Персона
05.10.2018

Как один-единственный разговор у русской печки может изменить жизнь

Статей на сайте: 16189

Когда новоиспеченный директор томской драмы Александр Жеравин только вступил в должность, к нему на серьезный разговор пришел главный режиссер Феликс Григорьян. Настроение у него было, мягко говоря, смурное:

– Второй год работаю в театре. Поставил четыре спектакля. Никто из руководства города и области ни на один из них не пришел, со мной не общался. К театру какое-то отношение непонятное. Может, я не нужен этому городу?

– Феликс Григорьевич, вы – редкого таланта режиссер. Дайте мне десять дней, я этот вопрос решу, – заверил Жеравин.

Столько времени не понадобилось. Хватило недели. Несколько дней спустя случилось заседание пленума горкома партии. Александр Иванович, будучи членом партии, поднял вопрос о поддержке театра, которому посчастливилось заполучить себе блестящего режиссера. Говорил убедительно, ярко, аргументированно. И ситуация действительно изменилась.

Настойчивость. Умение добиваться поставленной цели. Готовность стучаться в самые закрытые кабинеты и спорить с самыми высокими чиновниками, убеждая в своей правоте, если того потребуют интересы его театра. Способность организовать продуктивную работу большого творческого коллектива, по определению не самого простого и сговорчивого. Эти качества всегда отличали Александра Жеравина на протяжении 18 лет, что он возглавлял областной театр. Не случайно годы его правления в тандеме с Феликсом Григорь­яном, по признанию коллег, зрителей и критиков, стали золотым веком томской драмы.

Недавно заслуженный работник культуры РФ отметил свое 85-летие. Оставаясь верным себе, Александр Иванович и сегодня живет насыщенной творческой жизнью. Пишет картины. Завершает автобиографическую книгу о детстве, проведенном на Байкале. С удовольствием обихаживает дачный участок, где они с женой проводят лето. По-прежнему с интересом следит за культурной жизнью города: не пропускает художественные выставки, концерты ведущих музыкальных коллективов, театральные премьеры. Такой мощный заряд жизненной энергии и сил родом из детства: от матери, от событий, свидетелем которых довелось стать, от потрясающей байкальской природы, которая сама по себе воспитывает и вдохновляет.

«Запомни, Шура…»

– К бурятам в местах, где я вырос, отношение было неважное. Их считали нечистыми, что ли, – вспоминает Александр Жеравин. – В военные зимы буряты возили на подводах говяжьи туши в Иркутск и Улан-Удэ. Наша деревня – последняя перед выходом на Байкал. Людям нужно было отдохнуть, набраться сил, накормить лошадей, продукты закупить. Никто в нашей деревне их на постой не брал. Только мама открывала ворота и принимала бурят как дорогих гостей, стряпала для них хлеб. Однажды я проснулся рано утром, а мама уже у русской печки хлопочет, готовит им завтрак. Спрашивает меня: «Шура, тебе Дарма нравится?» – «Очень! Он веселый, поет и шутит». – «А наш Казаков?» – «Нет, он пьяница». После чего мама сказала: «Запомни, Шура, есть только две категории людей: хороший или плохой, неважно, кто он, – русский, бурят, татарин, цыган. И еще запомни: никогда ни перед кем не прогибайся, ты – личность».

Александру Ивановичу тогда было девять лет. Те мамины слова он мало понял. Но запомнил. Уже с возрастом осознал и оценил всю их мудрость. И всегда ими руководствовался.

– Оглядываясь сегодня назад, я убежден: именно детство определяет нашу жизненную траекторию, – резюмирует Жеравин.

Его детство пришлось на переломные годы в жизни страны. Александр Иванович помнит, как началась коллективизация. Ему было четыре года, когда пришли незнакомые люди и увели куда-то коня Чалку, на котором лихо разъезжали отец с матерью. Исчезли со двора и огромные весы с чашами. Дед Александра Ивановича был главным организатором в деревне, собирал народ на рыбалку и сенокос. Потом улов и урожай разделялись на этих весах. Незнакомцы их разобрали и увезли в колхоз.

