Прокатиться с ветерком на комфортабельном катере по реке – действо захватывающее. Даже если поездка рабочая, а цель совсем не радостная. Сквозь небольшой утренний туман мы идем вниз по Томи – 20 километров от нового моста. Здесь, в районе села Чернильщиково, есть отводной канал из города Северска. Он образует речушку с красивым названием Ромашка. Но запах от этого водоема вовсе не цветочный…

«Вы же тоже здесь живете»

Подъезжая к протоке, мы спугиваем большую стаю птиц.

– Вот видите, воронье кружит, – кивает в сторону пернатых эколог Сергей Жабин. – значит, тут есть чем поживиться. Просто так этим птицам здесь делать нечего. Да и опасно им здесь находиться – где-то рядом находится бассейн. Хозяева промывают его хлором, который по трубам уходит через канализацию в Томь. Существует несколько таких локальных труб, и никто с этой химией не борется.

Сергей Иванович – член Общественной палаты Томской области, природоохранитель с огромным стажем. Очередная экспедиция не речку Ромашку связана с многочисленными обращениями граждан. Несколько десятков рыбаков написали открытое письмо властям с просьбой разобраться с экологической ситуацией на этом участке: «Мы, пользователи лодочной станции в г. Северске, рыбаки, убедительно просим вас обратить внимание на проблему летней вони. Каждое лето мы с нашими семьями проводим время на реке. Но в последние годы запах стоит такой, что хоть противогазы надевай, в жару особенно. От реки зловоние ужасное. А ведь в ней купаются дети. И с каждым годом обстановка все хуже и хуже. Может, уже пора найти средства на нормальные очистные и почистить воздух (или что там пахнет)? Вы же тоже здесь живете. Предлагаем вам приехать, лично убедиться и принять меры. Спасибо!»

Что же все-таки здесь пахнет, Сергей Жабин знает точно, – вода. Нам это становится очевидно при подъезде к протоке. Кроме того, река здесь заметно мутнее. Руководитель нашей экспедиции делает контрольный забор воды для исследования в лаборатории – целых три литра. Хотя и по одной бутылке понятно – осадка здесь столько, что даже топор поплывет.

– Вода очень теплая, я вам советую искупаться, – иронизирует Сергей Иванович. – Правда, слишком мутная. Чувствуется, что это канализационные сбросы – тут даже вопросов нет. И по запаху – это канализация. Единственное, что удивляет, – множество рыбаков с удочками. Почему здесь не стоят таблички, что это не просто река, это канализационный сбросной канал? И рыбу ловить здесь запрещено. Мало ли какая инфекция из канализации сюда пришла. А ведь пойманную здесь рыбу люди или сами едят, или животных кормят. Или того хлеще – продают. А согласно Конституции, каждый человек имеет право на благоприятную окружающую среду и полную информацию о ее состоянии.

Бесконтрольная Ромашка

На берегу находим выброшенную рыбу. Мелкую. Что за порода, с виду и не скажешь. Но вроде не мутант. Сергей Жабин добавляет:

– Кто-то вовремя догадался и выбросил. Такую рыбку можно и на уху, и пожарить, и закоптить. Только потом сразу на Бактин ехать придется.

Катер отчаливает от берега и поднимает в реке огромную тучу черного ила. Туча не сразу оседает. На кромках берега и ветках деревьев, которым не повезло здесь вырасти, тут же появляется черный налет. Как говорит нам специалист, на его памяти такие осадки были зафиксированы только в Басандайке во время залповых сбросов канализационных стоков.

Помимо сбросного канала в Ромашку идут несколько труб с противоположного берега. Кому они принадлежат – неизвестно. У одной из них вода заметно бурлит и пенится.

– Здесь не просто коммунальные отходы, – подчеркивает Сергей Жабин. – Здесь вся таб­лица Менделеева. И ливневая канализация, и бытовые сбросы. Ручей, который питает Ромашку, протяженностью пять-шесть километров, тянется от озера-отстойника с территории города Северска.

Этот отстойник появился при строительстве города. Берега его забетонированы, так что вода оттуда может выходить только через специальный шибер. Но тогда большее внимание обращали на крепкий ядерный щит, чем на экологию. Поэтому очистка воды только механическая. Крупные фракции задерживаются, а вся химия и мелкие коммунальные отходы утекают в Томь.

– Раньше здесь постоянно патрулировал катер, – рассказывает эколог. – Ходил по этой протоке и контролировал, чтобы никто не ловил рыбу. Радиация штука серьезная… Теперь все понимают, что радиоактивных отходов нет. Да и период полураспада у них маленький.

Скорее противно, чем опасно

Сергей Жабин признается, что непосредственно запах вреда здоровью не наносит. Но это не значит, что проблемы не существует.

– Страшно то, что мы гробим федеральный водный объект, имеющий рыбопромысловое значение, – говорит Сергей Иванович. – И все попытки достучаться до кого-либо пока бесполезны. Запахи ужасающие. Посмотрите, как загажены берега иловыми отложениями. Пробу воды я хочу показать комиссии по запахам, в которую вхожу. И поставить вопрос об изменении законодательства по обращению с отходами.

По мнению Сергея Жабина, единственное решение сложившейся проблемы – строительство новых очистных сооружений в Северске. Эколог считает, что, несмотря на то что специалисты прозевали Год охраны окружающей среды, когда выделялись большие гранты на решение экологических проблем, надо не упустить возможности, которые дает национальный проект «Экология». На него правительство выделяет более 5,5 триллиона рублей. Строительство же очистных для Северска обойдется примерно в 3 миллиарда. Для территории опережающего развития не так много. Тем более когда есть поддержка со стороны Федерации.

Автор: Максим Садченко

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 5 = 1