Сможет ли Томская область стать регионом высоких технологий?

Статей на сайте: 15134

img_2690

К 2020 году в России должно быть создано 25 млн высокопроизводительных рабочих мест (ВПРМ). Это будет означать, что наша страна вошла в клуб промышленно развитых государств. Времени осталось немного, однако признаков бурного прироста прорывных технологий и резкого увеличения производительности труда не наблюдается. Чтобы выявить и проанализировать причины, сдерживающие рост производительности труда, в стране началась масштабная дискуссия. В ее рамках в Томске состоялась конференция с участием представителей органов власти, ОНФ, бизнесменов, ученых и общественников. Специалисты обсудили потенциал Томской области по созданию ВПРМ, перспективные проекты и точки роста.

С дальним прицелом

Создание новых рабочих мест – приоритетная задача для властей и бизнеса в городах и весях. Проблема из разряда вечных, решается она везде по-разному. Чаще всего регионы пытаются по максимуму использовать свои преимущества: географическое положение, туристические объекты, народные промыслы, природные ресурсы… Есть и те, кто уже штурмует высоты цифровой экономики. Велосипед изобретать не надо, достаточно найти мощные локомотивы, которые могут потянуть экономику региона в светлое будущее.

В США на 10 тыс. производственных мест приходится более тысячи комплексно автоматизированных, в Японии – 500, в Корее – 400, Китае –150.

В Томской области определены стратегические направления развития, привлекательные для инвесторов: высокотехнологичная добыча углеводородов (в том числе трудноизвлекаемых запасов), лесной кластер и обрабатывающая промышленность. Их развитие все больше связано с актуальными достижениями – робототехникой, 3D-печатью, новыми материалами с заданными свойствами, биотехнологиями, новыми информационными технологиями и, конечно, системными усилиями по занятости населения.

Почему увеличению числа ВПРМ и повышению производительности труда придается ключевое значение? Потому что в них заключается основной смысл социально ориентированной и процветающей «экономики действия» – чем производительнее предприятие, тем выше добавленная стоимость продукта. Государству – стабильные налоги, предприятию – необходимую для расширенного воспроизводства прибыль, работнику – достойный уровень оплаты труда. В итоге – возрастающий уровень качества жизни и гордость за страну.

Каким должно быть высокопроизводительное рабочее место, если структура занятости населения еще не сильно отличается от тех времен, когда от работника требовался низкоквалифицированный труд? В России до сих пор самыми популярными профессиями остаются водитель, продавец и охранник. Людей, работающих в высокотехнологичных сферах, пока только 17–18%. Что, впрочем, уже немало. Чтобы достичь уровня экономики передовых стран, перешедших к новому технологическому укладу (автоматизация и роботизация массового производства), нужно создать еще примерно 10 млн ВПРМ.

По прогнозам экономистов, к 2030 году исчезнут 57 профессий, зато появятся более 180 новых. Работники ряда массовых профессий должны будут уступить место не коллеге с кувалдой в промасленной спецовке, а штучному специалисту с высоким уровнем образования. