инвестор – ООО «Импульс-К»

…Но вы держитесь!

Пока город выкручивается как может. С 2005 года в Томске отремонтировано 93 ценных деревянных дома. Это не значит, что теперь все эти строения в полном порядке: где-то подлатана крыша, где-то – фундамент, а где-то – пол. Лишь несколько домов прошли капремонт. Так что возвращаться есть к чему, были бы деньги.

Но их, как обычно, не хватает. В 2017 году на муниципальную программу по сохранению деревянного зодчества было выделено 28,8 млн рублей. Из них 9,5 млн до домов не дойдут: эти средства предназначены на работы по определению границ исторического поселения. Оставшиеся 19,3 млн пойдут на завершение работ в домах, где ремонт начался в 2016 году. То есть остальные деревянные «пациенты» в этом году помощи не получат.

И не известно, получат ли в следующем. Городские власти до сих пор не знают, будут ли деньги на ремонт объектов деревянного зодчества в 2018 году. В проекте бюджета на программу пока заложен всего 1 млн рублей, причем непосредственно на ремонт не предусмотрено ничего. В мэрии поясняют: план работы с ценными деревянными домами нужно скорректировать с учетом новых границ исторического поселения. Тогда и вопрос с деньгами, быть может, прояснится.

Зовите бизнес

Ничтожное бюджетное финансирование и постоянно ухудшающееся состояние домов дают понять: городу не решить проблему без частных денег.

Инвесторы и раньше участвовали в реставрации объектов деревянного зодчества. С 2011 года это происходило через приватизацию домов на аукционах. Правда, механизм сработал не так, как ожидали чиновники. После отчуждения прав собственности город не мог контролировать, что творит частник на историческом объекте, и часть домов была утрачена. Тогда власти предложили сдавать дома в аренду на длительный срок под льготный процент, но с одним условием: объект должен быть отреставрирован.

Впервые об этом чиновники публично заговорили в мае 2015 года. Мэрия убеждала: привлечь инвестора в разваливающиеся «деревяшки» можно только выгодными условиями. В начале 2016 года власти решили: новому механизму быть.

Итак, арендатор дома – объекта деревянного зодчества определяется на торгах. В течение двух лет он должен подготовить проект капремонта по утвержденному техзаданию. Затем инвестор получает право платить всего 0,1% арендной платы за землю и до 10% платы за дом. В течение пяти лет арендатор должен завершить ремонт, и тогда он сможет снимать дом всего за 1 рубль. Срок льготной аренды – 49 лет.

– Этот механизм не имеет аналогов в России, – сообщил «ТН» начальник департамента управления муниципальной собственностью мэрии Михаил Ратнер. – Главное отличие от других регионов в том, что таким образом можно будет восстановить не только памятники архитектуры, но и сопутствующую им фоновую застройку. Эта система создана с учетом нашего прошлого опыта, а также опыта Москвы и Вологды. В ней проработаны все слабые места.

Все работы инвестор обязан согласовывать с мэрией. Техзадание на ремонт объектов деревянного зодчества выдает комитет по сохранению исторического наследия горадминистрации, а на ремонт домов-памятников – комитет по охране объектов культурного наследия Томской области. Эти же органы контролируют все, что происходит на переданных объектах. Что появится в исторических домах после ремонта, пока неясно. Но жилыми они точно не станут.

За год власти выставили на торги 16 домов из списка-701. Инвесторов заинтересовали далеко не все. На момент подготовки этого материала договоры льготной аренды были заключены по 10 объектам деревянного зодчества: на пр. Ленина, 25/1, и пр. Фрунзе, 32а, а также улицах Беленца, 4а, Пушкина, 24, Пушкина, 5, Трифонова, 1, Кирова, 27а, Тверской, 66, Тверской 66а, Кривой, 8.

Где эта улица, где этот дом?

Каждый томич знает узорчатые особняки на улице Алексея Беленца. В свое время домам на нечетной стороне повезло, их отремонтировали. Но на другой стороне улицы, будто извиняясь за свое уродство, сгорбившись, стоит их обгоревший брат – дом № 4а – почерневший, с заколоченными окнами.

frunze_32a
Дом на пр. Фрунзе, 32а, несколько лет после расселения пустовал. На фото – то, что от него осталось после пожара в марте 2016 года. Дом частично законсервирован и передан инвестору – ООО «Универсал»

Проспект Фрунзе. Здесь на пересечении с улицей Гоголя на прохожих мрачно глядит дом, сгоревший год назад. Обуглившиеся стены в центре оживленного проспекта – памятник человеческой безалаберности.

Чуть дальше, на улице Тверской, знаменитый «дом с грифонами» под номером 66. Памятник архитектуры федерального значения. Он лишился своих знаменитых башенок, опустел и покосился. Толком не законсервированный, он уже успел обгореть и стать безликой развалюхой. Гораздо больше повезло флигелю этой старинной усадьбы – дому на Тверской, 66а. Он практически не поврежден.

Инвесторы снесли уже два вверенных им исторических дома – на Пушкина, 5, и на Пушкина, 24. В мэрии «ТН» сообщили: нарушений в действиях арендаторов нет, там демонтированы аварийные конструкции. Те элементы, которые еще можно спасти, инвесторы промаркировали и увезли на реставрацию. Как бы там ни было, с начала работы программы Томск уже лишился двух исторических домов. И это, возможно, не предел.

Реставрация или новодел?

Координатор регионального общественного движения по сохранению культурно-исторического наследия «Исторический Томск» Мария Бокова уверена: дом на Пушкина, 24, можно было сохранить.

– Если осмотреть бревна этого дома на срезе, можно увидеть, что они прочные и целые, – говорит Мария Николаевна. – Ладно, я не специалист. Но туда ходили сотрудники ТГАСУ. Они мне потом звонили и говорили: «Вы видели, что на Пушкина, 24, происходит?!»

Механизм работы с инвесторами не отработан, считает Мария Бокова. По ее мнению, при передаче домов должна собираться специальная комиссия с участием специалистов-реставраторов ТГАСУ. Состояние дома и его декоративных элементов должно быть зафиксировано, а в документах нужно прописать, сколько процентов объекта можно сохранить в первозданном виде.

– Чиновники говорят: мы увязнем в бумагах. Но в противном случае нет смысла в этой программе. Она приведет к утрате исторических зданий: дома разрушат, а на их месте построят чистой воды новодел. Я считаю, это просто завуалированная передача земли под новое строительство, – отмечает Мария Бокова.

То, как ремонтирует объекты деревянного зодчества сама мэрия, общественников тоже не устраивает. Дома, говорит координатор «Исторического Томска», теряют свой подлинный облик и достоверность.

– Есть дома, где в ходе капремонта изменен размер оконных проемов, декор. Это уже не реставрация, а новодел, не имеющий никакого отношения к старине. Нас многие обвиняют, что мы не даем Томску развиваться. Мы хотим, чтобы город развивался, но делать это нужно через сохранение, – утверждает Мария Бокова. – Томск – единственный не только за Уралом, но и в России город, который сумел сохранить самобытную деревянную архитектуру. И в последние годы мы настолько стремительно это уничтожаем.

tverskaya-66-togda-i-sejchas
Доходный дом Павла Косача, памятник архитектуры федерального значения. В конце позапрошлого века его построил архитектор Андрей Крячков. В 1899 году Константин Лыгин отреставрировал фасад дома в готическом стиле. В 2011 году дом на Тверской, 66 после расселения серьезно пострадал в пожаре. Передан инвестору – Семену Васильеву

Снести, чтобы сохранить?

