Персона
08.02.2019

Слава и пепел

Статей на сайте: 17101

«Ты только не бросай меня, слышишь?! Я этого не переживу»

В среду в Томске похоронили Владимира Захарова, который просто работал волшебником

В каждом месте есть свой гений. Мало кто понимает, что он в этом месте делает, и многие даже задаются вопросом знаменитого захаровского Ежика, когда он рассуждает о звездах-фонариках: «Это что за занятие такое – светить своим фонариком? … Это какой должен быть фонарик и свет, чтобы не жалко было себя тратить?»

Сам мастер-кукольник вряд ли задавался этим вопросом, зачем он одиноко светится в театральной провинции и куда идет его свет. Он был человеком, когда пил со зрителями чай на террасе своего деревянного театра «2+КУ», и немножко богом, когда оставался один на один со своими куклами. Не за день, и не за семь дней, но он создал на высокой южной окраине Томска свою вселенную и только там мог существовать, творить, влюблять в себя и своих героев женщин и детей, томичей и гостей города, россиян и иностранных подданных. Наверное, ему было не очень уютно за пределами этого мира, поэтому он всегда в него возвращался. Наверное, поэтому он бросился спасать свою вселенную, когда 1 февраля она загорелась.

Свой мир он отчасти спас. Себя – нет.

Там, где сейчас Захаров, «наверное, страшно холодно и одиноко». Хотя страшно холодно и одиноко было в среду, 6 февраля, на земле, в переулке Южном. Живые цветы у театра стекленели, не увядая. Слезы замерзали на щеках идущих с прощания девчонок, у которых на бегунках молний – ежик. Кажется, теперь это опознавательный знак для всех, кто прикасался к волшебству «2+КУ». В самом театре только успевали разворачивать цветы, принесенные издалека. Оберточной бумагой набивали мешки: печка не справлялась. Да и людей было столько, что топить не надо было. Люди молчали, сидя в рядах и стоя на балконе маленького зала. На сцене – закрытый гроб, и от этого казалось, что Волшебника в нем нет, он растворился в воздухе, затерялся в уголках маленького театра и, по обыкновению, улыбается в бороду лукавой, все понимающей улыбкой. Окружающее становилось знаками, которые Захаров оставил после себя: электрики, меняющие провода по всей улице Савиных (а не от электропроводки ли возник пожар?), кукла, выросшая из сучка, со скрещенными пальцами правой ноги (кукла лжет, может, и происходящее тоже неправда?)

Театр будет работать – заверили нас. Потому что теперь, когда любовь к Волшебнику столь трагически материализовалась, стало понятно, что Захаров создал то самое место, где, по выражению Ежика, «не предают и не уходят и где ты нужен, даже когда тебя не станет, где ты всегда вовремя!» Эти мистические, пророческие слова теперь преследуют всех, кто видел живого Захарова и его спектакли. Кто-то недоумевает: как вообще такое могло произойти? А разве могло быть по-другому? Разве мы не бросились бы спасать своих детей, свой мир? Вот и Захаров бросился…

…Он приехал в Томск из безлесого узбекского Алмалыка и влюбился в нашу живую чащу, в зеленый храм и мастерскую навсегда. Одинокий маленький бородатый бог мог по-прежнему бродить по томским лесам, собирать валежник – теперь ведь даже не запрещено. Разводил бы костерки, писал бы что-то. Мог колдовать в своей мастерской, ставшей пепелищем. Но его фонарик погас.

Свет продолжает идти к нам.

 

Автор: Денис Лапшин

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги: ,,,
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

8 + 1 =