И еще одно историческое событие, навсегда врезавшееся в память. Он стоит в одиночестве на площади и смотрит во все глаза на церковь. А та была красавица, высилась в живописном месте, на фоне гор. На самом верху сидел сосед Иван и топором рубил маковку церкви. К кресту была привязана веревка, другой конец которой держали с земли два дюжих парня. Раскатистый крик Ивана: «Тяни-и-и-и!» – и ощущение, как будто срубленная голова полетела вниз. На дворе был 1937 год, шел период гонений на церковь. Маленький Шурка масштабы происходящих в стране событий, конечно, не понимал. Но ему было до слез жалко, что мужики испортили такую красоту, сорвали купол. Потом кресты и ограда исчезли, церковь приспособили под сельский клуб.

Оставила свой отпечаток и Великая Отечественная война. Страшное известие пришло в Макаринино только 24 июня. В тот же день отца забрали на фронт. Повестка пришла в разгар сенокоса. До дома Шурка с отцом шли молча. К счастью, Иван Федорович вернулся с фронта живым. И другой эпизод: мама, оставшаяся одна с пятью детьми и двумя немощными стариками на руках, взяла в дом четырех беспризорников. Нашла их, прятавшихся под лодкой на берегу Байкала. Спустя годы Александр Иванович оценил подвиг мамы и всех русских женщин, которые, несмотря на все трудности, не бросали сирот в войну. Не так давно он осуществил давнюю задумку: запечатлел на холсте трогательный сюжет на берегу.

– Удивительная история связана с этой работой, – подмечает Жеравин. – Картина была почти закончена, оставался только портрет мамы, когда я сломал руку. А уже выставка на носу. Отступать некуда, взялся писать левой рукой. Что вы думаете – получилось! И портретное сходство, как отмечали те, кто знал маму, поразительное.

Из лириков в физики. И обратно

Любопытно, что лирик, каким был и остается Александр Иванович, получился из физика. Он с детства любил петь и рисовать. Видимо, сказались гены. Отец, не имея музыкального образования, настраивал на слух балалайку, пел в церковном хоре. Но после окончания Баргузинской средней школы Шура с другом Мишкой коллективно решили податься в геологи. Где-то от кого-то услышали, что у геологов пенсия самая высокая. Романтика странствий, опять же…

Экзамены Саша Жеравин сдал не просто хорошо, а очень хорошо. Было только одно «но»: в аттестате напротив иностранного языка, который в баргузинской школе не преподавали, стоял прочерк. Без него на геологоразведочный не брали. Перекинул документы на радиотехнический факультет – та же история. Тогда спросил напрямую: «Куда я могу поступить в Томске без иностранного языка?» Так судьба привела Жеравина на физико-математический факультет ТГПУ.

– Над связью математических и творческих способностей, о чем так много говорят сегодня ученые, я никогда не размышлял, – пожимает плечами Александр Иванович. – Да и не было у меня никогда таких уж выдающихся способностей в физике и математике. Чего не скажешь про тягу к творчеству. Просто я был дисциплинированным, ответственным и учился на совесть. Честно признаюсь: планировал перекантоваться годик в пединституте, подучить английский и снова поступать на геологоразведочный. Но втянулся. Потому что попал в свою стихию.

Она была по-настоящему творческой. Студент Жеравин пел в хоре, выступал сольно, оформлял местную стенгазету, перечитал массу литературы по искусству. После блестящей защиты дипломной работы по автоматизации производства получил распределение в Могочинскую среднюю школу как учитель физики.

На второй год работы в школе к нему из Молчанова приехал представитель райкома партии – агитировать в первые секретари райкома комсомола. Молодой учитель, уже втянувшийся в профессию, ответил решительным отказом. В обкоме комсомола, куда получил немедленный вызов, тоже оставался непреклонен: «Нет, я – физик!» Но и там тоже работали ребята не промах. «Мы, – говорят, – вас не агитируем. Но кандидатуру вашу на собрании обкома комсомольцев выдвинем. Выберут – уж не обессудьте».

