966213749

В воскресенье на Сибирском химическом комбинате что-то случилось. Почему-то именно в таком виде многие томичи передавали информацию о происшествии на СХК друг другу, предупреждая о необходимости закрыть все двери, окна и форточки. А еще лучше – спрятаться под одеяло и быстренько соорудить вокруг себя небольшой бетонный бункер. На самом деле «авария» оказалась несчастным случаем (первым за два года) с работником предприятия, который получил сильные ожоги. Радиационная обстановка никак не изменилась, и опасности как для томичей, так и для северчан не было ровным счетом никакой. Об этом СХК сообщил через три часа после инцидента.

Тимур Суховейко

Паника продолжилась и в понедельник. Чтобы успокоить народ, СХК в спешном порядке устроил пресс-конференцию, на которой гендиректор предприя­тия Сергей Точилин рассказал, как и что произошло. «ТН» приводит хронологию событий.

15.36. При выполнении привычной технической операции (за 2014 год она выполнялась около 900 раз) на установке по производству топлива из нитрида обедненного урана для экспериментальных реакторов про­изошла разгерметизация одной из емкостей. Продукт, который в ней находился, при взаимодействии с кислородом способен самовозгораться, что и произошло. Площадь возгорания составила всего несколько квадратных метров, а потух огонь самостоятельно.

15.37. Единственному пострадавшему вызвали скорую помощь.

16.00. Врачи приехали на место происшествия.

16.15. Пострадавшего доставили в фельдшерский пункт завода, врачи оказали ему первую помощь и отправили в ожоговый центр ОКБ.

18.34. На сайте СХК появилась официальная информация о несчастном случае с работником и о том, что ситуация не представляет опасности для населения. В это время социальные сети и форумы уже пестрили высказываниями, содержание которых сводилось к одной мысли: Томск и Северск в опасности.

Несмотря на то что официальное сообщение химкомбината продублировали множество СМИ, до многих доходили только слухи. К примеру, Дмитрий Т. в 00.27 написал в социальной сети «ВКонтакте»: «Друзья, в воскресенье на 25-м объекте СХК произошел выброс опасных химвеществ, облако сейчас над Томском, закройте все окна!!!»

В понедельник губернатор Томской области Сергей Жвачкин поручил проверить порядок информирования об инциденте на химкомбинате.

– Недопустимо, что СХК дал официальную информацию только через несколько часов после случившегося, – считает губернатор. – Да, это несчастный случай, ничто не угрожало безопасности жителей области, но люди должны узнавать об этом раньше, учитывая, что речь идет о ядерном производстве.

Следственный комитет возбудил дело по факту нарушения правил охраны труда на территории химико-металлургического завода, где и произошел несчастный случай.

Единственному пострадавшему в результате инцидента сотруднику СХК Денису Захарову 31 год, он женат, воспитывает сына. На СХК Захаров с 2010 года, однако до начала 2015 года работал на другом участке. От возгорания он получил сильные ожоги, по разным оценкам, до 80% поверхности тела. Уже в понедельник его спецбортом ФМБА отправили в Москву в Федеральный биофизический центр им. Бурназяна. Сейчас Денис находится в реанимации в стабильно тяжелом состоянии, но в сознании. Руководители СХК пообещали оказать пострадавшему всю необходимую помощь.

Материального ущерба нет вовсе: по словам Точилина, пострадала только тележка, на которой перевозили емкость с загоревшимся впоследствии продуктом.

Не глотайте йод

Юрий Лирмак, кандидат физико-математических наук, автор книги «Как выжить в Томской области»:

– Причина массовой истерии, которая случилась в городе после сообщения об инциденте на СХК, – безграмотность населения в вопросах ядерной безопасности. Причины тому две. С одной стороны, нулевая просветительская работа, а с другой – нежелание самих людей озаботиться этим вопросом. Все-таки сегодня есть Интернет, где все подробно и обстоятельно написано. Вот и получается, что народ фантазирует: накручивают друг друга на тему «мы все умрем от облучения», бросаются глотать йод и так далее. В то время как единственное, что нужно было сделать томичам и северчанам в то воскресенье, – закрыть все окна, форточки и ждать официальной информации о том, что произошло, а уже потом действовать.

