Каким остался в памяти директор совхоза Ремберт Палосон

Удивительная судьба у этого человека! В Сибири он оказался не по своей воле, но не затаил в себе обиду, не озлобился, всю жизнь честно трудился, всякой работе отдавал свою душу. Начав свой сельский путь трактористом, он дорос до руководителя крупного предприятия и 30 лет успешно директорствовал в Коломинских Гривах.

Детство

Рэмберт Эльмарович Палосон родился 18 сентября 1932 года в семье сельских жителей (служащих) в эстонском селе. Отец – выпускник-юрист Тартуского университета, служил секретарем волости. После включения Эстонии в состав СССР в 1941 году семья Палосонов была репрессирована. Отца арестовали, а юный Ремберт с матерью оказались в Сибири. Местом их пристанища стало село Васильевка.

Рэмберт Эльмарович так рассказывал о том времени: «Летом шел работать в колхоз не по принуждению, а, представьте, добровольно. Потому что на культстане нас кормили. И выжили мы в военные годы только потому, что жители Васильевки помогали чем могли». Когда закончилась война, ему было 13 лет, и с этого времени начинается его трудовая жизнь – время взросления и становления. Он устраивается работником местного колхоза «Путь Ильича» Чаинского района.

В 1950 году по решению правления колхоза его направляют на курсы трактористов при Коломинской МТС. Там отмечают его огромное трудолюбие и аккуратность во всем. Он становится зрелым юношей – вступает в ряды ВЛКСМ и по возвращении в хозяйство трудится с еще большим усердием. Спустя два года, отмечая старательность и несомненные способности парня, колхоз направляет его для получения специальности в Колпашевское училище механизации сельского хозяйства, где он получает профессию тракториста-машиниста. В последующем жизнь так закрутит его, что оторваться от дел не будет никакой возможности, но он заочно сумеет окончить Колпашевский сельскохозяйственный техникум, где получит специальность агронома, а затем без отрыва от производства факультет управленцев в Новосибирском сельхозинституте.

Карьера удалась

В 1957 году Ремберт Палосон вступает в партию. По тем временам это было событием неординарным. Но Чаинский райком партии не прогадал. Дальнейшая судьба Ремберта Палосона подтвердила это решение. Его назначают инструктором райкома ВЛКСМ по Коломинской зоне. Однако Палосон не стремится воспользоваться этой возможностью и в числе первых откликается на призыв «Коммунисты на село!». В 1968 году возвращается в родную Васильевку бригадиром тракторно-полеводческой бригады и заместителем председателя колхоза «Путь Ильича». Но в этой должности остается недолго.

Это было время крупных перемен в сельском хозяйстве. И колхоз «Путь Ильича» в числе других включают в состав совхоза «Коломинский», а управляющим коломиногривского отделения назначают Палосона. А уже в 1966 году райком партии направляет его председателем колхоза им. Ленина в село Усть-Бакчар. Здесь он проявил себя в полной мере.

За четыре года его руководства колхоз добился значительных успехов. Уже через год колхоз собрал хороший урожай зерновых, поправились дела и на фермах. Чистая прибыль составила 360 тыс. рублей – по тому времени огромная сумма. Поистине героические усилия Палосона были достойно оценены, он получил высокую награду – орден Ленина. Но еще большей наградой стало для него признание колхозников. Когда Палосону предложили новое назначение – директором совхоза «Коломинский», устьбакчарцы не хотели его отпускать. Но, как человек дисциплинированный, он подчинился решению.

Своя перестройка

Возглавив в начале 1970-х сов­хоз, образованный из шести отстающих колхозов, Палосон начал с коренной перестройки системы управления. Но подход был уже несколько иной. Разбросанные на обширной территории слабые, но многоотраслевые хозяйства занимались всем, но мало что у них получалось. Вместо этой «всеядности» Палосон ввел внутрихозяйственную специализацию. Каждое отделение, то есть бывший колхоз, стало заниматься строго определенным делом. Одни – производством молока, другие – мяса, третьи – выращиванием молодняка. Одновременно внедрялись новые технологии и машины, проводилась реконструкция всего и вся. Годы застоя в стране для совхоза стали годами бурного развития. Палосон первым в районе и на севере области внедрил в практику промышленную технологию молочного производства.

При нем совхоз, включающий в себя такие крупные села, как Коломинские Гривы, Леботер, Чемондаевка, Ермиловка, был, по сути, заново отстроен. Хозяйство, крупнейшее на севере области, добивалось наивысшей продуктивности молочного стада, умело используя преимущества внутрихозяйственной специализации. Продуктивность стада выросла раза в полтора, число доярок сократилось вдвое, но молока они стали получать в три-четыре раза больше.

