Депутаты против главы администрации: что стоит за хроническим конфликтом

Статей на сайте: 43

zonalnyj

Многие совсем не суеверные люди все активнее склоняются к мысли, что с Зональным что-то не так. То ли его кто-то проклял, то ли там действительно Зона. Геопатогенная, что ли. Или как у братьев Стругацких в «Пикнике на обочине» – это по нему снят знаменитый «Сталкер» Тарковского. Очередной виток конфликта: в конце сентября депутаты Зональненского сельского поселения проголосовали за отставку действующего главы Евгения Гусева. Тот в ответ подал в суд. Не в первый раз.

Война без особых причин

Вот уже доброе десятилетие крупное пригородное поселение сотрясают гражданские войны. За последние семь лет здесь сменилось четыре главы, причем «сменилось» – это очень мягко сказано. Двое из них – много лет проработавший на своем посту Петр Цюрик и едва отслужившая год Татьяна Перевознюк – умерли практически на рабочем месте. Пришедший им на смену Александр Гелоев был арестован за взятку, судим, приговорен к многомиллионному штрафу и лишен права занимать административные должности. Наконец, последний (или все же «крайний»?), Евгений Гусев, заживо доедаем местными депутатами. Волеизъявлением семи из восьми действующих членов поселкового совета он был лишен своего поста. Причем это уже вторая попытка. Первая, неудачная (голоса тогда разделились) была в феврале. Гусев оспаривает вердикт «коллег» в суде. Но решение суда, извините за тавтологию, ничего не решает: и одна, и другая сторона на этом определенно не остановятся. Слишком далеко зашла вой­на – «война без особых причин». Она, как пел Виктор Цой, «дело молодых – лекарство против морщин». Учитывая, что свободной, неподеленной земли в Зональном уже нет, а особых денег и не было, это объяснение происходящего не лучше и не хуже других. Версия как версия.

Откуда есть пошла…

Мало кто из старожилов помнит, откуда есть пошло чудное имечко Зональная Станция. Тем более что ни зоны, ни железнодорожной платформы здесь отродясь не было. Но станция все же имелась – сортоиспытательная. Было это где-то в 50-е годы прошлого века, и несколько бараков той поры дожили до наших времен. Почему с тех пор никому из отцов района или области не пришло в голову заменить название на более благозвучное, тоже загадка.

На карте Томской области Зональненское поселение и не найдешь. Крохотное пятнышко под крылом у Томска. И географически, и фактически центр поселения – та самая романтическая Зональная Станция – это спальный район областного центра. Но административно он входит в Томский район, что создает немало коллизий. Например, при устройстве ребенка в детский сад или школу. И городская скорая сюда не поедет. Сейчас, правда, появилась своя подстанция на правобережье, а раньше ездили из Тимирязевской ЦРБ. Немудрено, что успевали не всегда. Благодаря этому мой коллега по газете Томского района «Правда Ильича» сам принимал роды у своей жены. Скорая добралась до Зонального (так обычно называют поселок), когда девочка благополучно появилась на свет. Было это без малого 30 лет назад, девочка стала балериной и живет в Питере.

Тогда Зональный только начинал застраиваться, это была всего лишь деревня – центр совхоза «Степановский». Окруженная полями с капустой и кабачками. На ее краю и поставил несколько домов «Трансгаз». Появились средняя школа, детсад, котельная, наладилось регулярное автобусное сообщение с городом. Постепенно поселок стал вполне приятным местом для жительства: свежий воздух, а до центра Томска – ближе, чем от Иркутского тракта. Вот только вода вплоть до самого последнего времени была отвратная. Административно тогда Зональный, уже насчитывавший несколько тысяч жителей, относился к Коларовскому сельскому совету, затем – округу. А вскоре стал и его «столицей».

«Все, Зона! И сразу такой озноб по коже. Каждый раз у меня этот озноб, и до сих пор я не знаю, то ли это так Зона меня встречает, то ли нервишки у сталкера шалят. Каждый раз думаю: вернусь и спрошу, у других бывает то же самое или нет, и каждый раз забываю».

