Чтоб говорить о подвиге других…

Томскую область репрессии коснулись непосредственно. Нарым стал столицей огромного ссыльного края. За годы сталинского террора здесь оказалось более 500 тыс. человек. Студенты второго курса геолого-географического факультета ТГУ Иван Чечнев и Элевферий Егоров за 38 дней прошли по Оби на байдарке 1 600 км от Томска до Ханты-Мансийска. Маршрут проходил по местам гибели тысяч репрессированных. О своем миссионерском путешествии ребята рассказали «Томскому вестнику».

– Как родилась идея пройти на байдарке по маршруту, соединяющему места массовой гибели спецпереселенцев?

– География маршрута сложилась давно, четыре года назад, и только в 2010-м созрела идея, цель: увековечить память жертв ГУЛАГа и святых новомучеников и исповедников российских, в числе которых Татиана Томская (Гримблит). Мы шли с ее иконой, специально написанной к нашему путешествию, делали остановки в населенных пунктах и рассказывали о подвиге новомучеников и в частности о подвиге нашей томской святой. Духовник нашей экспедиции – священник Михаил Фаст, настоятель храма Рождества Успения Божией Матери в Лоскутове, который сейчас занимается строительством храма во имя новомученицы Татианы Томской.

– Идти на байдарке почти 2,5 тыс. километров вдали от населенных пунктов – дело рискованное…

– На старенькой байдарке 1980 года выпуска мы пошли только потому, что у нас не хватило средств ни на что другое. Риск не был самоцелью нашего путешествия. Главная цель – рассказать о подвиге новомучеников, в частности нашей томской святой Татианы Томской. И чтобы засвидетельствовать свою веру во всеблагой промысел Божий и сделать таким образом наш рассказ о подвиге новомучеников убедительным, мы решили проделать путь, по которому шли репрессированные. Нам часто приходилось слышать: «Как вам не страшно плыть?» На это мы возражали: «Почему не страшно? Страшно. Просто мы стараемся не думать о себе, а сосредотачиваем мысли, волю на другом…» Страх нужно побороть. Но сделать это можно только с Божией помощью.

– Получается, что состоявшийся крестный ход был в какой-то степени и путешествием в глубины своей души, самопознанием?

– Конечно. Не важно, сколько километров ты прошел, важно, что ты вынес из путешествия. Можно пройти и двадцать километров и понять что-то важное о себе, о своей душе, о жизни, а можно пройти тысячи и вернуться без каких-либо изменений, продолжать бросаться грязью, не пытаться сохранять честь, совесть, любовь….

– А что в вас изменилось за время путешествия?

– Знаете, на своем пути мы видели столько человеческой доброты, тепла и участия, что нас не покидало чувство реального присутствия Бога рядом с нами. Мы чувствовали Его заботу о нас, чувствовали молитвенную поддержку святой Татианы Томской. За время нашей поездки нам оказало помощь около трехсот человек. Помогали всем, чем только можно: кровом, едой, теплыми вещами, деньгами, добрым словом, молитвой… Некоторые отдавали последнее. Нам помогали представители разных национальностей и конфессий. У каждого был свой флаг, своя вера, но душа была у всех одна, добрая и отзывчивая. Холод в сердцах пропадал в считанные секунды. В тайге рыбаки заваливали нашу байдарку ценной рыбой, охотники угощали дичью. В селе Александровское в магазине «Браконьер» нам необходимо было пополнить снаряжение, а был воскресный день, магазин, соответственно, не работал. Я связался с его хозяином и объяснил ситуацию, мол, так и так, идем с Томска и хотим сделать у вас покупки. Магазин открыли. Я выбрал то, что нам было нужно, и подошел к кассе, чтобы расплатиться, но тут неожиданно для меня мне вручают два больших пакета со снаряжением со словами: «Не надо денег. Давай бери! Мы сами моряки…» Я не знаю, как отблагодарить всех, кто нам помог. Когда видишь столько добра по отношению к себе, то чувствуешь, что этого заряда хватит на всю оставшуюся жизнь. Хочется отвечать окружающим тем же.

– А как вас встречали люди в деревнях и селах? Как воспринимали то, что вы им рассказывали о новомучениках?

– В храмах, встречая нас, многие прихожане со слезами на глазах слушали историю о Татиане. Неоднократно после нашего рассказа в церквях наступала тишина, после которой нам начинали подавать множество записок с именами тех людей, за кого надо помолиться. Мы буквально терялись: «Ну, какие из нас молитвенники?! Мы только веслами грести можем!»

– Чем лично вам дорога память о новомучениках?

– Новомученики – это люди, которые свидетельствовали о Христе, он стал реальностью их сердца, их жизнью. И они не могли и не хотели этой реальностью поступиться в угоду режиму, сиюминутной выгоде. Подвиг новомучеников учит нас именно чуткому отношению к самому себе, к голосу своей совести, который в суете и непомерном потребительстве еле различим. Молодое поколение должно помнить о репрессиях, мы должны говорить о том, что было, и называть все своими именами, чтобы эти страницы истории не повторились.

