Кулак сознания

_DSC0969

Наблюдая за героями фильмов, посвященных восточным единоборствам, поражаешься их мастерству и умению в одиночку раскидать по углам десятки соперников. Герои Ван Дама и Брюса Ли чаще всего сражаются с преступностью и несправедливостью, но это кинематограф. Как живут люди, руки которых расколотили не одну деревянную чурку, не в полном головорезов Лос-Анджелесе или в Гонконге, а в уютном Томске, – в материале «ТН».

Здравствуйте, сэнсэй!

Владимир Вершинин облачается в белое кимоно перед тренировкой. Черный пояс он завязывает в последнюю очередь – это единственная вещь, которую он никогда не оставляет в раздевалке. Его ученики уже в зале, носятся как угорелые. Им по пять-шесть лет – такой возраст, когда усидеть на месте невозможно. Учитель строит их в шеренгу, и вот они уже радостно нарезают круги по залу, перепрыгивая через подушки. Потом делятся на две колонны и изображают скорпионов, обезьян, змей.

– С детьми можно работать только через игру, – улыбается Владимир Вершинин. – Так они учатся понимать себя, свое тело, силы. Они чувствуют, когда тебе интересно, и только тогда сами включаются в процесс. Поэтому я стараюсь не повторяться и всегда придумывать что-то новое.

Сам Владимир Александрович свою дорогу в единоборствах начал с классической борьбы, которая стала, по его словам, отличной основой для дальнейших увлечений. Окончив спортфак ТГПУ и отслужив в армии, устроился работать тренером в областную ДЮСШ, где и встретил товарища, который познакомил его с карате.

– Тогда этот вид единоборств только появился в СССР, и приемы передавались буквально из рук в руки, – вспоминает Владимир. – Тебе показывают прием, ты повторяешь.

Затем был первый в жизни карате-клуб, а в 1979-м аттестация в Москве на удостоверение тренера-преподавателя.

– Все началось с жесткого семинара, после которого многих не допустили к аттестации, – вспоминает Владимир Александрович. – Я сдавал Георгию Синицкому – легенде советского карате. С теорией все блестяще – за плечами тренерская работа. А в практической части мне достался удар маваши-гери (ногой в голову), у меня он до этого ни разу не получился. Волнение было безумное, но технически я все выполнил безупречно.

Следующей серьезной вехой стала работа в Узбекистане, где Владимир Вершинин проработал 25 лет, вплоть до закона о запрещении карате в 1984 году.

Только с развалом СССР карате вышло из подполья. К середине 1990-х Владимир увлекся айкидо.

– Несмотря на совершенно другую бросковую технику (в карате – ударная), я быстро прогрессировал, – говорит Владимир Вершинин. – Потом оставил этот вид спорта, но некоторые приемы даю ребятам до сих пор.

– Сперва не хотел возвращаться к тренировкам с детьми, – признается наставник. – Это огромная ответственность. Если возникает ситуация, когда тебе приходится оставить группу, это дается очень тяжело. Но уже на первой тренировке, когда услышал от подбежавшего мальчишки: «Здравствуйте, сэнсэй!», такое тепло почувствовал.

Ребята на тренировке начинают отжиматься. Наставник доволен не всеми.

– Ну-ка, Максим, покажи всем, как надо!

Счастливый Максим старается изо всех сил. Владимир Вершинин прививает им стремление к совершенству, а не тягу к победе над соперником.

«Бить рожи пошло»

– Спортивное ушу в отличие от традиционного более выхолощенное, – говорит Владимир Вершинин. – Оно направлено на то, чтобы победить противника и показать, что он слабее. Сэнсэй на соревнованиях может сказать, что у соперника в прошлом была травма правой ноги, и указать бить именно туда. Но, когда ты побеждаешь, ты не становишься самым сильным – это все вокруг становятся слабее.

Геннадий Аникин когда-то был учеником Владимира Вершинина, а теперь уже сам преподает ушу детям и взрослым.

Аникин
Геннадий Аникин

– Поначалу все приходят для того, чтобы научиться драться, – признается он. – Но потом ты взрослеешь, открываешь для себя новые грани боевых искусств и понимаешь, что бить рожи – примитивно и пошло.

Двадцать лет назад у Геннадия были волосы до пояса, что в 1990-е не нравилось «парням с района». Поэтому периодически случались ситуации, которые знакомы людям, у кого волосы «не по стандарту».

– Эй, че волосы такие длинные? – спрашивал парень в спортивном костюме.

– Жизнь у меня такая, – отвечал Геннадий.

– Какая? – настаивал ищущий драки индивид.

– Пойдем, объясню, – вздыхал Геннадий Аникин, понимая, что конфликта не избежать.

– Только нас пятеро…

– Все идемте.

