23.11.2018

К чему приводит страстное желание обладать меховым изделием

Статей на сайте: 16997

«Кривошеинский районный суд вынес обвинительный приговор в отношении жителя районного центра. Он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 306 УК РФ (заведомо ложный донос о совершенном преступлении).

Установлено, что в октябре 2017 года мужчина сделал подарок своей сожительнице, купив ей шубу стоимостью более 200 тыс. рублей. Поскольку других источников доходов у подсудимого не было, он оформил кредит в банке. Позднее, чтобы не возвращать банку денежные средства, даритель заявил в полицию, что кредит на его имя получило неустановленное лицо. С учетом способствования расследованию преступления государственный обвинитель Вадим Юркевич счел возможным исправление подсудимого без реального лишения свободы. Согласившись с мнением государственного обвинителя, суд приговорил подсудимого к одному году лишения свободы с испытательным сроком в один год.

Приговор вступил в законную силу».

Из пресс-релиза прокуратуры Кривошеинского района

 

карикатура. муж голый прикрывается табличкой БАНКРОТ, жена в шикарной шубе прижимается к судье и тычет пальцем на мужа «Не может кредит за мою шубу выплатить!».

 

Как это вам, Филипп Филиппович, удалось подманить такого нервного пса?

Пресс-релиз позвал в дорогу. Хотелось увидеть хотя бы одного из вымирающего племени мужчин, кто готов пожертвовать всем, даже ничего не имея, ради любимой женщины.

Перед законом о защите персональных данных все равны: и несовершеннолетние, и престарелые. Выдать журналистам имя кривошеинского «рыцаря» не согласились ни в полиции, ни в прокуратуре, ни в суде. Однако кривошеинский мир не без доб­рых людей, и вот я уже звоню по мобильному телефону некоему Евгению Викторовичу. В разговоре он строг и сразу заявляет, что кредит на него повесили и непонятно за что он несет наказание. Договариваемся о встрече…

В морозный солнечный полдень торможу в центре Кривошеина у магазина «Мамбр». Это мохнатое сказочное существо как нельзя лучше говорит об ассортименте. В торговом зале много детской, мужской и женской одежды. Но ни одной шубы, тем более за 200 тыс. рублей.

– А шубами вы торгуете? – спрашиваю я продавца.

– Шубами в Кривошеине никто не торгует, только под заказ привозим. Разве что ярмарки заезжие могут что-то дешевое привезти.

Значит, шуба стоимостью 200 тыс. рублей покупалась все-таки не здесь. Даже если меховое изделие слегка переоценили, это почти наверняка хорошая норка, что называется, в пол.  Так и представилось, как счастливый Евгений и еще более счастливая женщина возвращаются из Томска с обновкой, какой теплотой пропитываются их отношения… Общеизвестно ведь: шубу можно не носить, но она должна быть в каждой сибирской семье как знак любви и преданности.

Звоню Евгению, чтобы договориться о месте встречи в районном центре. Описываю себя, чтобы не промахнулся.

– Я на тебя смотреть не буду, – суровеет голос в трубке. – Выйду с палочкой, сам увидишь.

Образ хромого рыцаря замерцал в сознании. А потом окончательно исчез, когда я увидел его…

Ну, что ж, пахнет… известно: по специальности. Вчера котов душили, душили…

…К своим тридцати семи годам уроженец небольшой деревеньки в Кривошеинском районе Евгений Нахрапов ничего, кроме трех судимостей, не имел. Две кражи, один разбой. Сам герой-рецидивист, как все уголовники, всегда страдает за правду и рыцарские поступки:

– Да просто шли с другом, решили заступиться за девушку, которую парень избивал. Наваляли ему, мобильник забрали, деньги…

Глядя на тщедушного, трясущегося от холода человека с рассеченной бровью, думаю, что, скорее всего, у него под тонкой курткой ничего нет.

– Может, в тепле где-нибудь посидим-поговорим? – предлагаю.

– У тебя же машина есть, давай в ней…

От Евгения довольно выразительно пахнет. Так пахнет человек, который долго пренебрегает правилами гигиены. Вспоминаю профессора Преображенского из «Собачьего сердца», который внушал барышне Шарикова: «Ну нельзя же так, из-за одного служебного положения…» Нельзя же так, только из-за шубы…

Евгений с трудом забирается в автомобиль. Левая рука и нога действуют плохо.

– Где бровь пострадала?

– Упал. Эпилепсия у меня…

Час от часу не легче. А я уж думал, на колчаковских фронтах ранен. История с шубой начинает разворачиваться другим, неприглядным боком…

 

Я без пропитания оставаться не могу. Где же я буду харчеваться?!

Освободившись из мест не столь отдаленных, Евгений Нахрапов вернулся в родной Кривошеинский район. Думал, приютит мать. Но мать сама ютилась на небольшой жилплощади с сожителем и непутевому сыну в крыше над головой отказала. Тогда-то и появилась в жизни Евгения дама, назовем ее Еленой. Она пригрела отважного уголовника и позволила у себя жить, однако довольно быстро намекнула: за свое благорасположение и ласку хочу шубу. Не простую шубу, а дорогую. 

– У меня пенсия по инвалидности 7 тысяч рублей, – рассказывает о своих доходах Нахрапов, который в теплой машине пахнет еще сильнее. – Да соцзащита подбросит тыщу-две раз в квартал. Вот и все мои доходы.

Елена сказала: не беда. Давай паспорт. У меня есть подружка в Томске, которая без труда получит кредит. Нахрапов отдал паспорт, по данным которого в Совкомбанке и был оформлен кредит на покупку дорогостоящего изделия. Никаких кредитных договоров и графиков погашения долга Евгений не подписывал. Между тем ровно через месяц Совкомбанк потребовал начать выплату долга. Вот тогда Нахрапов и пришел в полицию с заявлением, что кредит он не брал, а получило его «неустановленное лицо». Формально это было сущей правдой. Денег он не видел, лица, которое оформляло кредит, – тоже, готовую шубу он увидел только на Елене.

Однако кривошеинские полицейские раскрыли дело быстро и квалифицировали его как ложный донос о совершении преступления. Суд вынес приговор: один год с испытательным сроком тоже в один год.

 

Дай папиросочку, у тебя брюки в полосочку…

– Хожу теперь как дурак, отмечаюсь раз в два месяца, – сетует Евгений. – Дай 100 рублей, раз разговариваем.

Наличными я дать отказываюсь. Начинаю переводить на телефон Нахрапова 100 рублей.

– Не, давай 200!

Если лох начал разводиться, надо его разводить дальше. Эта двойная уголовная мораль знакома до отвращения. Доводилось общаться с приличными на вид людьми, которые даже пахли хорошо, но были уверены: порядочно надо вести себя только со «своими». С мужиками типа меня церемониться нечего.            

– Нет. Договорились 100, значит 100, – говорю я. – Елена-то выгнала тебя?

– Выгнала, – соглашается Евгений. – Как шубу забрали, так и выгнала.

– То есть ты платишь кредит банку, а шубы нет?

– Кредит не плачу. Но думаю другой взять.

– О господи! Зачем?

– Жить-то мне негде. Сейчас друг приютил. А я думаю избушечку построить. Как думаешь, дадут мне кредит?

 Как думаете, дадут?..

Андрей Остров

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги:
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

67 + = 71