Героическая пьеса для Томских Афин

Статей на сайте: 70

TNews778_25

Первая половина 1942 года была очень тревожной. На севере страны в ряде операций по ликвидации Ленинградской блокады у поселка Мясной Бор была окружена 2-я ударная армия, в том числе полки 366-й дивизии, сформированной в Томске (преобразованной в 19-ю гвардейскую). Лишь получив приказ пробиваться из окружения, дивизия вышла, потеряв значительную часть личного состава и своего командира – полковника Буланова.

На юге после потери Крыма, Донбасса, части Кубани и Ставрополья разворачивалась битва за Кавказ и Сталинград. Положение советских войск было тяжелейшим.

Впервые с начала войны тон обращений томских городских властей предельно жесткий – «…В связи с исключительной опасностью, создавшейся на фронтах: объявить оставшиеся дни августа днями величайшего напряжения сил для организации помощи фронту и выпуска сверхплановой продукции в августе месяце…».

Три вагона для гвардии

Начиная с июля в городе шло формирование томского полка для Первой сибирской добровольческой дивизии им. Сталина. Тридцати крупнейшим организациям города было приказано в течение суток подобрать людей по разнарядке. Швейной фабрике – одного человека, ТГУ – четырех, а заводам, таким как подшипниковый или «Фрезер», – от 10 до 15 бойцов.

Неожиданную радость о присвоении бывшей 366-й томской дивизии звания гвардейской решили разделить с воинами, одарив подарками: вместе с письмами-наказами от томичей для бойцов – кисеты, платки, мундштуки, носки и варежки, а командирам – именные бинокли и блокноты. Для всей дивизии сшили красное знамя и приложили ко всему прочему достаточно спиртного, местных продуктов и шоколада. Подарочный груз в трех вагонах отправили в действующую армию.

Самосад для блокадников

Кроме массового выпуска во-оружения, боеприпасов и оборудования в городе постоянно проходили разные акции. Для ремонта обмундирования РККА городские артели сушили и латали полушубки, комсомольцы собирали у населения старые пимы, чуни и войлок как починочный материал, инвалиды от собеса подшивали валенки.

Подобным образом весовой завод, электромеханический завод, швейная фабрика, спичфаб-рика, махорочная фабрика, индустриальный институт, артели «Единение», «Рационализатор», «Сельхозмашина», ремучилище № 10, «Манометр» шефствовали над новым воинским соединением № 5943. Чем помогали? Хозяйственным инвентарем, телефонной связью, газетами, конвертами, а также привозили теплые вещи, показывали кино, формировали библиотеку.

А вот для блокадного Ленинграда кроме рыбы и дичи решили послать… курево. В решении горисполкома это звучало так: «Обязать управляющего томской базой «Главтабак» тов. Тарасова отпустить из имеющихся запасов один вагон махорки». Кстати, очень многие колхозы массово выращивали табак для фронта.

Рубли на моторы

В октябре 1942 года горсовет объявил о сборе средств на постройку танковой колонны «Новосибирский осовиахимовец». Специальные уполномоченные Осовиахима (позже – ДОСААФ) с подписными листами обходили население. Контрольные показатели давал Новосибирск – Кировский район должен набрать 40 тыс. рублей, Вокзальный – 30 и Куйбышевский – 25 тыс. рублей. Затем студенты по инициативе ТГУ им. Куйбышева собирали средства на эскадрилью «Советский вузовец», по призыву газеты «Правда» старались к 15 февраля 1943 года найти 3 млн рублей на эскадрилью «За Родину».

Знамя за станки и снаряды

Но самым главным итогом 1942 года было то, что эвакуированные заводы стали выпускать продукцию. Правда из-за увеличения плана часто шел брак, страдало качество, а то были и откровенные приписки, как это случилось на заводе № 355, производящем приборы Б-6. При плане октября 9 500 штук приборов заводом было предъявлено военной приемке 10 250 приборов, но из них было принято 8 849. Чаще было по-другому, как писалось в прессе: «…Работники заводоуправления завода режущих инструментов изъявили желание оказать помощь своему заводу работой у станка и работать не менее 12 часов в сутки – 6 за кульманом, 6 за станком. Лаборантка Родичева, работая на фрезерном станке, выполняет 200 процентов. Инженер-конструктор ОГМ Алимова на шлифовальном станке – 220 и более процентов».

