18.05.2018

Не вынесло Львиное сердце

Статей на сайте: 16189

 

Одна за другой в минувшее воскресенье посыпались сообщения: «Печальная новость…», «Умер Лев Викторович…».

Это очень тяжело – хоронить близких. Хотя и здесь судьба подстелила мне соломку в виде Таиланда. Я не увижу это вечно улыбающееся и доброе лицо на погосте. Для меня он останется вечно живым Левой Дроздовым.

Именно тайско-буддистское мироощущение позволит мне сегодня говорить о нем преимущественно без слез. Уверена, что Лев Викторович не желал бы, чтобы вокруг него рыдали. Он предпочел бы именно такую – мажорную – ноту повествования, ведь это он, Дроздов, с площадок Дворца зрелищ и спорта нес людям радость. Человек-цирк, человек-Лев. Со звериной хваткой удачливого бизнесмена, с мягкими теплыми объятиями друга. Ему, как никому другому, подходило это имя.

 

 

Мы с тобой одной крови

Свидетелем нашей первой в жизни встречи стал редактор «Томского вестника» Виктор Нилов. Я слегка напортачила в заметке про Дворец спорта, и сам директор пришел с разборками в кабинет к Нилову. В знак признания досадной оплошности я раздобыла бутылку мартини (выведала пристрастия), закатала ее в ту самую злосчастную газету и со словами извинения протянула Дроздову. Он аж задохнулся от негодования:

– Извинения от женщин принимаю, бутылку – нет, – и пригласил на мировую.

Ну, надо уметь красиво зализывать раны врага. И вот вечером мы сидим за столиком в ресторане. Обстановка напряженная, обида еще свежа. И вдруг в каком-то контексте всплывает, что у Дроздова четвертая отрицательная – самая редкая группа крови! Как у меня. Мы оба впервые в жизни встречаем такого носителя. Можете представить картину – парочка в центре зала изучает паспорта друг друга (на последней странице ставили штамп с группой крови).

Это важно было – знать, что есть друг, который в случае ЧП напузырит тебе из вен литр редчайшей крови, спасет жизнь. Да Лева бы и больше отдал!

 

Приходите к нам на ярмарку

…Лев Викторович стал пионером-первопроходцем в деле переоборудования Дворца спорта в торговый центр. С горсткой единомышленников, поверивших в его сумасшедшую идею, разгребал авгиевы конюшни, сам вытаскивал оборудование из зала, где-то раздобыл и установил в ряд столы. Наутро встали к импровизированным прилавкам первые продавцы. И он еще много лет помнил, как зашел в торговый зал тот первый покупатель, что клюнул на вывеску «Торговая ярмарка». А потом их были сотни, тысячи тысяч… Именно эта идея, которую потом тысячу раз ставили в вину директору, дала нашему Дворцу вторую жизнь в лихие девяностые.

Уже через пару месяцев погасили долги за воду и электричество, начали в здании ремонт, который с тех пор не прекращался – хозяйство-то ого-го! А самое главное – дали сотни рабочих мест томичам, которым в те времена нечего было есть.

Меня потрясли тихие, никому не заметные хозяйственные хлопоты. В огромном здании Дворца столько стеклянных окон, что они находятся в процессе перманентной помывки. Начинают справа налево против часовой стрелки, и когда мойщики стекол доходят до конца, то первые уже загрязнились – пора начинать сначала. Лев с завязанными глазами мог обойти весь Дворец и не спотк­нуться. Он был не просто посаженный хозяин Дворца, он служил ему как чернорабочий, как трудоголик, как верный слуга.

 

Товарищи ученые, доценты с кандидатами

До сих пор вспоминаю материал про ночную жизнь Дворца после концерта. Мало кто знает, что Дворец-трансформер – это тоже гениальная идея Дроздова. Ноу-хау! Как только съезжает цирк, покидают гримерку «Любэ» или Валерия, на вахту заступают наши томские ученые. Они убирают тысячу зрительских кресел и возвращают на место торговые ряды. Именно в той последовательности, в какой те стояли накануне. В интервью, которое мне известный в Томске доцент давал на условиях анонимности, прозвучали слова как в фильме «Москва слезам не верит»:

 – Своей кандидатской я на 90% обязан Льву Викторовичу.

Эта подработка позволила десяткам мужчин не бросать научную деятельность в период безденежья, а остаться на кафедрах, прокормить семью.

 

Перо приравнять к мячу

Уход Льва – жуткая утрата не только для Томска, для Дворца. Это настоящая трагедия для волейбольного клуба «Томичка». Он был финансовым магнатом и фанатом своего клуба. Я, конечно, утрирую, но… если бы Лева любил футбол, у «Томи» была бы совсем другая судьба.

Лев Викторович Дроздов – судья международной категории в своем виде спорта. Он даже квартирный вопрос своим воспитанницам помогал решать. Они доверяли ему слезы-сопли своей несчастной любви, любой помощи могли попросить.

И женой его стала волейболистка. Ни одна женщина, кроме влюбленной в этот вид спорта, не вынесла бы столько волейбола в одни уши. Я б точно застрелилась. А с Наташей у них получилось полное волейбольное взаимопонимание.

 

Он – из Дворца. Она – Императрица

Рассказ про Льва Викторовича был бы неполным, он бы даже, наверное, слегка обиделся, если б я не сказала, как он любил красивых женщин. Умел ухаживать. Был неистово щедр.

Как-то Лев Викторович, отбыв по делам в один из сибирских городов, попал на концерт Аллегровой. И надо ж было такому случиться: молодая тогда еще певица, слишком близко подойдя к краю (высокой!) сцены, не удержалась и рухнула вниз. Прямо в руки Дроздова!

Она только слегка ушибла ногу, но тут же встала и продолжила петь. То есть наш Лев Викторович спас жизнь популярной певице. С тех пор у них завязалась крепкая дружба. И в конце девяностых Лев Дроздов даже выпустил календарь, где на оборотной стороне численника – их совместный портрет.

Где-то в столице, узнав про Дроздова печальную весть, тихо всплакнет Императрица…

 

 

Рубаха-парень

Когда в первый раз приезжал в Томск с концертом Игорь Губерман, в сопровождение ему выделили мою коллегу Ларису Недоговорову. Лара ко мне – как передвигаться по городу будем? Я – к Дроздову, и он выделил нам рафик. По тем временам это был царский жест. А вечером после концерта огромной толпой собрались у Льва Викторовича в бане, которая, несмотря на название, слыла больше местом для приемов. Там перемылись почти все артисты России.

И директор накрыл стол с традиционной щедростью и угощал со всей широтой сибирской души не только Губермана, но и всех, кого мы собрали по городу: народный Киржеманов, томские художники, гастролеры Стоянов и Олейников…

Был настолько теплый, душевный вечер, какой обыкновенно умел создать хозяин, что знаменитый автор гариков растрогался и предложил Льву обменяться рубахами…

 

По ком звонит колокол?

Мало кто знает, да он и не афишировал это особо никогда, что в Спасском храме на колоколах выбито его имя как мецената.

Если надумаю отдать дань памяти Льву Дроздову, на кладбище не поеду. Отправлюсь на службу в его любимый храм, послушаю, по ком звонит Левин колокол…

 

*  *  *

Коллектив еженедельника «Томские новости» приносит искреннее соболезнование родным и близким Льва Викторовича Дроздова. Этот светлый человек навсегда останется в памяти тех, с кем он дружил и работал.

Светлана Шерстобоева

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги:
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

+ 83 = 92