У предприятия была основательная база – большой и сплоченный коллектив, более 20 тыс. га сельхозугодий, три мощных молочных комплекса, в которых стояло около 6 тыс. голов скота, репродукторная ферма, свинарник, гараж с хорошо оснащенными мастерскими, орошае­мое пастбище, полевые станы, летние дойки на лугах и дома животноводов. А затем появились еще благоустроенные многоэтажки, школа, Дом культуры, стадион… В то время такие объемы производства и строительства на северной земле даже трудно вообразить. И всем этим огромным хозяйством надо было управлять денно и нощно. И Палосон управлял – четко, умело, аккуратно.

Ремберт Эльмарович Палосон оставил огромный след в истории Томской области и светлую память о себе. Вежливый, деликатный, интеллигентный, он с одинаковым уважением говорил и с высоким начальством, и с людьми труда. Обладатель многих высоких наград, он никогда не позволял себе высокомерия и был удивительно скромным.

Сергей Жвачкин, губернатор Томской области

Секрет руководства

Как он руководил? Ответ на этот вопрос дал талантливый томский журналист Александр Соловьев, который с большим пиететом относился к Палосону, не раз встречался с ним, написал о нем книгу.

«…Суть его директорского таланта состоит, пожалуй, в умении работать с людьми и ради людей, – писал журналист. – А что может быть выше этого? Отсюда и небоязнь пойти на хозяйственный риск, и предельная самоотдача. И – мужество. Нет, не показное, не картинное, а житейское, будничное. И в таком режиме он работал десятки лет».

Желаемые успехи пришли, разу­меется, не вдруг и не легко. Он был требовательным, но на него не жаловались. Все видели, что он сам работает не жалея себя. И не криком берет, не приказами, а убедительностью своих решений, силой духа, директорским обаянием. Своим авторитетом он не подавлял, а поднимал людей.

Дорога в гору

Если проследить жизненный путь Палосона, то в нем нет особых взлетов, а вот рост – постоянный. И он привел к высшей государственной оценке его труда – званию Героя Социалистического Труда, полученному в 1986 году. Но и после этого награждения он продолжал закреплять успехи хозяйства и добиваться роста производственных показателей. Особенно удачным оказался 1988 год. С рекордной продуктивностью в 3 901 килограмм завершили год коломиногривские животноводы. По 3 887 килограммов от коровы получили чемондаевцы, по 3 824 – леботерцы.

Сам же он считал, что наряду с производственными показателями должны улучшаться социальные условия селян. Когда его выдвинули кандидатом в депутаты райсовета, он в своей предвыборной программе писал: «Необходимо добиваться решительного устранения преимущества в социальном обустройстве, которые имеют горожане перед сельскими жителями. Внимание, практическая помощь селу – вот ключ к решению продовольственной проблемы…»

Как прорицательный хозяйственник, он смотрел далеко вперед и не переставал доказывать, что надо не на словах, а на деле осуществить переход к само­управлению предприятий, их перевод на действительный хозрасчет и самофинансирование. «Для села это крайне важно, – утверждал он. – Если мы хотим в ближайшее время дать людям необходимое продовольствие, то для этого надо прежде всего развязать руки крестьянину для инициативы, хозяйской самостоятельности, по достоинству оценить его тяжкий труд».

Депутатом райсовета Ремберт Эльмарович Палосон в последующем избирался не раз. А вот реальным тормозом стала та неразбериха, которая началась в 1990-х под именем «перестройка». Для ясности Палосон обозначил свою позицию: «Реформы начались не так, как надо, разрушая все до основания. Не секрет, что во многих хозяйствах области был создан мощный производственный потенциал, в том числе и в нашем хозяйстве. Вот и надо было его развивать, увеличивать производство, внедрять современные технологии, выводя в целом товаропроизводителей на мировой уровень».

Хозяйская хватка выручила Палосона и тогда, когда всюду все началось разваливаться и многие хозяйства уже оказались на боку. В силу объективных причин он снизил объемы производства, но сохранил потенциал. Потому что еще накануне предпринял ряд эффективных мер. Был выбракован малопродуктивный скот, сокращены расходы. Кредитов хозяйство не брало. Поэтому удалось выплачивать зарплату, сохранить социальный пакет, который считался второй зарплатой.

В Томск, в Томск…

Непомерная нагрузка сказалась на здоровье Палосона, и он предпринял непростое для себя решение – переехать в Томск. Это были мучительные дни сомнений. Но рядом с ним неизменно была жена, Феодосья Федоровна, прекрасные дети – сын и дочь, которые поддержали его. Переезд состоялся…

Похоронен Рембарт Эльмарович в Томске. Но в Коломинских Гривах помнят его, как родного. Об этом хорошо написал Александр Соловьев, которого уже тоже нет с нами: «Мне порой представляется, что никуда он с берегов Чаи не уезжал. Когда я снова был в Подгорном, это ощущение снова ожило: и глава района, и другие сельские руководители говорили о Палосоне так, будто он где-то рядом. Обая­ние его личности и его директорский опыт не утратили своей притягательной силы. Было такое чувство, что стоит лишь свернуть с большака к Коломенским Гривам или к Леботеру – и обязательно встретишься с ним…»

Автор: Нина Губская

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

49 − = 48