Непокоренные: Девять лет на чужбине

Судьба Дмитрия Александрова вполне могла бы стать сюжетом для фильма: столько в ней неожиданных и крутых поворотов. Дмитрий Иванович родился в 1926 году в большой рабочей семье. Его отец работал на знаменитом Путиловском заводе, затем семья, где было пятеро детей, переехала в Петергоф. Там Дмитрий пошел в школу, весной 1941 года закончил шесть классов.

Когда грянула Великая Отечественная, Дмитрия и его однокашников вместе со взрослыми отправили рыть противотанковые рвы, строить укрепления на подступах к Петергофу. В один из дней их команда попала под бомбежку, многих убило на месте, остальные разбежались. Дмитрий решил пробираться в родной город лесами (дороги уже были заняты фашистами). Спустя несколько недель подростка обнаружил вражеский патруль. Его отправили в Гостилицы, где разместилась немецкая часть. В бывшем барском доме квартировал штаб, а в свинарнике содержались пленные: раненые бойцы Красной Армии, жители близлежащих деревень. Еды не давали – только воду. Каждое утро из свинарника выносили трупы умерших за ночь. Дмитрию удалось сбежать, забравшись в кузов грузовой машины, она шла в Гдов. Из машины беглец смог выбраться незамеченным. Но город был уже занят немцами, и паренька, скрывавшегося среди развалин, снова взяли в плен. Погрузили в товарный эшелон и отправили в неизвестность. Путь продолжался почти две недели. Когда измученных людей выпустили из вагонов, их встретила бравурная музыка: в тот день, 20 апреля1942-го, Германия отмечала день рождения фюрера. Это был концлагерь возле города Ульма в Юго-Западной Германии.

Всех прибывших отправили на медосмотр: после него одним выдали желтые восковые цветочки, другим – голубые. На выходе из помещения стоял солдат и направлял поток людей: с желтыми карточками налево, с голубыми – направо. Тех, кого увели налево, больше никто не видел, их ждал крематорий. Черный дым из его труб валил круглосуточно. Из тех, кого немцы сочли пригодными к работе, формировались бригады, отправлявшиеся затем в другие лагеря и на военные предприятия. Так Дмитрий попал

на один из заводов концерна «Майбах», где выпускались двигатели военных машин.

Пленные выполняли самую простую и грязную работу: убирали цеха, сколачивали тару, грузили тяжелые ящики в вагоны. Жили узники в бараках. Паек на день состоял из куска хлеба на мякине и порции вареной капусты. За малейшую провинность, да и просто так, надзиратели жестоко избивали пленных. Дмитрий проработал на заводе три года, пока зимой 1945-го невольников не освободила французская армия.

Следователь СМЕРШа честно сказал парню, что домой тому лучше сейчас не возвращаться, может попасть в лагеря. И предложил остаться в армии, где Дмитрий и провел следующие пять лет. Добраться до родного Петергофа у него получилось лишь в 1950-м. Вместо отчего дома увидел развалины. Навел справки у соседей, направил запросы – удалось выяснить, что его брат Александр погиб на фронте, родители умерли, сестры пропали без вести. Возвращаться было некуда и не к кому, поэтому Дмитрий отправился в Среднюю Азию. 20 лет проработал медеплавильщиком на Алмалыкском металлургическом комбинате, стал заслуженным металлургом Узбекистана. В 1994-м переехал в Томск, где жили его дочери.

Как признается, восстановил семью: пятеро детей было у его родителей – и столько же наследников у самого Дмитрия Ивановича. Богат он и внуками. Все уже выросли, получили образование. Такой вот почти киношный хеппи-энд у непростой жизненной истории Дмитрия Александрова.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *