Не выходя из комнаты

Маленький сын, подальше от греха и коронавируса, не ходит в детский сад. Сидит дома с игрушками под моим рабочим столом, а я, тоже на удаленке, смотрю первую в истории городской думы Томска онлайн-трансляцию заседания бюджетного комитета. С докладом о параметрах бюджета Томска на будущий, 2021 год выступает глава финансового департамента мэрии Ирина Ярцева.

– Из чего делают пластилин? – спрашивает четырехлетний человек.

Судя по всему, городской бюджет слеплен из того, что было. Со слов главного городского финансиста, доходы прогнозируются в размере 16 млрд 103 млн рублей, расходы – почти 17 млрд. Из них 8 млрд 799 млн рублей планируется получить из областного бюджета в виде безвозмездных поступлений. Но это неточно, потому что областной бюджет тоже верстается с трудом. Если в Томске уже недосчитались миллиарда, то в области – больше 15 млрд рублей. Так что на помощь свыше надо рассчитывать осторожно.

– Бюджет Томска сохраняет свою социальную направленность, – констатирует Ярцева. – 65% доходной части, а это 11 миллиардов рублей, будет направлено на социальную сферу. Из этих 11 миллиардов 89% – на школьное образование.

То есть собственных доходов городского бюджета не хватает даже для обеспечения нормальной работы всех городских школ. Надо 9,2 млрд а собственных доходов всего 7 млрд 300 млн.

– Это каша, которую нельзя есть! – говорит сын, уплетая манку.

В чем-то он прав. Так жить нельзя. С ним согласна и Ярцева, которая все последние годы доказывает и в области, и в министерстве финансов, что муниципалитету катастрофически не хватает денег. Но в столице уверены, что все идет по плану.

– Понимаете, тот, кто это придумал, такую систему межбюджетных отношений, сам от этого не откажется. Мы выходили и с законодательными инициативами, и через депутатов наших пытались донести, я рассказывала об этом в Государственной думе Российской Федерации. Поменять систему не удается, – волнуется, судя по голосу, Ярцева.

На экране компьютера этого не видно, только слышно. Трансляция, мелковатая, на одном среднем плане. Видно, что за столом президиума сидит вышедший из карантина председатель бюджетного комитета Владимир Самокиш без маски, председатель думы Чингис Акатаев в маске и еще один масочный человек. Кто – не разглядишь.

Долги наши

Больше всего пострадают в будущем году капитальные расходы – они урезаны на 458 млн рублей. Самые крупные капитальные вложения городского бюджета в будущем году – это восемь новых детских садов (миллиард с небольшим) и окончание ремонта лицея № 8 имени Н. Н. Рукавишникова – 80,5 млн рублей. Все остальное в ожидании лучших времен.

На сохранение исторического наследия, стыдно сказать, планируют направить 2,4 млн рублей.

При этом на обслуживание муниципального долга, который превысит 4 млрд рублей, потратят 387 млн рублей. То есть почти 400 млн рублей получат прежде всего коммерческие банки, у которых мэрия занимает начиная с 2014 года.

– Какой нож полезный! – говорит сын, столовым прибором пытаясь разрезать клейстер в кастрюле.

Депутаты тоже говорят о необходимости урезать расходы на все, что попадается под руку. Берет слово депутат-невидимка. (Все-таки, раз пошла такая виртуальная «пьянка», надо оборудовать зал панорамной камерой с возможностью приближения к депутатской персоне.) Невидимка предлагает с будущего года начать постепенное сокращение автомобилей в гараже городской администрации, а чиновников пересадить на такси. Тем более что количество служащих в мэрии неуклонно сокращается. От предельной численности в 1 055 штатных единиц еще несколько лет назад сегодня осталось 878.

Депутат Илья Леонтьев (старый знакомый, поэтому узнаю по голосу) говорит о том, что надо привязать содержание чиновников к результатам их работы. А то на содержание центра управления пассажирскими перевозками каждый год тратится одна и та же сумма, а жалобы пассажиров множатся и множатся.

Максим Резников как депутат и работник «Городских электрических сетей» сетует на заморозку газификации в столице газодобывающего региона и, конечно, на отсутствие в бюджете затрат на наружное освещение новых объектов.

Хотелки за миллиард

В прениях не преминула выйти на трибуну депутат Инга Первушина в длинном фиолетовом вроде бы платье.

– Перед вами Инга Первушина, – представилась она, как будто кто-то еще не знал. – Бюджетная обеспеченность в Томске на душу населения меньше, чем в Тегульдете, а долговая нагрузка (4 с лишним миллиарда рублей муниципального долга, разделенные на количество жителей областного центра. – Прим. ред.) составляет 8,5 тысячи рублей! В любом сельском районе она меньше тысячи рублей! Нужно срочно договариваться с коллегами из областной думы, которые избраны от Томска, чтобы исправить положение.

Было ясно, что именно Инга лучше всего договорится с областными депутатами. Весь вопрос – о чем именно. Ситуация патовая у всех: и в области, и в городе. Каждый из городских депутатов пришел в думу с наказами своих избирателей. В общей сложности эти наказы тянут на 1 млрд 231 млн рублей. Но этих денег в бюджете Томска, как в том советском анекдоте, нет и неизвестно. Известно только, что бюджет уже сократили на 1 млрд 69 млн, и надо бы сократить еще. Но уже нечего, кроме одной прекрасной статьи, которая фигурирует во всех муниципальных программах: «эффективное функционирование». По сути, это и есть расходы на содержание аппарата мэрии, муниципальных и казенных предприятий, которые не знают, откуда взять деньги, зато знают, как их потратить.

– Обладатели айфонов были лишены права смотреть трансляцию, – говорит Владимир Самокиш в перерыве, видимо, отвечая на поступившие от муниципальных зрителей вопросы и как бы намекая, что давно пора использовать менее дорогие смартфоны.

Так что прямая трансляция заседания бюджетного комитета была в истории томского парламентаризма не только первой, но и патриотичной. При таком бюджете только и остается, что быть патриотами.

Автор: Андрей Остров
Фото: Евгений Тамбовцев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

70 + = 76