Разыскать инвесторов, взявшихся за восстановление домов по новому механизму, оказалось непросто. Томская мэрия предоставила «ТН» список компаний и частных лиц, выигравших торги, но наотрез отказалась делиться их контактами.

– Они первопроходцы, им сейчас сложно, – заявили «ТН» в мэрии. – Повышенное внимание им сейчас ни к чему. Они сталкиваются с множеством проблем.

«ТН» все же удалось выйти на одного «первопроходца». Им по счастливой случайности оказался инвестор, арендовавший дом на Пушкина, 24, – ООО «Любимый город». Заместитель директора компании Александр Беликов в телефонном разговоре отметил, что решение арендовать объект деревянного зодчества было принято неслучайно.

– Для нас это, скорее, социальный проект, – рассказал Александр Вячеславович. – Мы томичи и очень любим свой город. Я с детства видел прекрасную деревянную архитектуру Томска. И я хочу, чтобы сегодняшние и будущие горожане могли так же восхищаться ею.

Он пояснил, что дом на Пушкина, 24, пришлось разобрать, так как конструкции сгнили и пришли в негодность: после пожара 2012 года строение не было как следует укрыто, стояло под снегом и дождем. Все сохранившиеся декоративные элементы и даже гвозди инвестор промаркировал, сфотографировал и вывез с площадки, чтобы впоследствии вернуть их на свое историческое место.

– Нам достался дом с очень интересной историей. Мы планируем сделать его в точности таким, каким он был 120 лет назад. Хотим, чтобы как можно больше людей могли туда приходить. Что там разместится, пока не решили. Может быть, детский центр или кафе. Это станет ясно, когда приступим к внутренней отделке, – пояснил Александр Беликов. – Проект реставрации готов, мы отправили его на утверждение в мэрию.

Демонтаж дома рабочие делали вручную. Они обнаружили в доме подвал и старинную печь. В этом году «Любимый город» намерен установить на Пушкина, 24, новый сруб и поставить крышу. На это инвестору придется затратить 2–3 млн рублей. Еще сотни тысяч рублей потребуются на внешнюю и внутреннюю отделку.

– Конечно, есть сложности. Боимся, как бы энергетики не взяли с нас деньги за техподключение. Это колоссальные суммы, – поделился замдиректора. – Дом был подведен к сетям, но долгое время стоял неподключенным. И сейчас нам предлагают заплатить как за вновь строящийся объект. Мы с этим не согласны. Надеемся, что удастся урегулировать этот вопрос.

15 объектов деревянного зодчества в год томские власти планируют передавать на реконструкцию частным инвесторам.

(Не) нужная старина

«Любимый город» не первый в Томске обратил внимание на красивый особняк на Пушкина, 24. Несколько лет назад специалисты ТГАСУ уже готовили проект ремонта для другого инвестора.

– Когда дом расселили и законсервировали, он был в относительно хорошем состоянии, – рассказывает заведующая кафедрой реконструкции и реставрации архитектурного наследия Лариса Романова. – Там сохранились ценные подлинные элементы декора. Потенциальный инвестор хотел там разместить кафе. Нас это заинтересовало, и мы взяли эту тему для дипломного проекта. На первом этаже предлагали разместить кафе «Карусель времени», на втором – квартиру хозяина.

Интерьеры?XIX века, меню со сладостями того времени – все это могло быть в доме у Белого озера. Даже после пожара 2012 года потенциальный инвестор не отказывался от данной идеи. Но осуществить ее не было суждено.

– Власти очень долго решали, отдавать дом инвестору или нет. Мы сделали проект, дом уже успел погореть, а вопрос все решался. В составе диплома был проект консервации здания, и его можно было реализовать, – вспоминает Лариса Романова. – Но после пожара оно так и простояло под снегом и дождем, и дом вынуждены были разобрать. Возникает вопрос: что мешало оперативно отдать дом инвестору, когда строение еще можно было спасти?

Студенты кафедры готовили и проект реставрации дома на Пушкина, 5, для которого тоже нашелся инвестор. Но и этот проект остался только на бумаге.

– Расселенных домов очень много, а качество консервации оставляет желать лучшего. В итоге большинство домов разрушаются. То же сейчас происходит с Тверской, 66, – отмечает заведующая кафедрой реконструкции и реставрации архитектурного наследия ТГАСУ. – Дома на Пушкина, 24, и Пушкина, 5, исчезли. И на их месте, я подозреваю, появятся новоделы. Потому что специалисты-производственники, которые берутся за дома, просто не обладают нужной квалификацией. Они не смогут сделать точную копию того, что было. В Томске утрачена производственная база для реставрации, а она очень важна для сохранения культурного наследия. В итоге мы получаем дома, лишь отдаленно напоминающие исторические.

Многие томичи просто не знают о ценности историко-культурного наследия и потому не заинтересованы в его сохранении, считает Лариса Романова. Жители отдаленных районов с современной застройкой не всегда понимают: а что особенного в старых «деревяшках»?

– В школе не объясняют детям, что такое деревянное зодчество и почему его надо сохранять. Откуда взяться бережному отношению? – рассуждает Лариса Степановна. – Я скажу больше: это общенациональная тенденция. Похожую ситуацию я наблюдала и в Вологде: там на месте многих старинных домов стоят новоделы, а исторические постройки горят и разрушаются. Но ведь Томск – город с уникальной деревянной архитектурой. Она демонстрирует нашу национальную идентичность. И если не изменить своего отношения к ней сейчас, то очень скоро мы утратим ее.

Долг платежом ужасен

Почему сельхозпроизводители и банки не могут договориться по кредитам

В коровниках мычат коровы. 607 голов. Жуют свою жвачку, с любопытством тянут морду к незнакомому человеку – журналисту и шарахаются, когда пытаешься их фотографировать…
Овощехранилище завалено свежим урожаем: картофелем, морковью, свеклой… Туда-сюда снуют погрузчики: перекладывают в боксы собранную последней капусту. Будет что продавать до следующего июля.
Хозяйство «Кисловское» – один из крупнейших производителей овощей в Томской области, работодатель для 120 человек – совсем не похоже на ходячего мертвеца.

Тем не менее де-юре это так: в компании с марта 2015 года действовало наблюдение – первый этап процедуры банкротства, а в октябре по решению арбитражного суда открыто конкурсное производство. Будет ли предприятие распродано – целиком или по частям – или для него найдут инвестора, пока не ясно: это зависит от тактики конкурсного управляющего. Его задача – погасить долг перед основным кредитором, Россельхозбанком, которому «Кисловское» должно 223 млн рублей по договору поручительства.

DSC02712
«Когда мы начинали работать, в Томском районе было около 40 крупных хозяйств. Сейчас осталось штук шесть-семь… Мы держались более-менее нормально: в прошлом году выручка была 80 млн рублей, прибыль – 30 млн. Правда, мы 8 млн на одни только запчасти потратили: сельхозбизнес сейчас требует гигантских затрат…»

Дружба дружбой, и табачок не врозь
– Зачем я выступила поручителем по кредиту? Ой, и сама не знаю, – директор ООО «Кисловское» Тамара Данилова тяжело вздыхает. – Мы как-то привыкли друг другу доверять. Сергей Алексеевич (Якушенко, директор ЗАО «Овощевод». – Прим. ред.) попросил взять на себя обязательства прежнего поручителя, говорил, что государство поможет ему рассчитаться с долгом. Я сначала не хотела. А потом думаю: ладно, все же свои. Да и властям привыкли доверять. В семь часов вечера поехала в банк и подписала документы. В банке, конечно, обрадовались…
Собственно, этот рассказ – все, что нужно знать об уровне финансовой грамотности мелких и средних сельхозпроизводителей Томской области. Будь она на другом уровне, возможно, их взаимоотношения с Россельхозбанком не напоминали бы сводки с фронтов, как это происходит сейчас. Выживают не все: по данным сайта Арбитражного суда Томской области, за период с конца 2014 года до середины 2015-го более 10 сельхозпредприятий региона ушли в процедуру банкротства. Но вернемся к «Кисловскому»…
Многомиллионное поручительство «по дружбе» случилось неспроста: много лет Сергей Якушенко и Тамара Данилова работали вместе: он был директором, она заместителем директора ЗАО «Овощевод», существовавшего с 2002 года на базе кисловского совхоза. Развивалось оно неплохо. Например, в архиве «ТН» сохранились репортажи о работе его теплиц, поставлявших на томский рынок зелень и рассаду, об успешной попытке выращивать даже арбузы, о планах построить мясо-молочный комплекс на 1 тыс. голов с автоматической системой доения… Именно на строительство этого комплекса в 2009 году предприятие взяло кредит 330 млн рублей в Россельхозбанке. Пустая коробка нового родильно-доильного комплекса стоит сейчас как памятник тем надеждам…
Проблемы с гашением начались у «Овощевода» в 2012 году, когда закончились федеральные субсидии процентной ставки по нацпроекту «Развитие АПК» и одновременно резко упали оптовые цены на овощи, что плачевно сказалось на выручке. По поводу дальнейшей финансовой политики у руководителей предприятия случился скандал, и Данилова возглавила новое юридическое лицо – ООО «Кисловское». Впрочем, де-факто все равно работали рука об руку: за «Овощеводом» осталась вся недвижимость, за «Кисловским» – живность, и Данилова платила бывшему коллеге 140 тыс. в месяц за аренду коровников. На завод «Том-Мас» ее компания ежедневно поставляла 7 тонн молока. За год самостоятельности успели даже реализовать 15-миллионный инвестпроект – модернизировать в овощехранилище систему вентиляции. Это позволяло создать запас овощей на всю зиму и весну, а не сбрасывать их сразу по окончании уборки, когда цена на рынке слишком низкая.

Последствия своих решений в области финансов надо всегда тщательно продумывать. Другое дело, что общество пока не осознает этой ответственности: по результатам наших опросов, 40% людей считают, что государство несет ответственность за их личные ошибки на финансовом рынке. Михаил Сергейчик, финансовый аналитик, руководитель проекта «Ваши личные финансы»

Благо не творю
Крах предприятий – сначала одного, потом по цепочке другого – начался в 2014 году, когда «Овощеводу» предъявили исковые требования на 12 млн рублей два неких гражданина. Это отдельная детективная история о том, как легко развести любой бизнес на деньги. Но в свете нашего материала важно только то, что по этому иску в ноябре 2014 года решением Арбитражного суда Томской области ЗАО «Овощевод» было признано несостоятельным (банкротом). Естественно, Россельхозбанк сразу же предъявил требования и по своему кредиту – на тот момент остаток по нему составлял 223 млн рублей.
– Проблема заключалась в том, что залог по кредиту был оформлен в 2009 году, и тогда имущество компании реально оценивалось более чем в 200 млн. Это была, с одной стороны, техника, с другой – коровы, – рассказывает Дмитрий Лизунов, управляющий партнер юридической фирмы «LL.C-Право». – Но техника ломается, и за пять лет часть ее была утрачена. А такое залоговое имущество, как КРС, перестало существовать в принципе: в процессе разбирательства выяснилось, что коровы в промышленном производстве живут всего 2,5 года. Как представители «Овощевода», мы предлагали Россельхозбанку провести инвентаризацию. Зачем? Есть такое понятие «зафиксировать убытки». Нужно понять, сколько реально стоит имущество. 200 миллионов? А может быть, 100? Или 170? То есть выяснить, какую сумму РЕАЛЬНО, а не теоретически сможет выручить банк при продаже активов должника. Но диалога с банком не получилось.
К сожалению, томский региональный филиал АО «РСХБ» от каких-либо комментариев «ТН» отказался, сославшись на банковскую тайну в отношениях с клиентами. Его позицию попробовал объяснить Михаил Сергейчик, финансовый аналитик, руководитель проекта «Ваши личные финансы»:
– Банк не производит деньги, он привлекает деньги вкладчиков и дает кредиты населению и предприятиям, а доходом банка является разница между процентами по кредитам и депозитам. А теперь представьте себя вкладчиком: вы открыли вклад на 100 тыс. рублей и планируете получить с него доход. Но когда вы приходите в банк за вкладом с процентами, вам говорят: извините, нам по взятому кредиту вернули только 10%, давайте мы тоже отдадим вам 10 тыс. вместо 100. Банк – это не благотворительная организация, которая должна прощать долги. Деньги даются на возвратной и платной основе, это классика заемных средств. За них нужно платить и их нужно возвращать, это не субсидия и не дотация. Если этого не может сделать заемщик, банк логично начинает требовать исполнения обязательств и с поручителя.

Спор глухого со слепым
Есть один тонкий момент – Россельхозбанк не был инициатором банкротства поручителя. Процедура наблюдения была введена 2 марта 2015 года, основанием для ее инициации послужило неисполнение судебного решения о взыскании с ООО «Кисловское» в пользу ООО «Торговый дом «Сибирский» суммы задолженности около 2 млн рублей. Есть основания полагать, что банк посчитал это намеренной попыткой избавиться от финансовых обязательств при помощи специалистов. И, возможно, поэтому отказался от какого-либо диалога в дальнейшем.
Временный управляющий Ульяна Гладкая по своей инициативе провела инвентаризацию имущества должника (это в основном скот плюс немного техники) и оценила его в 33 млн рублей.

Долг «Кисловского», равный реальной стоимости его активов, готово было выкупить КФХ «Заречное». Его возглавляет Светлана Прокопьева – дочь Тамары Даниловой.

