Школа

О доске, мокрой тряпке и ОПТ

 

Евгения Спиридонова, сотрудник благотворительного фонда
Евгения Спиридонова, сотрудник благотворительного фонда

-Услышала по радио: слушательница упрекала администрацию своей школы за то, что ее дочь заставили вытереть во время урока доску от мела. Это, по мнению мамы, недопустимо. Она намерена запретить своему чаду впредь брать тряпку в руки.

Возможно, такая острая реакция вызвана известием о новой инициативе министра Минобр­науки Ольги Васильевой. Она намерена вернуть в школы уроки общественно-полезного труда (ОПТ). Многие помнят, что в советское время была такая дисциплина. К труду приучали с младших классов. Вроде факультативное время, но урок был для всех обязательным: ученики убирали закрепленный участок в здании или на территории школы. Бывало и на прополку в село посылали, а то и на уборку картошки. Денег за работу не платили, но, согласитесь, пользы от ОПТ было больше, чем вреда. В 1990-х годах в экстазе реформирования «вся и всего» эти уроки посчитали частью идеологии и не просто выбросили из школьного плана, а даже запретили отдельной статьей Закона «Об образовании».

С тех пор в школе почти нелегально остались только элементы самообслуживания: дежурство по классу – доску помыть да стулья после уроков поставить на столы. Но почему нет? Допускаю, что вернуть ОПТ в советском формате трудно, ведь время расставило другие акценты: после уроков ребятишки идут не домой, а на дополнительные занятия. Пол ученикам мыть не стоит – это качественно может сделать только взрослый, а ведь от чистоты зависит здоровье учеников. Но разве учитель должен после каждого ученика стирать мел с доски? Написал – сотри за собой. Это же становление личностных человеческих качеств, воспитание коллективизма.

Есть ли сейчас проблема тотального отторжения детьми общественного труда? В принципе, нет. Учителя, несмотря на отсутствие урока ОПТ, воспитывают в детях должное отношение к труду и патриотизм: это наша школа, наш город, наша страна. Разве кто-нибудь видел грязные школы, неухоженные пришкольные участки? Но бывает такое, что родители категорически против участия своих детей в ремонтных работах: собрали деньги и умыли руки. Может, мама этой девочки из таких?

Введение хорошо забытого старого предмета может вызвать кривотолки среди некоторых учителей и родителей. Если ОПТ будет насаждаться сверху, то может возникнуть отторжение. Да, труд детей не может быть обязательным, но он обязан быть! Любая принудиловка опошляет принципы воспитания.

Лучше не торопиться и оставить все как есть. Совестливых и ответственных учителей еще много, они все организуют по мере возможности. Главное – прозорливым директорам не забывать эти процессы поощрять и стимулировать. А там, глядишь, и новые стандарты подоспеют, а с ними и внятная общественная позиция. В противном случае любое нововведение в школе будет общественно бесполезным.

Общество

О праве на «окно жизни»

Ольга Железнова, офисный работник
Ольга Железнова, офисный работник

-Правительство поддержало законопроект сенатора Елены Мизулиной, запрещающий создание беби-боксов для анонимного оставления новорожденных детей и предусматривающий штрафы до 5 млн рублей. Эта новость уже вызвала нешуточный резонанс. В основу законопроекта положен мотив: установка беби-боксов поощряет отказы от новорожденных, а также создает иллюзию легкого и гуманного решения проблемы. Мне это объяснение от начала и до конца кажется сомнительным.

На мой взгляд (взгляд матери и бабушки), посыл на 90% не верен, он не учитывает многих реальных факторов. Жизнь всегда шире не только законов, но и некоторых принципов морали. Я считаю, подобные устройства должны быть при роддомах по всей России.
Как шокируют время от времени новости о выброшенных на помойку и в выгребные ямы младенцах? Это ужасно и бесчеловечно. «Окно жизни» – шанс для спасения малыша. К тому же есть еще один момент, который почему-то не учитывается: усиливается вероятность воспитывать нормального ребенка у тех супружеских пар, которые лишены счастья родить собственного и живут в надежде на усыновление без особой огласки. Да и для матери-кукушки есть возможность вернуть свое чадо через несколько дней: дать право на короткую отсрочку, вдруг она одумается – материнский инстинкт пересилит желание избавиться от «лишнего» родного человечка.