Разумеется, выбрали. За пять лет на новой должности Александр Жеравин, выражаясь современным языком, реализовал много интересных проектов. Создал ансамбль песни и танца из отслуживших в армии ребят. Организовал ночной патруль, следивший за порядком в самом злачном месте – на пристани. Был инициатором картинных галерей молодых передовиков. А комсомольско-молодежные бригады на посевной и комсомольско-молодежные молочные фермы под его началом не раз становились лучшими в области.

Август 1941. Байкал. 2004 г.

Не упущенные возможности, а опыт

– Свой день рождения я люблю и всегда любил. Обычно отмечал его с размахом, шумно. В театре. За одним большим столом собирались коллеги, друзья. Шутили, смеялись, много говорили о театре и о жизни. Актеры придумывали творческие номера-поздравления, – с улыбкой вспоминает Александр Жеравин. – Грусти по поводу своего возраста я не испытывал никогда. Каждый прожитый год воспринимал и продолжаю воспринимать с точки зрения не упущенных возможностей, а накопленного опыта.

За любое дело в своей жизни Александр Иванович брался азартно, страстно, с полной отдачей. Такое же отношение к своему делу передалось и его детям. Дочь Ольга – историк, доцент, преподаватель Института искусств и культуры ТГУ. Сын Александр – кандидат медицинских наук, опытный врач-онколог. Оба, по признанию Александра Ивановича, главная гордость в его жизни.

К театру Жеравин тоже в некотором смысле относился как к своему ребенку. По-другому управлять амбициозным творческим коллективом не получится.

Портрет матери. 1985 г.

– Главные в театре – актеры. Я, к счастью, быстро понял: артисты как дети. Их нужно любить, хвалить и многое им прощать. А если не можешь любить и прощать – уходи. Значит, ты для театра человек чуждый, – рассуждает экс-руководитель томской драмы. – Но и дела при этом нужно вести четко, иногда жестко, по-хозяйски. Директор не может быть размазней. Он должен своих людей и направлять, и учить, и наказывать, если того заслужили. Только делать это нужно не по-холуйски, а интеллигентно, уважая этого человека. Тогда атмосфера в коллективе будет здоровой, а рабочий процесс – продуктивным.

По большому счету театр сам выбрал Александра Ивановича себе в руководители. И не прогадал. Когда заболел предыдущий директор и стало понятно, что нужно искать нового человека, заведующий музыкальной частью томской драмы Сергей Королев и актер Владимир Семенов пришли к Лигачеву с просьбой отдать им секретаря райкома партии. Егор Кузьмич, будучи человеком дальновидным и проницательным, понял: Жеравин такую махину поднимет. К тому же имелся неплохой опыт в должности директора филармонии и секретаря райкома партии.

Интуиция Лигачева не обманула. Перечислять заслуги Александра Жеравина можно долго. Именно в те годы драма переехала в новое здание на площади Ленина. Театр собирал полные залы и получал исключительно положительные отзывы критиков. В трудные 1990-е Александр Иванович создал благотворительный фонд имени Т. П. Лебедевой. А это и материальная помощь ветеранам театра, и установка памятников ушедшим из жизни ведущим актерам, и выпуск печатной продукции. В фонде работник драмы мог взять беспроцентную ссуду на покупку бытовой техники и других дорогостоящих, но таких необходимых вещей. Руководство умудрялось обеспечивать квартирами приезжих артистов. Сотрудники театра проходили бесплатное лечение. Этот список можно продолжать долго.

Семейный шарж. Диссертационный агрегат

Место силы. А также отдыха, рыбалки…

Благотворительный фонд, к слову сказать, не прекратил своего существования и после выхода Александра Жеравина на пенсию. Через несколько лет, когда его выберут председателем регионального отделения СТД России, фонд будет возобновлен. Опыт руководства томской драмой тоже пригодится. С той лишь разницей, что теперь ему приходилось решать задачи и проблемы не одного конкретно взятого коллектива, а всех театров области.