То, что Томск успешно справился с задачей приема десятков промышленных предприятий, отметили в ноябре 1942 года на пятом слете стахановцев. Не без гордости было заявлено, что все предприятия города перевыполнили установленный государственный план по выпуску продукции. Более того, Томск стал победителем среди городов Новосибирской области, получив переходящее Красное знамя. Из крупных предприятий лидерами стали лесоперевалочный комбинат, завод «Фрезер», фабрика «СПАР», «карандашка» и хлебокомбинат, а среди районов – Кировский.

Томское время тыла

Томск отличился еще и тем, что одним из первых в стране ввел научно-военное шефство комитета ученых над предприятиями. В статусе совместителей ученые с мировыми именами помогали заводам: профессор Розенберг – подшипниковому, профессор Кузнецов – № 353 и 355, профессор Лаврентьев – фармзаводу, профессор Шмаргунов – ТЭМЗу.

Некоторые научные открытия тут же использовались на оборону: фитонциды профессора Токина – для военной медицины, а теоретические разработки профессора Кузнецова по физике твердого тела – для резания металлов и бронепробиваемости. Две бригады Всесоюзного института экспериментальной медицины работали в госпиталях Томска, применяя методы, выработанные ВИЭМ по лечению ран, в особенности связанных с повреждениями нервной системы.

Авторитет томских ученых был так высок, что в декабре 1942 года обком ВКП(б) предоставил специальный вагон для поездки в Кузбасс по оказанию практической помощи работникам угольной, металлургической и химической промышленности.

В конце 1942 года сигналы точного времени, раздающиеся из репродукторов, возможно, имели томскую природу. После долгих перипетий власти города смогли обеспечить необходимые условия для работы уникальной метрологической лаборатории комитета мер и весов при СНК СССР. Это позволило сохранить систему единства измерений. Эталоны заработали на оборону.

Хозяйство на плаву

В конце 1942 – начале 1943 года острота городских проблем с водоснабжением, электроэнергией, санитарией, обеспечением продовольствием не снизилась, но стала вполне управляемой.

За год удалось систематизировать работу столовых. К ним были прикреплены десятки тысяч человек – 20 тыс. рабочих, 10 тыс. студентов, 900 научных работников, и только 50 человек партактива. Удалось наладить работу фонда картофеля и овощей в помощь эвакуированным ленинградцам, комитетов помощи детям фронтовиков для обеспечения их необходимым. Все чаще распоряжения властей имели конкретный характер – «Обязать горторготдел, пошивочную мастерскую № 8, мастерскую «Ателье мод» сшить семьям фронтовиков верхней теплой одежды для взрослых 150 штук и для детей 300 штук. Для эвакуированных семей начальствующего состава и фронтовиков – 300 пар чунь, 500 пар стеганых ватных унтов».

При этом не забывались сложнейшие вопросы с обеспечением работы школ, вузов, ФЗО: ремонт, электричество, дрова (во всех районах топлива смогли заготовить лишь треть необходимого), кадры. И что удивительно, при нехватке рабочих рук власти смогли обязать руководителей предприятий освобождать работающих у них школьников на учебу, как, впрочем, и создавать условия для обучения работающим студентам.

Финал еще далек

После жалоб населения удалось наладить четкую переправу через Томь, поставить под жесткий контроль работу хлебозавода, а главное – не сорвать открытие театрального сезона, обеспечив подвоз 200 тонн угля и 300 кубометров дров гортеатру. Ведь на его подмостках выступали артисты Белорусского драматического театра. За три года театр показал 870 спектаклей, и с особенным успехом – «Фронт», «Русские люди», «Партизаны».

Фронтовой Томск выпускал военную продукцию, строил, учил, недоедал, недосыпал, испытывая нехватку всего жизненно важного, но в начале 1943 года руководство города всерьез задумалось о создании в Томске филармонии.

Недавно сформированная Сталинская дивизия сибиряков-добровольцев уже вступила в бой и нуждалась в пополнении. После 10 января 1943 года очередные 140 добровольцев ушли на фронт. До конца войны оставалось еще больше двух лет.

Редакция благодарит Людмилу Приль, зам. директора Центра документации новейшей истории, за предоставленные архивные материалы.

Сотрудники и студенты на строительстве ж.д. ветки к ТЭЦ-I, 1942 год

В лаборатории спецфака, 1944 год

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги:
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 7 = 3