Люди возбуждаются от информации о незначительном инциденте, а реальных угроз не замечают. Таких, например, как регулярная перевозка опасных веществ по единственной железнодорожной ветке, расположенной рядом с жилыми домами. Или возможное попадание радионуклидов в водоносные горизонты из мест закачки отходов. Вероятность таких событий мала, но отсутствие гражданского общества не позволяет их обсудить с экспертным сообществом. Пока что самой большой катастрофой была бы паника и ее последствия.

Несколько лет назад у меня вышла книга «Как выжить в Томской области», посвященная как раз проблеме ядерной безопасности и гражданской обороны. При обращении ко мне руководителей предприятий готов подарить экземпляр.

Спокойствие, только спокойствие

Волнения людей после ЧП вполне нормальное явление

Ирина Ниганова

Корреспондент «ТН» решила лично удостовериться в том, о чем шумели социальные сети: дескать, жители закрытого города, знающие больше об аварии, начали целыми семьями спешно эвакуироваться из Северска. Однако никакого столпотворения ни на центральном КПП, ни на новом мосту через Томь, где якобы образовалась пробка из «беженцев», «Томские новости» после обеда в воскресенье не обнаружили.

Профессор кафедры геоэкологии и геохимии ТПУ Леонид Рихванов, откровенно осуждая некомпетентных паникеров, все же считает, что страхи людей вполне оправданны. На СХК находится потенциально опасное ядерное производство, о работе которого большинству населения ничего не известно. Информация о деятельности того или иного завода комбината закрыта. А чем больше закрытости, тем больше слухов и страхов.

– В день, когда произошел несчастный случай с рабочим СХК, официальная информация появилась спустя несколько часов, да и та была крайне скупа. По моему мнению, это недопустимо. Руководство комбината обязано давать больше информации, чтобы успокоить население. У нас же получилось так: в половине четвертого произошло ЧП. Губернатор об этом узнал через три часа, когда социальные сети были переполнены разного рода домыслами. Я разделяю возмущение Сергея Жвачкина, который справедливо упрекнул руководство СХК в закрытости и несвоевременном сообщении о произошедшем. Кстати, в 1993 году, когда случилась серьезная авария на комбинате, руководство действовало также скрытно. Тогдашний глава региона Виктор Кресс о «хлопке» узнал ближе к вечеру, а взрыв произошел в обед. Вообще тогда и СМИ не сразу среагировали. Сейчас же все официальные СМИ дали истинную оперативную информацию. Губернатор поблагодарил всех журналистов за скорость и профессионализм.

Что же касается самой аварии: серьезной экологической опасности нет. Поскольку, по всей вероятности, в разгерметизировавшейся емкости не было опасного плутония. По данным СХК, там находился нитрид урана – соединение, которое используется при формировании металлического урана. Само по себе вещество неопасно, большой экологической проблемы не создаст, – рассказал Леонид Рихванов.

Профессор добавил, что менеджерам госкорпорации «ТВЭЛ» и СХК совместно с властями региона необходимо очень внимательно подходить к вопросам размещения на предприятии новых производств и объектов. К примеру, БРЕСТ-300 – реактор на быстрых нейтронах – проект экспериментальный, и неизвестно, как себя поведет. Прежде чем строить подобные объекты в Северске, властям нужно подумать о безопасности людей и эвакуационных путях. Второй мост через Томь после хлопка 1993 года появился во многом благодаря тогдашнему инциденту, а вот второй железнодорожной ветки, строительство которой было запланировано прежде всего по соображениям безопасности населения, так и нет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

36 + = 44