– Мы предложили банку эту оценку активов «Кисловского» и сказали: если вы с ней не согласны, проведите свою, – рассказывает Дмитрий Лизунов. – Ну пусть вы оцените имущество поручителя в 37 млн, в 32 млн… В любом случае это будет не 223 млн, как было предъявлено в исковых требованиях. Также мы нашли третье лицо – инвестора, который готов был за 33 млн (плюс-минус несколько миллионов в зависимости от оценки банка) выкупить долг у банка. И кисловские фермеры смогли бы спокойно работать дальше. Ведь если «Овощевод» уже нельзя было спасти (он год как находился в стадии конкурсного производства), то «Кисловское» было реально работающим хозяйством с большими перспективами: породистый скот, 3 тыс. га посевных площадей (каждый третий кочан капусты в области выращивался на этих полях!), налаженный сбыт… Но Россельхозбанк и в этом случае отказался идти на какие-либо уступки: мол, у нас все будет четко по инструкции! Но это подход не бизнесовый, а чиновничий. И отсюда не эффективный. Ведь они что должны делать? Раз в полгода приезжать и проверять свои залоги: не утрачена ли техника? Жива ли корова? Это бизнес, где надо держать руку на пульсе. Понятно, что сельхозпроизводители тоже где-то могут расслабиться. Но вы-то что сделали для того, чтобы свои риски минимизировать?..
В сентябре Арбитражный суд Томской области несколько раз откладывал решение по дальнейшим процедурам в отношении «Кисловского». Шла битва за то, чтобы на предприятии было введено внешнее управление (то есть официальное финансовое оздоровление). И в далекой перспективе банк мог бы рассчитывать на возврат средств. Но юристы Россельхозбанка настаивали на конкурсном производстве, видимо, как более быстром способе вернуть хотя бы часть денег продажей имущества должника. И победили. Увы, практика показывает, что если на сельхозпредприятие приходит конкурсный управляющий, то имущество распродается за копейки. Свежий пример: в мае этого года бесславно завершилась история шегарского животноводческого комплекса «Русь», признанного банкротом в 2013 году. Изначально он был оценен в 17 млн, а продан в 10 раз дешевле – за 1,7 млн рублей. Тамара Данилова рассказала, что все лето к ней ходили некие люди и присматривались к скоту:
– Смеялись, что скоро за бесценок наших коров купят. Вон, недавно «Зайцевское» в Кожевникове раздербанивали: 230 голов вывезли за два дня, по рыночной цене потом на бойню сдали. Популярный нынче стал бизнес…

Cправка «ТН»
В ответ на запрос «ТН» прокомментировать ситуацию

Черданцеваначальник Департамента по социально-экономическому развитию села Томской области Ирина Черданцева сообщила: «Еженедельно ведется мониторинг сельскохозяйственных организаций, находящихся в сложной финансовой ситуации, включая ООО «Кисловское». Регулярно проводятся совещания с представителями ОАО «Россельхозбанк», где обсуждаются возможности финансового оздоровления предприятий. Кроме того, прорабатываются варианты по поиску потенциального инвестора». Месяц назад из обладминистрации пришла новость: китайский инвестор (АООО «Китайско-российская компания по развитию сельского хозяйства») предполагает реализовать на территории региона несколько проектов в сфере АПК. В том числе построить животноводческие молочные комплексы с общим поголовьем 100 тыс. голов дойного стада. Общий объем инвестиций составит не менее 50 млрд рублей до 2030 года. Как сообщалось в пресс-релизе, первый этап реализации инвестпроекта предполагает строительство в 2015–2017 годах фермы на 2,5 тыс. голов в деревне Кисловке Томского района.

__

Мнение
бересневВладислав Береснев, фермер:
– На мой взгляд, проблема в том, что с середины 2000-х, когда начал действовать нацпроект по развитию АПК, сельхозкредиты выдавались всем без разбора. Поручителем выступала администрация области, и был даже отдельный вид бизнеса: взять кредит, обанкротить предприятие, повесить долг на область и подсчитывать прибыль. Из-за этого теперь впали в другую крайность – кредиты не дают никому. Есть пять-шесть предприятий, находящихся в белом списке: «Сибирская Аграрная Группа», Межениновская птицефабрика, «Белосток», «Дубровское» и, может быть, еще парочка. Остальным выкатывают такие требования, что соблюсти их нереально. Мелкий бизнес никому теперь не интересен – на всех уровнях идет глобализация. Зачем иметь 100 клиентов по 1 млн рублей, если можно иметь одного клиента на 100 млн рублей? Прибыль та же, а хлопот в 100 раз меньше. И бонусом – лояльность корпорации… Я знаю, что областными чиновниками сейчас готовится обращение в Москву с просьбой сменить руководство томского филиала Россельхозбанка. Но это бессмысленно: оно всего лишь выполняет четкие инструкции головного офиса. Такова новая финансовая политика для всей страны.

 

Выпускные вечера: ярмарка тщеславия или родовые традиции?

TNews791_09

Прокатившаяся по России волна школьных выпускных вновь породила в обществе дискуссию о том, нужно ли отмечать роскошными праздниками не только получение аттестата о среднем образовании, но и менее значимые события: выпуск из детского сада, завершение обу­чения в начальных классах, окончание девятого класса? Нужно ли водить детей в рестораны и дарить дорогие подарки учителям? Мнения экспертов «ТН» по этим вопросам разошлись.

Забава скучающих домохозяек

Ангелина Котова, преподаватель вуза
Ангелина Котова, преподаватель вуза

Ангелина Котова, преподаватель вуза

– Моя старшая дочь перешла в пятый класс, а средняя – во второй. Соответственно, нам с мужем пришлось потратить почти месячную зарплату сразу на два выпускных вечера: по поводу окончания первого класса и начальной школы. Плюс подарки учителям. Теперь отпуск мы уже не сможем провести в Крыму или на Алтае и пытаемся придумать какой-то менее затратный вариант.

В прошлом году у средней дочери был выпускной в детском садике, и тоже с далеко не детскими атрибутами – посиделками в кафе, услугами праздничного агентства и подарками воспитателям. Причем часть этих подарков мы отдали воспитателям и нянечке деньгами (в размере их месячной зарплаты). Через два года из детсада выпустится моя младшая дочь, а через три года средняя дочь окончит начальную школу. В итоге мы почти каждый год тратим огромные для нас деньги на всевозможные выпускные.

В мое время было всего два выпускных вечера в жизни – по окончании школы и вуза или техникума. Но это действительно важные вехи в судьбе каждого человека, когда одна эпоха жизни заканчивается, а другая начинается. А сейчас дошло уже до того, что посиделками в кафе и подарками учителям отмечают даже окончание полугода учебы, совмещая этот повод с новогодними праздниками. Выпускными вечерами такие мероприятия не называются, но стоят немногим дешевле.

По моим наблюдениям, главным мотором этого безумия становятся скучающие домохозяйки, чьи мужья зарабатывают достаточно для того, чтобы жены не работали, а занимались домом и детьми. У них куча свободного времени и море энергии, не растраченной на работе или на службе. И если занятые люди воспринимают деятельность в родительских комитетах как дополнительную нагрузку, то домохозяйки относятся к ней с энтузиазмом. Практически во всех родительских комитетах есть две-три женщины, чья жизнь вертится только вокруг их детей.

Эти энергичные дамочки с упоением придумывают, на что бы еще потратить родительский бюджет. А мы получаем от них SMS о том, сколько денег и на что нужно сдать. Я, конечно, не возражаю против походов детей в театр или в музей, но зачем их водить в кафе да еще нанимать аниматоров?

Периодически, когда родительский комитет придумывает что-то совсем безумное и дорогое, некоторые родители возмущаются и отказываются. Но останавливать их постоянно мы не можем. Во-первых, у нас нет на это времени и сил. А во-вторых, многие люди тушуются, когда им говорят: «Вам что, жалко денег на собственных детей? Или вы нищие?»

Конечно, все эти внеучебные мероприя­тия – дело добровольное. Но кто захочет, чтобы его ребенок чувствовал себя ущербным из-за того, что весь класс пошел в кафе, а он не смог, потому что его родители не сдали деньги?

Учителя, хоть и не все, относятся к такой практике с одобрением. Так им удобнее собирать с родителей средства на учебные тетради, канцелярию и прочие расходы. Да и получать хорошие подарки приятно.

Новый вариант старых традиций

Элла Крайнова, воспитатель лицея
Элла Крайнова, воспитатель лицея

Элла Крайнова, воспитатель лицея

– В стремлении проводить красочные выпускные праздники для детей, школьников и студентов ничего особенного нет. Внешне это выглядит как желание инициативных родителей отпраздновать событие, значимое для их семей.