– Выход на пенсию был моим добровольным решением. Никто меня к этому шагу не принуждал, не намекал, что пора бы и честь знать. Я просто захотел пожить для себя. У меня к тому времени накопилось столько творческих планов и в живописи, и в литературном труде. Не терпелось их реализовать, – рассказывает Александр Иванович. – Не будь этих затей, вполне мог работать и работать. Сил у меня было хоть отбавляй. Наверное, поэтому через несколько лет принял предложение коллег выдвинуться в председатели местного Союза театральных деятелей. Мою кандидатуру поддержали единогласно.

К исполнению желания «пожить для себя» Александр Иванович приступил не раздумывая. Купил старенький домик с небольшим участком в сельской местности. Вместе с сыном его подлатал, привел в порядок. Часть нижнего этажа приспособил под мастерскую. Сегодня дача для Жеравиных – место обретения силы.

– Жизнь хороша во всех ее проявлениях. В том числе и после выхода на заслуженный отдых, – улыбается Александр Иванович. – Здесь я написал лучшие свои 18 пейзажей. Здесь наконец-то получил возможность часто и подолгу рыбачить. Немного грядок тоже имеется: картошка, морковка, помидоры, кое-какая зелень. Всего понемногу, без фанатизма. С одной стороны, физическая нагрузка, без нее в нашем возрасте нельзя. С другой – собственные овощи, полезные, без химии. Супруга делает из них чудесные заготовки на зиму. С Анисой Нурлыгаяновной мы вместе больше полувека. Все мои успехи и достижения – во многом ее заслуга. Работа у меня всегда была на разрыв: командировки, напряженный период подготовки премьер, когда весь театр задерживался допоздна, гастроли, которые раньше длились по месяцу-полтора. По большому счету дом и дети были на жене. А она у меня профессор, автор более сотни научных работ. Подготовила два десятка кандидатов наук. Всё успевала.

Дружеский шарж на народного артиста России В.В. Варенцова. 1985 г.

* * *

Остаться в стороне от юбилея Александра Жеравина те, с кем он работал и дружил, не могли. Сначала собрались в СТД коллеги по театру. Актеры, как и в прежние времена, пели, читали стихи, травили театральные байки. Потом – встреча в Совете старейшин, где в адрес юбиляра звучали не менее теплые слова.

– 85 лет – возраст солидный. То, что осталось позади, сложилось неплохо, – говорит Александр Иванович. – Но и впереди для меня, я надеюсь, у жизни припасено что-то хорошее. Еще представится не один повод восхититься, удивиться, порадоваться.

 

СПРАВКА «ТН»

Александр Жеравин родился 14 сентября 1933 года в поселке Макаринино Баргузинского района Бурят-Монгольской АССР. Окончил физико-математический факультет ТГПУ. После окончания вуза был направлен в среднюю школу пос. Могочино Молчановского района, где преподавал физику. В разные годы работал первым секретарем Молчановского райкома ВЛКСМ и заведующим отделом Томского обкома ВЛКСМ. На протяжении четырех лет – заместитель начальника управления культуры Томского облисполкома.

Возглавлял областную филармонию, областной театр драмы, Томское региональное отделение Союза театральных деятелей России.

Неоднократно избирался депутатом Томского горсовета, был членом Томского горисполкома, Томского горкома КПСС, Томского обкома профсоюза работников культуры. С 1998 года является заместителем председателя по культуре Совета старейшин города Томска.

Серьезно занимается живописью, пишет автобиографические книги. В городе состоялось шесть его персональных выставок живописи и графики.

Удостоен звания «Заслуженный работник культуры РСФСР», награжден медалями «100 лет профсоюзам России», «400 лет городу Томску», нагрудным знаком «Отличник культурного шефства над Вооруженными силами СССР», знаком отличия «За заслуги перед Томской областью».

Автор: Елена Маркина
Фото: Вероника Белецкая,
из личного архива героя

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги:
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

48 − = 45