Письмо читателя Алексея Пономарева о семье, памяти и отношении к 9 мая

Статей на сайте: 15191

9-maya_004

В очередной раз приезжаю издалека на Омскую землю. Подъезжаю к славящейся своими озерами Алаботе, машу рукой: «Привет, моя Родина!» Здесь мы, четверо детей Полины Николаевны и Алексея Николаевича Пономаревых, родились и выросли.

Подъезжаю к селу Андриановка, знаменитому своей рощей. Всегда останавливаюсь у скульптуры козочки, глажу ее: «Привет, козочка-красавица, ты украшаешь эти чудные места». Спасибо добрым людям, заботящимся о хрупкой фигурке.

Справа от въезда в Андриановку видны два холмика, здесь был дом семьи моей мамы с 1925 по 1957 год. В то время деревьев и кустарников вдоль дороги не было, и далеко видны были путники. Многих из них дом обогрел и на ночь приютил. И много новостей, рассказов, историй приносили эти люди.

Мою бабушку Феклу Яковлевну Вагину, 1903 года рождения, привезли на Омскую землю в 1905 году родители, потомки запорожских казаков с Украины. Феклу рано выдали замуж, родился сын Антон Рябоха, но муж начал выпивать и скандалить, ушла Фекла от него… Вскоре наладилась жизнь с Иваном Кухаренко из образованной и состоятельной семьи, родился сын Иван, но вскоре семью Кухаренко репрессировали.

Общительную, черноокую Феклу полюбил Николай Мальбовский, и родились у них четыре девочки: Поля (моя мама), Катя, Галя, Валя. А 7 августа 1941 года родился мальчик Степа.

22 августа Николай Мальбовский ушел на войну. Осталась Фекла с семью детьми. Антон и Иван уже работали в колхозе, а Поля осталась за старшую в семье, управлялась по хозяйству, присматривала за младшими. И они всю жизнь ее почитали. А на день рождения всегда приезжали поздравлять со своими детьми, а затем и внуками.

Когда Антон Рябоха и Иван Кухаренко стали совершеннолетними, они ушли на фронт.

В 1943 году Николая Мальбовского (моего деда) комиссовали из армии после ранения. Он возвращался из Омска долго, на повозке, запряженной волами. И в селе Павлоградка за 45 км от родного села умер от болезней и холода.

На предвоенной фотографии деду Николаю нет и сорока лет, смотрит открыто, спокойно, со светлой улыбкой, как будто говорит сыновьям-фронтовикам, убеленным сединой зрелым мужикам: «Не робейте, ребята, трудности и невзгоды пройдут». Трудолюбие, упорство, вера в лучшее деда Николая и бабушки Феклы передались их детям и помогали в трудные минуты не падать духом, не опускать руки.

И когда мой отец, работавший механизатором на полях совхоза в Алаботе, стал инвалидом, мы с братом с первого класса стали мужиками: управлялись по хозяйству, кормили коров, воду возили из колодца. Отец – рослый, приветливый, всегда шутил, знал много песен, люди говорили, «широкой души парень» – его родители приехали из северного края (ныне Вологодская область).

Антон Рябоха, мой дядя, несмотря на ранение, прошел пехотинцем до Победы, имеет боевые награды.

Иван Кухаренко в 1944 году во время боя был контужен и попал в плен к немцам, находился в лагере во Франции. Антифашисты помогли бежать, отправили в Америку. Вернувшись в Советский Союз, как бывший военнопленный попал в лагеря на работы в рудниках. Через несколько лет вернулся на родину.

Мои дяди работали механизаторами, поднимали целину, строили совхозы. За доблестный труд бригадиром механизированной бригады Иван Кухаренко был награжден орденом Ленина.

Фекла Яковлевна всех детей вырастила, выучила. Все выросли трудолюбивые и добросовестные.

Дом моих родителей славился гостеприимством. По праздникам и на дни рождения собирались родные, друзья, соседи, пели песни, частушки, танцевали под гармошку.

Сосед, дядя Гриша Коваленко, фронтовик-танкист, а затем всю жизнь водитель в совхозе, неунывающий невысокий мужик, всегда на праздники и в воскресенье заходил, поздравлял, садился у окна, рюмку выпивал, спрашивал: «Поля, можно я закурю?» Мама отвечала: «Кури, Гриша, кури, пусть мужиком пахнет». (Наш отец не курил, и мы с братом никогда не курили.) Мы слушали колоритную речь дяди Гриши и от души смеялись. А когда мама делилась какой-нибудь проблемой, говорил: «Ничего, Поля, все будет на мази». Это его коронное выражение запомнилось мне на всю жизнь.

Другой сосед, дядя Леня Калашников, потерявший на фронте левую руку, часто приходил со своими шахматами по вечерам поиграть с отцом. Отец с шутками да прибаутками быстро ходил, а дядя Леня думал над каждым ходом. Но часто проигрывал и, наверное, переживал, несколько дней не приходил.

А дядя Володя Бондаренко где-то приобрел телевизор «Рекорд» с маленьким экраном, соорудил высокую антенну, смастерил электростанцию, и по вечерам их небольшая хатенка превращалась в кинозал.

Так с уважением, симпатией, пониманием относились люди друг к другу, понимали, что «все будет на мази».

…Каждый год на параде Победы мы вместе с женой, детьми и внуками проносим портреты наших родных воинов в рядах «Бессмертного полка» в Томске, где мы живем. А в 2015 году портреты моего деда и дядей прошли в рядах земляков-фронтовиков на родине – в Омске.

Мое поколение, родившееся всего через 10 лет после войны, всегда относится с почтением и пониманием к старшим и чтит установленные традиции нашего народа и нашей Родины.

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги: ,
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

98 − 94 =