Финал истории для бандитской молодежи 1990-х был печальным. Однако такие истории Геннадий Семенович рассказывать не любит.

– Бить рожи пошло, – постоянно повторяет он. – Я и на соревнования своих ребят не выставляю. Наставников сейчас много, и я никого не держу. Кто хочет побед – найдет себе сэнсэя для этих целей.

Зато с удовольствием вспоминает про то, как носил вериги (мешочки с песком для дополнительной нагрузки). Постоянно добавляя вес, он носил их шесть лет, надевая утром и снимая перед сном.

– Этой методике меня обучил мастер из Китая, – рассказывает Геннадий. – Это не просто подвесил грузики и побежал. Каждый день надо делать определенный комплекс упражнений. Каждый день обязательно трехчасовая тренировка. Пропустил одну – добавляешь неделю.

К концу шестого года Геннадий носил на себе 17 кг дополнительного веса. При этом он не только преподавал ушу, но и занимался реставрацией (купола церквей города и области во многом его рук дело) и подрабатывал кровельщиком.

– Первые два года после того, как я снял вериги, меня не покидало ощущение полета, – признается Геннадий. – Я до сих пор чувствую ту легкость (демонстрирует это, взмахнув прямой ногой до уровня головы), хотя прошло уже больше 10 лет. Этот заряд дал толчок и духовному развитию – в голову стали приходить рифмы, фразы стали складываться в стихи.

Геннадий ведет несколько групп здоровья, преподает ушу взрослым и детям. Особенно любит своих учеников в детских садах, где ведет уроки физкультуры.

– Современные дети отвыкли чего-то добиваться, потому что в их планшетах и компьютерах достаточно нажать на кнопку и получаешь результат, – говорит он. – Но это не значит, что они совсем обленились. Ко мне на занятия они галопом прибегают. Потому что чувствуют – мне с ними интересно.

Искусство самопознания

Алексей Хворенков
Алексей Хворенков

Вместе с Владимиром Вершининым и Геннадием Аникиным мы едем к их другу и коллеге Алексею Хворенкову. Это имя знакомо многим томским поклонникам восточных единоборств. Именно он в 1990-х годах основал на базе карандашной фабрики детско-юношеский спортивный клуб «Монада», где занимались более 300 детей со всего города.

Первое, что бросается в глаза, когда входишь во двор деревянного дома, – огромная груша, подвешенная на цепь. В комнате у Алексея – тренажер для балансировки, гантели, палки всевозможных размеров. На книжных полках – книги по единоборствам.

– Каждый день начинаю с гимнастики, разминки – назвать этот процесс можно как угодно, – говорит Алексей. – Сколько времени занимает? Надо научиться слушать свой организм. Пока не почувствую, что мне достаточно, продолжаю заниматься.

Алексей Хворенков всегда видел в единоборствах в первую очередь эстетику движения.

– Красота и естественность говорят о правильности и точности выполнения упражнения, – продолжает он. – Это я понял еще в детстве, когда занимался танцами.

В единоборства Алексей пришел до официального открытия федерации в 1978 году. Шесть лет было отдано спортивному карате. Смена мировоззрения произошла после запрета карате, ухода к истокам этого стиля – в ушу. И особенно после встречи с китайским мастером Чен Син Пином.

– Нас свел случай, – рассказывает Алексей. – Сперва он ничего не показывал, ведь нельзя обучать иноверцев истинному ушу. Ночами напролет разговаривая о китайских боевых искусствах, мы стали друзьями. Только тогда Чен начал передавать свои неисчерпаемые знания.

Мастер показал Алексею, что ушу – это не набор приемов, а искусство самопознания и самореализации не только физических, но и духовных возможностей человека.

– Это не аэробика и не фитнес, где люди занимаются только физической тренировкой, – говорит Алексей Хворенков. – Гармоничное развитие дает объединение сознания, дыхания и тела.

По словам Алексея, достичь совершенства невозможно, и именно это заставляет двигаться дальше. Сейчас ушу для него – это образ жизни, обучая своих учеников, он и сам продолжает учиться.

А Геннадий Аникин рассказывает притчу о том, что к сэнсэю все попадают слепоглухонемыми. Все, что остается наставнику, – это взять ученика за руку и повести за собой, чтобы со временем он обрел зрение, слух и голос. Этим и занимаются в тихом уютном Томске люди, способные в одиночку остановить пятерых.

справка «тн»

17 мая 1984 года спорткомитет СССР издал приказ № 404 «О запрещении обучения карате в спортивных обществах». Но этот запрет не сломил энтузиастов, многие из них ушли в подполье, в подвалы и под прикрытием других видов спорта продолжали заниматься карате и обучать других. Некоторые из них переквалифицировались или прикрылись другими стилями, так как в тот период начался лавинообразный рост различных видов боевых искусств, не имеющих в своем названии слова «карате».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *