В этом учебном году из 16 именных стипендий мэрии Томска в номинации «Юные таланты» шесть (!) – у воспитанников детской школы искусств № 4. На месторождение талантов отправился взглянуть корреспондент «ТН».

Живем танцуя

– Меня часто спрашивают: «Как вы отбираете таких красивых детей?» – улыбается Лидия Антипина, директор МАУДО «Детская школа искусств № 4». – А никак не отбираем! К нам в первый хореографический приходят самые обыкновенные дети. Красивыми их делает танец. Недавно одна мама, сама выпускница 4-й общеобразовательной школы, привела к нам учиться сына-первоклассника. Я спрашиваю: «Почему?» А она отвечает: «Вы знаете, мы пока учились, так завидовали «гэшкам»! Вот и хочу, чтобы моему сыну тоже повезло у вас учиться».

Поветрие 80-х годов прошлого века, когда почти в каждой общеобразовательной школе организовывали школу искусств, сошло на нет довольно быстро, сделав в Томске одно-единственное исключение: для четвертой школы. Теперь в областном центре только здесь под одной крышей сотрудничают обычная школа и школа искусств.

– Я попала сюда почти случайно, – говорит Лидия Борисовна. – Привела сына-первоклассника в 1987 году. Тогдашний директор 4-й средней школы Эрика Яковлевна Гааг убедила меня поработать в школе искусств хореографом. Посмотрев, что я делаю как преподаватель с детьми в школе искусств, а потом побывав на концертном выступлении моего ансамбля по основному месту работы, сказала: «Хочу, чтобы у нас в школе это было».

В 1991 году Лидия Антипина стала директором школы искусств. Так и сотрудничают две школы и два директора под одной крышей уже больше 30 лет!

Несвобода лучше свободы

Вот уже 32 года подряд в четвертой общеобразовательной школе вместе с обычными первоклашками набирают один хореографический класс. По устоявшейся традиции – под литерой «Г». Помимо обычной школьной нагрузки у «гэшек» все 11 лет обучения есть вторая смена в детской школе искусств, где также работают отделения фортепиано, музыкального театра, народных инструментов, общего эстетического образования – для всех желающих четвертой школы, района и города. Эта модель интеграции школы искусств в обычную школу оказалась редкой, но на редкость продуктивной.

Два детских коллектива школы носят звание образцовых: уже четыре раза подтверждал это звание под руководством Лидии Антипиной хореографический ансамбль «Сибирский подснежник», а недавно стал образцовым вокальный ансамбль «Росинки», которым руководит Елена Фомина.

Только за последние три года обучающиеся школы сольно и в коллективах 36 раз становились лауреатами международных фестивалей и конкурсов, 10 раз побеждали на всероссийском уровне, а уж сколько завоевано региональных и муниципальных наград, со счету сбились.

– Конечно, это заслуга всего нашего педагогического коллектива, – констатирует Антипина. – Все 50 наших педагогов высшей или первой аттестационной категории, таланты и уникумы. Вы поймите, в обычную школу дети будут ходить все равно, а в нашу, только если им будет интересно. Поэтому я всегда говорю: в нашей школе дети – главные! Если они завтра к нам не придут, мы исчезнем.

– Может быть, дети к вам приходят как раз потому, что здесь есть какая-то свобода выбора, а в обычной школе нет? – спрашиваю.

– Свобода выбора, конечно, есть. Свободного времени мало. Это ведь очень большой труд и преодоление. Танцору нужно пройти через усилие, многократное повторение, боль и самодисциплину. Музыканту надо часами сидеть с инструментом: болят спина, руки, голова. Но наши дети принимают это как условие жизни и совместного творчества. Всегда говорю педагогам: вы можете поругать детей за дело, но сделайте это так, чтобы они ушли от вас довольные, счастливые и завтра пришли снова.

Мечта сбывается и не сбывается

В детстве, как многие советские девочки, Лидочка Мирош­ник мечтала стать балериной. Но в Томске учиться было негде: надо было уезжать в Новосибирск. Мама не отпустила.

– Может быть, я танцевала бы до сих пор, – смеется Лидия Антипина. – Но, скорее всего, перешла бы в балетмейстеры. Но жизнь сложилась как сложилась: я вышла замуж, родились дети, не жалею ни о чем. Но стараюсь, чтобы томские мальчики и девочки, если у них есть талант и призвание, нашли себя в высоком искусстве. Привозим «на смотрины» педагогов из санкт-петербургской Академии танца Бориса Эйфмана, сотрудничаем с Новосибирским государственным хореографическим училищем, Красноярским хореографическим колледжем. Отправляем учиться, убеждаем родителей отпустить детей продолжить обучение.

– Может быть, Сибирь просто не самое лучшее место для певцов и танцоров?

– Конечно, есть места и народы, предрасположенные к появлению великих певцов и танцоров, – не хочет соглашаться Антипина. – Недавно в Красноярск на фестиваль памяти Дмитрия Хворостовского приезжал лучший тенор мира Хуан Диего Флорес. Знаете, откуда он? Из Перу! Да и сам пример сибиряка Хворостовского говорит о том, что талант может быть в каждом ребенке, просто рядом с этим ребенком должна быть музыка. Даже если он не станет великим певцом или танцором, поверьте, музыка ему в жизни поможет. Недавно мой первый выпускник, сегодня руководитель юридического отдела крупного комбината, признался, что благодарен, что в его жизни была детская школа искусств с ее самодисциплиной, ответственностью, творческим подходом, преданностью делу, коллективизмом. Вот это для нас лучшая оценка работы!

Мы идем на поиски именных стипендиатов мэрии в коридор школы искусств. По сути, это одно крыло на первом этаже типовой квадратной советской школы на 1 тыс. мест.

– Мой кабинет – это часть бывшего коридора, а наши танцевальные классы были самыми обычными учебными классами. У меня парни-выпускники такие высокие! Когда над собой партнерш поднимают, я богу молюсь, чтобы никто не ударился о потолок.

Именные стипендиаты Алексей Редькин, Анастасия Дубовская, Виктория Демина и Юлианна Виноградова заходят в класс хореографии. Еще одна стипендиатка, Яна Ваганова, уже окончила школу и учится на «самом музыкальном» физическом факультете ТГУ. Еще одна стипендиатка Диана Страшко в это время поет в небольшом кабинете вокала вместе с «Росинками» Елены Фоминой.

– А вы разве никогда не мечтали построить отдельно свою школу? Такую, какой она вам видится? – спрашиваю напоследок у Лидии Антипиной.

– Я хорошо информированный оптимист, – отвечает директор. – Хотя, конечно, хочется построить школу со сценой, как в БКЗ, с залом хотя бы на 800 мест, с классами в 200 квадратных метров и потолками высотой 6 метров, хотя бы 4,5 метра…

Я замолкаю, понимая, что проект несбыточный. Но в голове Антипиной он на всякий случай просчитан.

Автор: Андрей Остров Фото: Евгений Тамбовцев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

59 − 58 =