Если раньше все проходило достаточно скромно и недорого, то теперь выпускные выливаются в грандиозные церемонии с большими денежными тратами – пароходами, отелями, салютами, престижными ресторанами. Недавно прочитала, что в этом году выпускницы петербургской гимназии № 56, чтобы выглядеть достойно, потратили на свой образ от 2 тыс. долларов и более. И если оценивать масштаб распространения и почти одинаковые хоть в городе, хоть в деревне формы проведения нынешних выпускных, то выглядит явление как неотрадиция со сложившейся обрядовостью. Но она возникла не на пустом месте и ни в коем случае не отражает уровень и качество нынешней жизни. Просто упомянутая традиция имеет очень глубокие корни. Несравнимо более древние, чем проведение выпускных балов со времен Петра I и последующих российских императоров, когда в честь выпуска устраивались пышные аристократические балы с фейерверками, а выпускники заказывали одинаковые перстни, дабы всю последующую жизнь ощущать принадлежность к ученическому братству. Нет, речь идет о незыблемости вековых жизненных циклов и родовых традиций культурной инициации детей и юношей.

Раньше в семьях обязательно отмечали важные точки взросления детей – «на зубок» положили серебряную ложку, «на дыбок» (встал на ноги и пошел) пели: «…Ах, дыбок, дыбок, дыбок, вот Ариночке годок». Или обряд «постриг» с пострижением волос ребенка семи лет от роду в знак перехода из-под опеки матери под опеку отца. А девочек семи лет обязательно отдавали в няньки. Это были тысячелетиями апробированные этапы вхождения во взрослую жизнь. Только подарки для детей были не в пример проще, искреннее и отражали духовную важность момента.

Ничего страшного, на мой взгляд, в проведении выпускных от детского сада до окончания вуза нет, их проведение социально оправдано: инициации, как посвящение, теперь выглядят так, и ничего с этим не поделаешь. Желание «отдариться» тоже естественно. Вопрос только в размере щедрот, отпускаемых на событие. Думаю, что чаще всего траты бывают чрезмерны, оттого получается напыщенно, с перебором. А коли так, то всегда ли разумно, что не в меру? Не утерян ли нравственный смысл, заложенный предками? К слову, известный питерский праздник для выпускников школ «Алые паруса», светлый и чувственный ранее, в этом году прославился драками с поножовщиной и давкой с ранеными детьми. Надо ли это?

Чем детей удивлять будете?

Ольга Герасимова, директор гимназии № 18
Ольга Герасимова, директор гимназии № 18

Ольга Герасимова, директор гимназии № 18

– Все эти выпускные вечера проходят по инициативе родительских комитетов. Лично я абсолютно отрицательно отношусь к выпускным в детских садах, после четвертого класса и даже после девятого.

Выпускной должен быть единственным и неповторимым, когда человек выпускается из школы во взрослую жизнь. А устраивать банкеты после четвертого класса… Я всегда им говорю: вы потом, в одиннадцатом классе, чем удивлять своих детей будете? Когда они приходят в ресторан, им там уже неинтересно.

Я, например, в первый раз была в ресторане после того, как окончила университет. Сейчас их ведут в ресторан уже после детского сада! А в одиннадцатом классе они сидят там со скучающим видом. Они все уже видели.

Не надо этого делать. Не надо этих сборов, этих огромных трат. К сожалению, моего мнения родители не спрашивают. Сами что-то придумают, собирают деньги и делают. Школа в этом не участвует. Когда дети оканчивают четвертый класс, то есть начальную школу, мы только выписываем им грамоту и благодарственное письмо родителям.

Лучше всего вернуться к советской традиции выпускных вечеров два раза в жизни: при получении аттестата зрелости и диплома о высшем образовании. Не надо устраивать ярмарки тщеславия и приучать к этому детей, которых ведут в салоны на прическу уже в четвертом классе.

Главное – дети довольны

Наталья Петренко, бухгалтер
Наталья Петренко, бухгалтер

Наталья Петренко, бухгалтер

– Моя дочь окончила Томский политехнический лицей, в котором уже сложилась традиция – торжественную часть и вручение аттестатов проводить в БКЗ, а неофицильную часть – на базе «Томь» в Калтае. Подготовку планировали с осени, активно работать над н

адекватной цене. Платье дочке тоже нашли заранее в свадебном салоне. У нас в семье нет финансовых проблем, поэтому к сумме, которую пришлось заплатить за праздник, я лично отношусь адекватно. Хотя, работая в родительском комитете, приходилось слышать жалобы некоторых родителей. Но все позади, праздник удался и дети довольны, а это самое главное.

Остановка «ТЮЗ»: за и против. Мэрия хочет ее убрать, томичи требуют сохранить

Остановка ТЮЗ

С 1 марта может быть ликвидирована остановка «ТЮЗ» («Киномир», «Кинотеатр имени Горького») по направлению к пл. Ленина, расположенная возле магазина «Искра». Решение об этом комитет по транспорту и организации дорожного движения Томска принял на основании требования ГИБДД, согласно которому эта остановка не соответствует требованиям безопасности.

Возмущенные этим решением томичи опубликовали на сайте change.org петицию, обращенную к администрации Томска, с требованием сохранить остановку. По их мнению, ее ликвидация создаст большие неудобства горожанам и нарушит сразу два норматива градостроительства. Во-первых, расстояние между оставшимися остановками «Главпочтамт» и «ЦУМ» составит 1 140 метров вместо допустимых 600 метров. Во-вторых, дальность пешеходных подходов до ближайшей остановки общественного транспорта от объектов массового посещения (ТЮЗ, художественный музей, зрелищный центр «Аэлита», кинотеатр «Киномир», детская школа искусств № 1 и др.) станет значительно больше допустимых 250 метров.

Мэр Томска Иван Кляйн заявил, что постановление о ликвидации остановки он пока не подписал, и обещал учесть мнение томичей. Он также сообщил, что при реконструкции набережной Ушайки будет оборудована новая остановка – напротив здания областной администрации, на участке от магазина «1000 мелочей» до БКЗ.

Мнения экспертов «ТН» по поводу остановки разделились.

Не закрываем, а переносим

Виталий-АплинВиталий Аплин, начальник отделения пропаганды безопасности дорожного движения Управления ГИБДД УМВД России по Томской области

– Когда у нас происходит ДТП, то сразу возникает вопрос: «А почему на этом месте не было сделано то, то или то?» Если мы имеем некое место, где масса каких-нибудь нарушений, но ничего не происходит, то, с обывательской точки зрения, и делать ничего не надо. Но это только до того момента, пока не случится что-нибудь страшное.

Поэтому абсолютно неправильно говорить о том, что не надо ничего менять, потому что там нет аварий. Там масса нарушений, и остановки в этом месте в условиях современного движения быть не должно.

Во-первых, отсутствует остановочный выездной карман, и сделать его там невозможно, тротуар и так очень узкий.

Во-вторых, движение по пр. Ленина на участке ул. Беленца – пл. Ленина очень интенсивное и сложное. Проезжая часть заужена, остается только одна полоса. Плюс наличие рядом большой развязки на перекрестке пр. Ленина – ул. Беленца. Плюс затяжной спуск со стороны Главпочтамта.

Есть нарушения по дорожным знакам, которые там даже невозможно поставить так, как положено.

Совокупность всех этих нарушений однозначно говорит о том, что остановки в этом месте быть не может.

В Интернете первоначально появилось утверждение о том, что закрытие остановки «ТЮЗ» – это единоличное решение ГИБДД. На самом деле свои предложения по этому поводу мы вынесли на рассмотрение городской администрации. И решение принималось комплексно, с учетом мнения разных сторон.

Это не так, что кто-то сел в автомобили и отгородился от населения. Ни в коем случае не будет такого, что остановку уберут и останется незаполненный промежуток от Главпочтамта до ЦУМа. Там много учреждений культуры и других общественных зданий. Зимой ходить на этом участке очень сложно из-за близости Томи – постоянно дует ледяной ветер. Речь идет не о закрытии, а о переносе остановки в другое место.

Есть разные варианты, где новая остановка должна быть, но озвучивать их пока рано. Комиссия, которая будет принимать решение, постарается найти такое место, где можно совместить требования к безопасности с градостроительными нормативами по расстоянию между остановками общественного транспорта и доступности объектов массового посещения.

Нормально, что томичи начали активно обсуждать тему этой остановки. Значит, есть реакция от народа. Кто-то сообщает о своих проблемах, кто-то подсказывает решения. Думаю, будет найдет компромисс, который устроит всех.

Без остановки опасней

TNews769_09Екатерина Кирсанова, преподаватель ТПУ

– Меня крайне смущает сама постановка вопроса, что остановку ликвидируют, чтобы обезопасить пассажиров. Во-первых, опыт показал, что сделанные карманы крайне опасны для пассажиров – маршрутки и троллейбусы очень редко полностью заезжают в карман, и приходится по страшной гололедице идти до дверей. Буквально две недели назад мы с младшим ребенком, поскользнувшись, оказались под колесами автобуса. Можно справедливо сказать, что это не проблема карманов, а проблема культуры перевозчиков, но возникает вопрос, кто и как будет контролировать водителей. Есть ли соответствующие санкции, как этот процесс можно регулировать?

Во-вторых, лично я считаю гораздо более опасной крутую лестницу, ведущую от Главпочтамта, чем мифическую опасность остановки. Неоднократно наблюдала, как пожилые люди и дети падают на этой лестнице.

В-третьих, толчея, которая возникнет на остановке «Главпочтамт» после ликвидации остановки «ТЮЗ» также не приведет к повышению безопасности пассажиров.

Поэтому я вижу всю эту историю как очередную властную дурь, когда исполнение какого-то предписания стоит выше интересов простых граждан. И еще очень хотелось бы заставить депутатов, чиновников и силовиков, принимающих подобные решения, ездить на общественном транспорте и в течение месяца в мороз ежедневно походить от Главпочтамта до детской поликлиники на набережной реки Ушайки. Может быть, они по-другому стали бы относиться к своим обязанностям и начали искать решения в пользу горожан.

Пусть народ походит

таксист Владимир ГерасимовичВладимир Герасимович, водитель такси

– Правильно убирают остановку, я поддерживаю. По крайней мере, с точки зрения безопасности. Улица слишком узкая, а карман делать негде. Зимой автобусы и троллейбусы постоянно накатывают в том месте ледяную корку, и остановиться там практически невозможно. Удивительно, как аварий там еще этой зимой не было.

Переносить эту остановку некуда. Я как раз вчера там стоял, ждал пассажиров и прикидывал, где можно сделать новую остановку. Место для кармана есть только возле «Киномира», но там светофор и перекресток.

Пассажирам, которые этой остановкой пользуются, будет, конечно, очень неудобно, так как расстояние до следующей остановки получается очень большое. С другой стороны, пусть народ походит, посмотрит город.

Придется на трамвае

турловАлександр Турлов, сотрудник УФАС по Томской области

– Я категорически против! Если эту остановку уберут, то с любой из оставшихся остановок на работу мне придется топать полкилометра, так как наше здание находится примерно посередине между Главпочтамтом и ЦУМом. На пл. Ленина маршрутки не останавливаются, только троллейбусы. Может, городская власть тогда разрешит останавливаться на пл. Ленина и маршрутникам? Это хоть как-то сгладит ситуацию.

В крайнем случае придется ездить на трамвае. Площадь Батенькова, где находится трамвайное кольцо, гораздо ближе, чем ЦУМ и Главпочтамт. Но трамваи ходят намного реже, чем маршрутки, поэтому на работу придется добираться дольше, чем сейчас.

Надуманная проблема

Александр Некипелов, бригадир 22-го маршрута

– Остановкой «ТЮЗ» пользуется очень большой процент людей, которые ездят нашим маршрутом. Поэтому убирать остановку нельзя. Лучше бы позаботились о ее состоянии. Поток транспорта там на самом деле не настолько большой, чтобы говорить о каком-то коллапсе. Статистика по ДТП тоже говорит о том, что проблем с безопасностью в этом месте нет.

Сама остановка очень длинная, автобусы и троллейбусы располагаются там равномерно, без толкучки, поэтому даже карман там особо не нужен. Мне кажется, проблема с этой остановкой какая-то надуманная.

Голоса томичей

За два первых дня петицию против ликвидации остановки «ТЮЗ» подписали больше тысячи человек. Многие из них пояснили, почему требуют сохранить остановку:

Екатерина Павлова:

– Я родилась и выросла в Томске, не понимаю, как можно перенести эту остановку? Если молодые еще могут пробежаться до следующей, то подумайте о пенсионерах, о людях с детьми и вспомните о том, что живем мы в Сибири! Это в теплую погоду хорошо гулять, а с нашим климатом прогулка до следующей остановки может стоить обмороженного носа! Те, кто принимал это решение, явно не пользуются общественным транспортом, только личным авто!

Наталья Геннеберг:

– Если остановку закроют, то мой ребенок, посещающий студию ИЗО при художественном музее, будет идти пешком с Главпочтамта, по скользкой лестнице… Мы будем вынуждены отказаться от этих занятий.

Юлия Соколова:

– Чиновники! Вы не в курсе, что на этой остановке садятся в транспорт работники и студенты Томского музыкального колледжа (а это порядка 500 человек!). Мне как-то не в кайф после трудового рабочего дня карабкаться по лестнице на Главпочтамт и там еще драться локтями с другими пассажирами, пытаясь влезть в нужный автобус.

Главный режиссер ТЮЗа Илья Ротенберг:

– В двух шагах от остановки находится ТЮЗ. Перенос остановки затруднит возможность ходить в театр детям и их родителям. На наши спектакли приходят зрители от 0 лет. Удобство и комфорт посещения театра являются в данном случае необходимым условием нашей работы. Давайте думать о детях!

Алена Афанасович:

– Рядом с этой остановкой находится Всероссийское общество инвалидов, Всероссийское общество слепых и культурно-образовательный центр для детей с ОВЗ.

 

Проблему бездомных собак в Томске и области можно решить за 20 миллионов

По отношению к бродячим собакам общественность разделилась: одни говорят о необходимости массового отстрела, другие настаивают на гуманных методах — отлов, стерилизация, социализация.

– Вопрос давно уже имеет серьезное социально-нравственное обрамление, – выступая перед депутами Законодательной думы Томской области, отметил заместитель губернатора Андрей Кнорр. – И сейчас, весной, как обычно, наступит обострение проблемы и ее обсуждение.