Стругацкие А. и Б. «Пикник на обочине»

Ближе к 1990-м на полях, где обитатели трансгазовских пятиэтажек традиционно сажали картошку, начали как грибы вырастать частные коттеджи. Сегодня их там тьма, несколько микрорайонов – Радужный (не путать с тем, что в Томске), Красный Пруд, Ромашка… Уже к 2012 году Зональненское поселение лишилось прилегающих населенных пунктов (Ключи, поселок Геологов, Предтеченск), осталась только маленькая деревня Позднеево. Она тогда насчитывала 136 обитателей, и с тех пор численность особо не изменялась. Другое дело – Зональный. Потому что далее была федеральная программа, и Южные Ворота, и… сегодня это административный нонсенс: сельсовет (уж простите автора за архаизм), в котором проживает более 10 тыс. человек.

Это больше, чем в любом райцентре Томской области (не считая городов) и даже некоторых районах. Но по всем нормативам это низовое звено, поселение, со штатом администрации в восемь (!) единиц. Плюс власть «законодательная», местное самоуправление в составе 10 депутатов. И вот с этим здесь полный швах. Причем уже много лет.

Говорят, что Петр Цюрик с депутатами особо не церемонился, держал в ежовых рукавицах. Мог и прикрикнуть, если что. Но потом Петра Никифоровича не стало, зато появился Игорь Пучков. Истинные мотивы этого известного в не слишком давнем прошлом «политического деятеля» не совсем ясны. Скорее всего, он изо всех сил старался избавиться от этих унизительных кавычек, которые сопровождали его всю его публичную биографию. Власть, к которой (и в которую) он так стремился, в упор не замечала его притязаний. Выше районного звена (депутат Томского райсовета) ему подняться так и не удалось, но и там он продержался недолго. Пришлось переквалифицироваться в управдомы: баллотировался в главы Зональненского поссовета, провалился, проиграв кстати, Гусеву, но в местные депутаты прошел. А дальше началось настоящее шоу, которое регулярно «маст гоу он». В результате чего весь 2013-й год зональненцы жили без бюджета. Кончилось это пролонгированное безобразие судом, по решению которого «недосовет» разогнали и назначили новые выборы. Видимо, дурной пример заразителен.

Дай рвущемуся к власти навластвоваться всласть…

Новый депутатский корпус работает на год меньше, чем глава Гусев. То есть впереди у совета поселения еще два года, тогда как у главы выборы через год. Поначалу депутаты были чрезвычайно лояльны к Гусеву. Но затем корпус окреп, набрал силенок и осознал, что он – тоже власть. И даже не тоже, а самая что ни на есть настоящая, народная плоть, так сказать, от плоти. И решил совет взять бразды в свои натруженные руки.

Прежде чем взяться за этот текст, автор поговорил со многими людьми. Оценки происходящего в Зональном звучали разные. От банального «нашла коса на камень» до «рейдерского захвата власти». В областной администрации законность увольнения Евгения Гусева не комментируют: все решит суд. Но там, конечно, обеспокоены происходящим, особенно на фоне приближающейся зимы. Некоторая доля досады при этом определенно присутствует: ну хотя бы до весны не могли со своими местечковыми революциями потерпеть?! Десять тысяч человек все-таки проживает на территории, не баран чихнул. Мол, мы, конечно, народ не бросим, всячески поможем, но тем не менее…

«Ну, ладно, ползем потихоньку над бывшими огородами, двигатель под ногами гудит ровно, спокойно, ему-то что, его не тронут. И тут мой Тендер не выдержал. Не успели мы еще до первой вешки дойти, как принялся он болтать. Ну, как обычно новички болтают в Зоне: зубы у него стучат, сердце заходится, себя плохо помнит, и стыдно ему, и удержаться не может».

Стругацкие А. и Б. «Пикник на обочине»

Примерно такую же позицию заняла и администрация Томского района. По словам заместителя главы – управделами Оксаны Ефимовой, районные власти крайне обеспокоены нездоровой обстановкой в поселении. Тем более объективных причин для нее в общем-то и нет.

– Я не могу сказать, что в работе Евгения Владимировича (Гусева. – Прим. авт.) не было недочетов, но не ошибается тот, кто ничего не делает, – считает Оксана Ефимова. – Тем более что опыта работы в муниципальном управлении у него не было. Его ошибки не носили фатального характера. Главная его «вина», если можно так сказать, в том, что он оказался недостаточно гибок. Молодой, горячий. Членам совета, при всей их искренности, тоже не хватает и опыта, и знания законов. Депутаты, конечно, утверждают бюджет и принимают поправки в него, но вмешиваться в текущую деятельность и тем более запрашивать бухгалтерскую документацию они не вправе. Для этого существуют компетентные органы.

Эти органы, по словам всех участников конфликта (а также стремящихся остаться «над схваткой»), ничего не нашли. ОБЭП, следственный комитет, прокуратура, даже ФСБ, даже областное КРУ – беспрецедентный случай, обычно оно не опускается до низового уровня! Ничего. Ну то есть нашли по мелочам, как у всех и всегда. Депутатов это наводит на «определенные мысли». По крайней мере, нынешнего председателя совета Марию Устинову и ее коллегу Наталью Макарову. По словам Устиновой, прокуратура вообще «ведет себя очень подозрительно»:

– В чьих интересах она работает? В 2015 году выявлены нарушения. Два года мы бьемся, но не можем победить ситуацию. Обращались везде, вплоть до президента. Это был уже жест отчаяния. Слышим только – «депутаты неадекватны», у них амбиции… А нас люди избирали, мы перед ними в ответе, они с нас спрашивают.

Гусев парирует: этот совет ни разу не отчитывался перед людьми, хотя обязан дважды в год, и даже депутатские приемы не ведутся. А многочисленные проверяющие ничего особенного не находят, потому что и находить нечего.

Как с Гусева вода?

Меньше всего нам хочется встревать в перепалку, тем более что мы не КРУ и не СК, изымать бумаг права не имеем, да и мало что в них увидим. Считать пеньки тем более не поедем.

При чем тут пеньки? Это главная фишка! Одна из основных претензий к Гусеву: то ли из-за его безалаберности, то ли по злому умыслу бюджет поселения лишился 6 млн рублей. А то и семи.

– Нет, вы представьте, это притом что весь наш годовой бюджет – 16 миллионов! – возмущается Мария Устинова. – Там вековые деревья были! Больше шести тысяч штук! Глава просто дал ТРК разрешение – на основе гарантийного письма. Потом какие-то 380 тысяч они заплатили…

Если вкратце и не вдаваясь в подробности, речь идет о компенсации за снос зеленых насаждений, которые вырубила Томская распределительная компания при прокладке ЛЭП от подстанции «Научная» до Южных Ворот. Сколько деревьев там было, признается глава, в реале никто не считал: расчетная цифра. Но шесть тысяч – это круто. «Ценные породы» – еще круче. Просто заросшая просека! «Там коров все время пасли».

– Это объект социальной важности, федеральная программа «Жилье для российской семьи», как я мог не подписать? – удивляется Гусев. – А сумма… Ну не было у нас на тот момент регламента на снос деревьев («А вот и был!» – утверждают депутаты), мы его задним числом написали. У Томска слизнули, честно скажу: по 6–8 тысяч за березу. И, конечно, суд проиграли. ТРК заплатила по своим нормативам.

«Остин парень неплохой, смелость и трусость у него в нужной пропорции, но он, по-моему, уже отмеченный. Я-то вижу: вообразил человек о себе, будто Зону знает и понимает до конца, значит, скоро гробанется. И пожалуйста. Только без меня».

