Персона
11.05.2018

Наталья Бондарчук: Мы выпустили джинна из бутылки. И загнать его обратно невозможно

Статей на сайте: 16096

Актриса, кинорежиссер, сценарист Наталья Бондарчук несколько недель назад стала звездным гостем фестиваля «Бронзовый витязь». В эксклюзивном интервью «ТН» дочь Сергея Бондарчука и актрисы Инны Макаровой рассказала о том, с чем приходилось мириться близким ее отца, почему она не любит шоу «Лучше всех» и как ее называют в кулуарах Первого канала.

Исключить звездную болезнь

– Как вы относитесь к массовому появлению на телевидении детских шоу всевозможной направленности: «Голос», «Ледниковый период», «Синяя птица», «Лучше всех»?

– Я против таких шоу, как «Лучше всех». Они очень портят детей. Потому что дают им ощущение собственной исключительности. Если ребенок никогда не был в коллективе, подобная слава в столь нежном возрасте чревата. Ведь если он делает что-то лучше всех, это не значит, что все остальное он тоже делает лучше других. Но после телевизионных эфиров люди узнают этого ребенка на улице, он начинает считать себя пупом земли. И родители, как правило, это чувство в нем культивируют. Что не здорово для ребенка. Для их мам и пап в итоге тоже: с такими детьми трудно найти контакт.

Другое дело – конкурсы талантов. Когда ты, например, умеешь виртуозно играть Чайковского и получаешь за свой колоссальный труд заслуженную награду, это справедливо. Или отменно владеешь цирковыми жанрами. Меня такие детки восхищают. Им и звездная болезнь не грозит. Но все равно родители должны быть мудрыми и не допускать, чтобы у ребенка появлялось ощущение своей исключительности. Даже когда у него случается успех, нужно говорить: «Да, ты большой молодец. Но вот это Петька делает намного лучше, чем ты. Так что тебе еще есть чему поучиться».

– Так сложилось, что судьба свела вас с выдающимися деятелями культуры. Среди них и ваш отец Сергей Бондарчук, и режиссеры Андрей Тарковский и Владимир Мотыль. Вы разгадали феномен гениальной природы этих людей?

– Думаю, добиться успехов в своем деле им одинаково помогли и талант, и труд. Я убеждена: все дети одаренные. Даже ребятишки с расстройством аутистического спектра. А дальше уже как сложится. Если повезло с умными родителями и хорошим педагогом, значит, у него будет возможность развивать способности.

Что касается тех, кого вы перечислили, то их по-разному можно назвать: гениями, талантливыми людьми или людьми удачливыми. Как говорит моя мама, случай всегда представится, нужно только быть к нему готовым. А дальше уже начинается труд. Для моего отца кино было всем, самой жизнью. Он так и говорил: «Моя судьба – это мои фильмы». Кинематограф занимает всего человека, без остатка. Забирает весомую часть его личной жизни. И близким приходится с этим мириться.

Когда двери закрываются

– Дети знаменитых родителей по-разному относятся к этому обстоятельству: одни гордятся, другие его скрывают. Для вас фамилия Бондарчук стала дополнительной ответственностью или ключом, открывающим желанные двери?

– Эти самые двери, наоборот, могут закрыться для такого ребенка. Сергей Герасимов спустя какое-то время признался мне: «Знаешь, сколько я гневных писем получил за то, что тебя взял якобы по блату в свою картину?» (На третьем курсе ВГИКа Наталья Бондарчук в числе нескольких студентов снялась в фильме Герасимова «У озера». – Прим.ред.). Андрей Тарковский рассказывал, что некоторые знакомые перестали с ним здороваться из-за того, что он утвердил на роль «дочь Бондарчука и ставленницу Герасимова». Так что реакция на знаменитую фамилию может оказаться двоякой. Но, когда папы не стало, я унаследовала его поклонников. Для меня была очень дорога связь со зрителями, любившими папу.

– В последние годы в вашей фильмографии нет новых ролей. Это отсутствие достойных интересных предложений или ваша принципиальная позиция больше не сниматься в кино?

– Нет, такой позиции у меня нет. Сейчас, например, я снимаюсь у своих учеников из Международной кинотеатральной школы имени Сергея Бондарчука. Недавно сыграла главную роль в картине «The Бабушка» юного 13-летнего режиссера. Любопытная такая героиня, которая ходит в бигуди, распевая «Я кукарача», и лупит своего взрослого парня. С удовольствием снялась в этой картине, поблагодарив молодого человека за доверие (улыбается).

Сейчас я играю еще одну роль, самую важную – Наталью Сергеевну Бондарчук. Меня часто приглашают на телевидение. В последнее время выходит много фильмов и передач про меня, про мою маму. Я к таким проектам отношусь как к работе. Недавно, например, стала героиней программы «Судьба человека» с ведущим Борисом Корчевниковым. Перед отъездом на «Бронзовый витязь» Первый канал предложил сделать большую передачу обо мне. Скорее всего, соглашусь. Потому что через программу я могу выразить свое мнение. А оно у меня всегда острое. Один человек на Первом канале рассказал, что у меня в кулуарах есть кликуха – «Мать мира». Если нужно кого-то защищать на программе, всегда приглашают меня. Но я круг тем сразу ограничила, сказав, что не буду принимать участие в генетических разборках и прочих скандальных историях. Мне это не интересно. Если же речь на программе будет идти о кинематографе, если нужно защищать права женщин или детей, это пожалуйста.

Опасная конфетка

– Есть режиссеры, с которыми вам было бы любопытно поработать как актрисе?

– Интересных режиссеров сегодня вообще мало. Чтобы посчитать их, хватит пальцев рук – на ногах уже считать не придется. К сожалению, у нас сейчас нет национального кинематографа. Кто бы и что вам ни говорил и какие бы фестивали у нас ни проводились. На памятном съезде кинематографистов, когда гнобили моего отца, унижали Наумова, Ростоцкого и тех, кто хоть что-то достойное сделал в кино, папа предсказал две вещи. Это распад Советского Союза и падение культуры. Что, увы, и произошло. Те немногочисленные хорошие фильмы, которые появляются, зачастую никто не видит, кроме участников фестивалей. Потому что нет налаженного проката. Мы выпустили джинна – американский кинематограф – из бутылки, и загнать его назад уже невозможно. А отечественных фильмов, хоть как-то соответствующих уровню американского кино, крайне мало. И на их производство нужны колоссальные деньги. Европейский бюджет, например, начинается с 7–9 миллионов евро. А у нас поддержка национального кинематографа через Минкульт – 50 миллионов рублей.

– Случается, что, переключая каналы, вы увидели какой-то фильм, сериал и задержались у телевизора?

– Довольно часто. Очень хорошие сериалы бывают на Первом канале и на «России». Когда попадаются такие, всегда смотрю их с удовольствием. Особенно те, что снимает мой двоюродный брат Андрей Малюков, режиссер фильмов «Мы из будущего», «Григорий Р.» (улыбается). Некоторые зрители говорят: «Как же надоели бесконечные сериалы!» Они не понимают одного: эти самые сериалы отражают нашу сегодняшнюю жизнь. Чего не скажешь про такие фильмы, как, например, «Последний богатырь». Хотя картина замечательная в техническом плане, с прекрасными актерскими работами. Меня в нем не устраивает как маму только одно – перевертыш. Когда богатыри негативные, а Бабка-ежка, Кощей, Водяной – позитивные ребята. Это опасно для детского возраста. Взрослые, посмотрев этот фильм, все поймут и посмеются, а дети воспримут буквально. Есть риск получить конфетку в красивой обертке с очень горькой начинкой.

– Госзаказ в кино допустим?

– Почему бы и нет. Все американские фильмы – госзаказ. Американцы свой патриотизм поставляют нам в неограниченном количестве. В их картинах всегда есть солдат, спасающий мир, немного сумасшедший профессор и темнокожий парень. Это пропаганда американских ценностей. Если вы просмотрите 50–60 фильмов, обязательно это увидите. В нашем кинематографе ничего подобного нет. Поэтому я безумно рада появлению таких фильмов, как «Салют-7», отражающих нашу историю. Очень понравилось «Притяжение». После предпремьерного показа продюсер спросил моего внука Никиту, о чем фильм. Он ответил: «О том, что есть вещи более важные, чем бессмертие. Это любовь».

С интересом смотрю фильмы Звягинцева. Мы познакомились с ним несколько лет назад на Каннском кинофестивале, и я тогда предрекла Андрею, что он займет совершенно особое место в нашем кинематографе. У Звягинцева своеобразные фильмы, которые больше поддерживаются европейским зрителем. Потому что они имеют оттенок сопротивления нашей действительности.

– Кино должно не только тянуть зрителей к идеалам, но иногда и делать больно?

– Конечно. Чем интересен Достоевский? Он опускает человека на дно жизни, но потом обязательно поднимает наверх. Я против того, чтобы погружать человека в бездну и не выводить его потом к свету. Это говорит о бессилии художника. Значит, он не понимает, что главное в искусстве – катарсис. Достоевский понимал. Говоря про проституцию, он говорил и про любовь. Не существует запрещенных тем в искусстве. И слава Богу. Как режиссер ты можешь браться за любую тему. Можешь загонять героя на какое угодно дно. Но не забудь и про возвышение души человека.

Автор: Елена Маркина
Фото: Валентина Половникова

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги:
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 1 = 1