Действительно, теме «Собачья жизнь» на сайте областной Думы уже девять лет, и все время она была и остается одной из самых комментируемых. Общественный запрос привел к тому, что в 2010 году Дума приняла Закон «О содержании собак и кошек на территории Томской области». Он был призван стать первым шагом по решению «собачьего вопроса», но отсутствие бюджетного финансирования и несовершенство законодательства не дали достигнуть ожидаемого результата.

Сильно сказались и разногласия среди общественности: одни говорят о необходимости массового отстрела бродячих собак, другие настаивают на гуманных методах (отлов, стерилизация, по возможности социализация).

Поэтому для разработки поправок в закон о содержании собак и кошек, а также для создания нового проекта закона о наделении муниципалитетов полномочиями по регулированию численности безнадзорных животных администрация привлекла экспертную группу. В итоге разработана детальная классификация собак (домашние, безнадзорные, условно надзорные, бездомные, обитающие во дворах жилой застройки, одичавшие, бездомные одиночные, стайные), схема работы и расчеты по ее финансированию (стоимость отлова, утилизации, стерилизации, содержания и т.д.).

По расчетам экспертов, на отлов, транспортировку и передачу животного в пункт передержки потребуется 493 рублей на одну собаку. На содержание – 1 090 рублей в месяц, на кастрацию (стерилизацию) – 640 (370) рублей.

Несмотря на такую детализацию, у членов комитета по законодательству возникло немало вопросов.

– В проекте сказано, что отловом и транспортировкой будет заниматься специализированная организация, это кто конкретно? – спросил депутат Сергей Губа.

— Эти функции смогут выполнять любые организации, которые выиграют конкурсы, проводимые муниципалитетами. Это могут быть и муниципальные предприятия, и добровольные хозяйствующие субъекты, и общественные организации. Сегодня общественность нередко жалуется на жестокое обращение с животными, выступая против отстрела собак в общественных местах, применения нынешних препаратов и т.д. Поэтому мы и предусматриваем альтернативы. Точно так же, как в организации приютов, – ответил Андрей Кнорр.

Согласно расчетам экспертов, в Томске предполагается отлавливать 5 тыс. бродячих собак в год, в Северске – 2,5 тыс., в Томском районе – 1,5 тыс., в Асине и Колпашеве – по 500. Утилизация составит около 20%  отловленных собак.

– Какие положения закона могут вызвать напряжение со стороны граждан? – спросила спикер Оксана Козловская.

Докладчик ответил, что это вопрос пока открытый, поэтому законопроекты и вносятся только в первом чтении, перед окончательным принятием необходимо провести общественные слушания.

Представители экспертной группы присутствовали на заседании и, судя по всему, остались довольны и процессом рассмотрения вопроса и решением комитета рекомендовать собранию Думы принять закон в первом чтении.

 

Преобразить проспект мэрия хочет с помощью армии предпринимателей

Евгений Паршуто: «Фасад здания по пр. Фрунзе, 24, самый плохой в городе. К нему даже подойди страшно, это совершенно дурной вкус, несмотря на то что здание относительно новое»
Евгений Паршуто: «Фасад здания по пр. Фрунзе, 24, самый плохой в городе. К нему даже подойди страшно, это совершенно дурной вкус, несмотря на то что здание относительно новое»

Томская мэрия вводит новый формат работ по благоустройству: совещания с предпринимателями, работающими на центральных улицах города. Первая встреча уже состоялась: в минувший вторник первый заместитель мэра Евгений Паршуто, глава Советского района Сергей Автомонов и представители бизнеса обсудили внешний вид проспекта и наметили планы по его благоустройству.

Негостеприимная улица

По мнению Паршуто, пр. Фрунзе сегодня выглядит, мягко говоря, ужасно. Это касается и проезжей части, и заездных карманов, и остановочных комплексов, и плиточного покрытия, и оформления зданий.

– Я всегда ориентируюсь так: можно показывать объект гостям или нет. Проспект Фрунзе показывать гостям нельзя, – сказал вице-мэр.

Сергей Автомонов продемонстрировал слайд-шоу из удачных и неудачных примеров оформления фасадов на проспекте. Позитивных моментов оказалось в несколько раз меньше, чем негативных. Только о домах по проспекту Фрунзе, 23, 24 и 25 глава района рассказывал несколько минут. Повсеместно наблюдаются разрушения тротуарной плитки, неблагоустроенность прилегающих территорий и незаконные рекламные конструкции.

Внимание к мелочам

Предприниматели согласились, что работы по благоустройству проводить надо, но в то же время у них возникли резонные замечания: как благоустраивать территорию, если почти все места перед зданиями заняты припаркованными с нарушением ПДД автомобилями? Евгений Паршуто проблему признал, но при этом призвал бизнесменов говорить о другом.

– Перевести все на глобальную тему и сказать, что вопрос нерешаем, проще всего, – заявил вице-мэр. – За последние три года мы установили 24,5 км ограждений в местах, где не положено парковаться. Хорошо это или плохо – вопрос спорный. Но в любом случае надо как-то выходить из положения. Предлагаю обратить внимание на мелочи. Сколы на ступеньках, неровная плитка, пни – все это портит общее впечатление. А эти вопросы вполне можно решить вашими силами.

Кроме того, власти призывали бизнесменов активно заниматься озеленением территорий. Впрочем, иногда не понятно, что важнее: клумба или несколько парковочных мест. Евгений Паршуто на этот счет заметил: «Если вы придете на согласование в ландшафтную комиссию, которую я возглавляю, вам, наверное, откажут, так как газонов в городе и так мало. Но здравый смысл подсказывает, что иногда лучше сделать газон маленьким, но качественным, оставив при этом несколько стояночных мест».

Мэрия и дальше планирует влиять на предпринимателей не с помощью административных мер воздействия (которыми, на их взгляд, проблему не решить), а через диалог. В ближайшее время подобному обсуждению подвергнутся центральные улицы остальных районов Томска – Кировского, Ленинского и Октябрьского.

Фасад ЦОТа этим летом преобразился: исчезли торговые киоски, зато появились аккуратные цветочные клумбы
Фасад ЦОТа этим летом преобразился: исчезли торговые киоски, зато появились аккуратные цветочные клумбы

 

Стая из 50 собак едва не загрызла сторожа

— Я в жизни не видел столько собак, – еще не отойдя от шока, делится с «ТН» главврач областной детской больницы Владимир Сальников, который живет в многоэтажке с окнами на Игуменский парк. – Проснулся от дикого шума: лай собак, пронзительный крик лебедей, вышел на балкон и не поверил своим глазам: десятки собак (насчитал не менее 50) взяли в кольцо озеро, некоторые перепрыгнули через забор, бросились в водоем и стали хватать утят. Что там творилось, вы представить себе не можете.

Сторож парка молодой парнишка Антон не побоялся выйти на территорию, правда и он не ожидал увидеть такого количества диких псов.

— Обезумевшая свора стала бросаться на него, парень (в руках он держал что-то вроде шеста), я бы сказал, мастерски отбивался и пытался гнать бродячих животных к выходу. Какие-то убегали, другие продолжали охотиться в воде. Страшная картина.

Счастье, что в это время в Игуменском парке не оказалось людей – каких-нибудь полуночников, которые нет-нет да и пробираются на укромную территорию, – продолжает Владимир Алексеевич.

Утром 19 июля в Игуменском парке устраняли следы собачьего нашествия: прикрепили кованую калитку, которую снес один из крупных псов, пробиваясь к «дичи». Засыпали землей ямы (есть по полметра глубиной), нарытые бродячими собаками в поисках грызунов.

— В парк уже давно приходят по ночам бездомные животные по тропинке со стороны ФСБ и открывают у нас на территории настоящую охоту, – рассказывает педагог Игуменского парка Наталья Лисина. – И если раньше стая была малочисленной и ее довольно быстро разгоняли, то за последнее время ситуация обострилась: собак стало больше и они очень агрессивны. Нашему сторожу повезло, что его не загрызли.

В «Спецавтохозяйство», которое занимается отловом собак, представители парка еще не заявили, не знают, как это сделать, ведь вызывать нужно в момент нахождения псов на месте, но они открывают охоту только ночью… Разве что устраивать засаду, но пойдут ли на это сотрудники САХ? Именно этот вопрос перед руководством муниципального предприятия ставят представители экологической организации «Стриж», которые первыми прибыли на место происшествия и взялись помочь в решении проблемы.

Сотрудник парка Азат Хайров: «Вот калитка – крепкая, основательная, одна собака полезла под ней (хотела добраться до озера) и снесла ограждение. Пришлось устанавливать вновь. У меня есть воздушка, не раз хотели припугнуть псов, но потом мы же виноваты будем – стреляем в жилом микрорайоне»

 

 

Фото очевидца Владимира Сальникова: «Всех собак одним кадром было не захватить, поместилось лишь семь, остальные осадили озеро и плавали в водоеме», – комментирует снимок Владимир Алексеевич. – Со стаей нужно что-то делать: сегодня она охотилась ночью, а где гарантия, что одичавшие животные не придут в парк днем, когда здесь десятки отдыхающих с маленькими детьми?

Из-за несговорчивости соседки жильцы нескольких квартир две зимы живут без отопления

Обе стороны этого конфликта солидарны в одном: история получилась дикая. Два года часть жильцов дома по пр. Комсомольскому, 44, зимуют без отопления. И ладно бы речь шла о деревяшке в глухом частном секторе, так нет – трехподъездная девятиэтажка. И в этом году несколько квартир рискуют остаться без тепла, зато с многочисленными судебными решениями

Холодный шок

– Мои родители живут в трехкомнатной квартире на 8-м этаже по Комсомольскому, 44, – рассказывает Дарья Инишева. – В 2010 году УК «Центральная» начала менять в подъезде стояки. Дошли до 6-го этажа – и тут работа застопорилась: одна из собственниц не пустила ремонтную бригаду к себе в квартиру.

– Замене системы отопления в доме предшествовали жалобы жильцов нижних этажей на постоянный холод в квартирах, а также решение общего собрания собственников, – объясняет ситуацию судебный представитель УК «Центральная» Евгений Милкин. – В ходе работ произошел конфликт между управляющей компанией и собственником квартиры № 134 Альбиной Теряевой. Она сделала дорогостоящий ремонт и опасалась, что бригада со своей трубой «все испортит».

«Перешагнуть» через несговорчивую соседку оказалось технически невозможно. В итоге с началом отопительного сезона тепло появилось только на первых пяти этажах. Все квартиры выше по стояку – всего четыре, в том числе и самой Теряевой, – зиму 2010–2011 провели с холодными батареями.

Дарья Инишева написала во все инстанции, обратилась в суд, наконец предложила соседке деньги… Ничего не помогло. Пытаясь довести ремонт до конца, УК обещала хозяйке денежную компенсацию и возмещение морального вреда (по 40 тыс. рублей Альбине Теряевой и проживающей в квартире ее дочери). Но понимания не встретила. Компромисса не удалось достичь даже в зале суда.

– Я в шоке! – коротко описывает свое состояние Инишева. – Из-за одного человека у пенсионеров нет отопления две зимы, как будто у нас война!

– Сама Альбина Сергеевна подала иск в суд о понуждении УК восстановить теплоснабжение в ее квартире, вернувшись к старой, однотрубной системе во всем подъезде, – уточняет Милкин. – Согласно смете возвращение к первоначальному варианту подачи тепла обошлось бы в 250 тыс. рублей. Завершение же начатых работ и полное подключение подъезда по новой схеме – в 30 тыс. рублей.

– При этом, – подчеркнул Евгений Анатольевич, – поскольку вины управляющей компании в сложившейся ситуации нет, расходы легли бы на плечи собственников.

– Сложилась парадоксальная ситуация, – добавляет адвокат Алексей Минлигалеев, представитель Дарьи Инишевой. – УК предлагает: «Давайте проведем вам тепло». Теряевы: «Нет, мы вас не пустим». При этом подают иск в суд на компанию: «Проведите, но так, как мы скажем». В конце концов их позиция была квалифицирована как злоупотребление правами.

Дама с характером

При встрече Альбина Сергеевна производила впечатление не только «дамы с характером», но и юридически подкованного человека. Упорство аргументировала:

– Мы переехали в дом на пр. Комсомольском лет десять назад. Замерзали с первого дня, утеплялись как могли, а впоследствии поменяли батарею и трубу. После этого в квартире стало не просто тепло – жарко! В 2010-м мы сделали ремонт и переехали, оставив ее дочери. Меня не было в городе, когда в октябре того же года к ней неожиданно постучали: «Откройте, будем трубы менять!» Инна как раз находилась на больничном, бригаду не пустила, сообщила о странном визите мне. Информация была как снег на голову: что за ремонт? На основании какого решения? Зачем? В УК мне на эти вопросы не ответили. Просто отрезали квартиру от отопления. Закольцевали систему на пятом этаже – и все.

– Менять или не менять схему отопления решает прежде всего проектная организация. Должны быть технические расчеты, смета. Где это все? – продолжает Альбина Теряева. – Я консультировалась со специалистами из других управляющих компаний, на кафедре теплотехники ТГАСУ. Все в один голос говорят: то, что сделано в вашем подъезде, – безобразие. Так нельзя, могут быть аварии…

– И с гарантийным письмом о «восстановлении возможного ущерба» не все просто. Поначалу УК не собиралась ничего компенсировать. А у нас дорогие потолки, которые не выдержат врезки-сварки, мебель, которую придется переставлять (сейчас она прикреплена к стенам). Из этих затрат и складывается разумная сумма возмещения, – уверена Теряева. – Но УК на нее не согласна, поэтому и мирового соглашения никак не удается достичь. В результате неправомерных действий управляющей компании дочь две зимы просидела без тепла. Какой я вижу выход? Надо раскольцевать трубу на 5-м этаже и ввести в нашу. Тепло пойдет по одной трубе, а вторая останется архитектурным украшением у половины подъезда. Возможно, придется что-то переварить в теплоузле, поставить более мощный насос, промыть систему. А предшествовать этому должно обоснованное экспертное решение, а не желание УК положить в свой карман побольше денег под предлогом ремонта…

Дырка в законодательстве

– Мне кажется, весь этот конфликт развился из-за несовершенства законодательства, – считает Алексей Минлигалеев. – Законодатель сделал нас собственниками и устранился от решения проблем. Может, таким образом пытаясь заставить нас думать? Разрешать сложные ситуации в судебном порядке? Наверное, УК не так подошла к собственникам. Не так предложила. Но все же люди взрослые, пора как-то договориться!

Сегодня конфликтующие стороны сходятся в одном: судебные тяжбы между собственниками и УК грозят затянуться на все лето. Причем, пока длится разбирательство, никакие работы проводить нельзя. Жильцы нижних этажей против возвращения однотрубной системы – не греет. А это означает, что будущая зима для четырех квартир опять может стать очень холодной.