Но есть и разумное зерно в законопроекте – как раз оставшиеся 10%. Адекватные люди, попадая в сложные ситуации, не должны зависеть от временных заблуждений. Иногда государство должно быть в качестве врача-хирурга: сделать больно, но при этом вылечить.

Складывается впечатление, что желание православной церкви запретить аборты (вначале вывести из системы ОМС) и правительственная поддержка ликвидации беби-боксов укладываются в одну жесткую запретительную практику – не оставлять некоторым женщинам шанса на выход из трудной ситуации. Но что тогда? Можно ли все мерить только экономикой и религиозным табуированием, исходящим из постулата «нельзя и все»? Аборт делать нельзя, оставить живого ребенка в беби-боксе для его дальнейшего призрения – нельзя. Куда теперь гражданке податься? Как это связать с гуманизмом и конституционными правами на жизнь и здоровье? Если за желанием Мизулиной, возможно, стоят определенные политические цели, то правительство всегда попутно думает о сокращении бюджетных расходов. Но не получится ли так, что у людей отнимают их права? Думаю, что у депутатов хватит благоразумия не принимать законопроект, запрещающий беби-боксы, потому что он античеловечный.

Среда обитания

Об атаке водочных лоббистов

Евгений Панов,
Евгений Панов, предприниматель

-Не успели в новой Государственной думе распределить портфели, как уже появились признаки начала очередной кампании. В этот раз – против запрета рекламы алкогольной продукции в СМИ, то есть за возращение темы в широкое медийное пространство.
Как известно, с 2012 года рек­лама алкоголя на ТВ и в газетах практически запрещена. Закон сработал, и эффект был получен быстро. Россия перестала быть одним из мировых лидеров по потреблению горячительных на душу населения. Народ стал выздоравливать. Надо радоваться. Но производителям винно-водочных изделий смертельно надоело обходить запреты и тусоваться на всю катушку только в соцсетях и YouTube. Благодаря их лоббированию в 2014 году в Закон о рекламе внесли исключения для пива и отечественного вина, наложив некоторые временные ограничения. Рекламу пива разрешили ставить в эфир с 23 до 7 часов.

Но процесс пошел дальше. Теперь, мотивируя, что запрет на рекламу дискриминирует товар в отношении других групп, не позволяет продвигать бренды и лишает отечественную продукцию конкурентоспособности перед импортными марками, предлагается вновь разрешить рекламировать в СМИ любой алкоголь. Проводят эту подрывную идею не какие-нибудь обезличенные «темные силы», а вполне добропорядочные ведомства, прямого отношения к «пищевке» как бы не имеющие. Например, один из крупных лоббистов рекламирования алкоголя – Минкомсвязи – свои интересы прикрывает якобы заботой о СМИ: дескать, чтобы те могли подзаработать на беленькой для стабильной работы. Что греха таить, конечно, СМИ на этом заработают. Но как быть с социумом, которой только-только стал привыкать к трезвости?

Нетрудно предположить, что будет дальше, если запрет отменят. Это тот самый случай, когда предложишь палец, а откусят руку. Каждый производитель имеет свои интересы. В России выпускается только водки около 5 тыс. наименований. Понятно, что не все эти бутылки заполнят эфир, продвигать свои марки будут только богатые бренды. Но качество рекламы, зрелищность будут находиться в прямой зависимости от затраченных на нее денег, а их у водочных королей как у дурака махорки. Лучшие креативщики и рекламщики своими шедеврами подвигнут народ, особенно молодежь, падкую на новизну и готовую к подвигам, еще активней раскошелиться на зеленый змий. И если сейчас в потребительской корзине каждого россиянина алкоголя под 20%, то после массированной рекламной атаки его количество явно увеличится. За что боролись тогда? За здоровье и духовность нации? К чему придем опять? К повальному спаиванию народа?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

75 − = 65