Стругацкие А. и Б. «Пикник на обочине»

Депутаты убеждены: судился глава поселения «сам с собой», ну то есть заведомо рассчитывая на проигрыш. Не без пользы опять же для себя…

Ну не знаем, не знаем. Но знаем, что монополисты крайне редко проигрывают суды. А еще предполагаем: если бы энергетики платили по 6 млн за каждую просеку в перелеске, сидеть нам всем при свечах. Да и стоить береза у покоса возле Савина ручья столько же, сколько сквере на Белом озере, не может.

Есть и другие «выявленные многочисленные факты неправомерного использования бюджетных средств». Например, траты на борьбу с «опылением» дорог глубокой осенью. (В администрации удивляются: ну здесь-то что такого? Работы были выполнены летом, а наряды закрыты зимой, обычная практика.) Непонятные договоры на обслуживание фонарей с сомнительными фирмами, сверхвысокие нормативы по расходованию бензина главой и так далее. Эх, ребята… Если бы вы когда-нибудь прочитали годовой отчет Счетной палаты Томска, вы бы до конца жизни обращения к Путину писали! С требованием всех расстрелять.

Ну и наконец: «он (глава) не подписывает наши (совета) протоколы». Придирается к разным формальностям: не тот формат даты! Не 10 марта, а 10.03! А где написано, что нельзя цифрами? Цепляется к каждой запятой.

Ну и дальше в том же духе. Можно представить такой диалог, где никто никого не слышит:

– Они считают, что протоколы можно писать как угодно, что это «глупые формальности», – возмущается Гусев. – Вы понимаете, что это не так?

– Да он просто вставляет нам палки в колеса, лишает возможности работать, – негодует Устинова. – И вообще, ведет себя как обиженный мальчик!

– Они с 2015 года не вносили изменений в регламент совета! Представляете, сколько за это время было принято новых законов, а мы ведь обязаны приводить наши документы в соответствие с федеральными нормами.

– Вся деревня знает, что у него отец ездит по калымам на муниципальном тракторе. И откуда у простого работяги-пенсионера новая дорогая иномарка? Нестыковочка!

– Мы едва не лишились денег на расселение ветхого и аварийного жилья, потому что депутаты отказывались выделять средства на софинансирование! И несколько миллионов профицита болтаются, а совет отказывается их тратить!

– А вы знаете, что мы едва стадион не потеряли? И с ООО «РСК» (местный «проблемный» застройщик) что он там крутит?

И так далее и тому подобное…

Зональненский меловой круг

Еще раз подчеркнем: хотя объективно автору не импонирует агрессивная и не очень профессиональная позиция зональненских депутатов (а их действительно заносит, что автору отлично видно благодаря многолетнему опыту работы с представительными органами). Интересно, куда бы послал мэр городскую Думу, вздумай она покопаться в его бухгалтерии?.. И опять же в конспирологическую версию заговора всех и вся (от КРУ до ФСБ) верится не очень. Предмет не тот. И тем не менее не отметаем возможность того, что вся рота шагает не в ногу, и только прапорщик (маленький, но гордый поселковый совет) – в ногу. Кто прав, кто виноват – время рассудит. Но сейчас-то что делать? Людям в Зональном, десятку тысяч человек?

Если бы спросили автора (ну понятно, не спросят!), я б сказала: может, хватит уже строить из себя деревеньку колхозную? Деревянную, дальнюю? И пора в Томск? Де-факто вы и так давно там. Все без исключения окрестные поселки – в городской черте. Только Зональный (самый городской из них!) по-прежнему село. Хотя работают практически все его жители в Томске, да и сами себя селянами вовсе не ощущают. И налоги платят тоже в городе – отсюда и скудость местного бюджета. Так что – велкам! А старые дрязги оставьте за городской чертой.

Но ни одну из сторон конфликта такой исход не устраивает. Гусев считает, что поселок будет обеспечиваться по остаточному принципу. Устинова не желает, чтобы на ее огород в Позднееве плевали с 18-го этажа новоселы. Районный муниципалитет тоже не жаждет потерять еще одну территорию. Остается население. По мнению совета, «люди категорически не хотят в город». Но это уже совсем другая тема.

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги: ,
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

51 − 43 =