Знаете, когда мы проходили по тем местам, где люди гибли тысячами, пейзаж был очень мрачным. Мы как-будто попали в 1930-е. Было ощущение, что мы вот-вот увидим людей, которые погибли там…

Легко говорить о вере, о верности Богу, о благородных чувствах, когда тебе ничто реально не угрожает. А если твоя жизнь под угрозой, если ты поставлен в нечеловеческие условия – сохранишь ли ты человеческий облик? Ведь на острове Назино, который носит название «Остров смерти», люди, доведенные до отчаяния, буквально становились каннибалами…

Помня о том, что невинные люди гибли тысячами от голода, холода, страшных болезней, учишься благодарить Бога и ценить то, что у тебя есть. Тогда люди умирали за веру, ходили в храм с риском для жизни, а сегодня мы имеем возможность хоть каждый день бывать в храме, участвовать в таинствах церкви, но ценим ли мы эту возможность? А она у нас есть во многом благодаря подвигу новомучеников.

Крестный ход проходил по благословению архиепископа Томского и Асиновского Ростислава.

Только факты

В мае – августе 1933 года в Александровском районе Томской области на острове Назино, посреди Оби, в ходе депортационной кампании против «социально вредных и деклассированных элементов» было высажено без еды, крыши над головой, какой-либо утвари или инструментов около 6 100 человек. Голод, болезни и попытки бегства сократили количество живых в течение тринадцати недель до 2 000 человек. При этом имели место десятки случаев каннибализма.

 Дословно

«…Люди начали умирать уже в пути – в трюмах барж, без воды, пищи и воздуха… Земля в первый момент показалась спасением. Однако остров был совершенно безлюден и не пригоден для жизни. Неприкаянные, голодные и полураздетые люди слонялись по острову, напрасно спрашивая у охраны о том, как можно добраться до железной дороги и как далеко отсюда до Москвы и Ленинграда… Лишь на третий день им дали первый сухой паек в виде нескольких сот граммов муки. Кто-то делал «болтушку» из речной воды, кто-то, изголодавшись, ел сухой порошок… Начались страшные болезни, повлекшие еще большую смертность. В то время в Назине не было пекарни, и печь хлеб было просто негде. Преступная халатность и равнодушное отношение ответственных лиц привели к тому, что на острове началось людоедство. Более сильные физически и стойкие морально имели больше шансов для выживания в нечеловеческих условиях. Любые попытки побега жестоко пресекались – расстрелом. Многие несчастные специально бросались в реку, чтобы положить конец своим мучениям…»

(Из совершенно секретной записки инструктора Нарымского окружкома партии В.А. Величко И.В. Сталину, Р.И. Эйхе и секретарю Нарымского окружкома К.И. Лебиц о судьбе трудпоселенцев. 3 – 22 августа 1933 года.

«1933 год. Назинская трагедия». Томск, 2002. С. 155)

На старенькой байдарке 1980 года выпуска ребята пошли только потому, что у них не хватило средств ни на что другое. Рискованное путешествие, но мысли и волю Иван и Элевферий старались сосредоточить на другом

«Когда мы проходили по тем местам, где люди гибли тысячами, пейзаж был очень мрачным. Мы как-будто попали в 1930-е. Было ощущение, что мы вот-вот увидим людей, которые погибли там»

 

География маршрута сложилась давно, но только в 2010-м созрела идея увековечить память жертв ГУЛАГа и святых новомучеников и исповедников российских

Парабель, поклонный крест в память о невинно погибших в сталинских репрессиях. Участники экспедиции уверены, что необходимо помнить даже самые страшные страницы нашей истории. Иначе они повторятся вновь

 

Крестный ход начался в Томске 4 августа. Ребят пришли проводить родственники и друзья. Настоятель храма Успения Божией Матери в Лоскутове Михаил Фаст совершил молебен о путешествующих и освятил икону новомученицы Татианы Гримблит, которая после завершения экспедиции передана в строящийся храм томской святой в Богашеве

 Кстати

Иван Чечнев и Элевферий Егоров выражают огромную благодарность: заведующему мемориальным музеем «Следственная тюрьма НКВД», сопредседателю общества «Мемориал» Василию Ханевичу; профсоюзной организация ТГУ и лично ее председателю Вячеславу Дилю; настоятелю храма Успения Божией Матери в Лоскутове священнику Михаилу Фасту; своему другу, студенту геолого-географического факультета ТГУ Зорикто Гомбоеву; специалисту администрации Кривошеина по инновационным технологиям Наталье Сайнаковой; декану исторического факультета ТГУ профессору Василию Зиновьеву; кандидату исторических наук, старшему преподавателю ИФ ТГУ Ксении Семеновой; кандидату исторических наук, антропологу Марии Рыкун, кандидату исторических наук, доценту кафедры этики эстетики и культуры Ирине Черновой.

Отдельное спасибо ребята выражают родителям за глубокое понимание и поддержку.

Наталья Шитикова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *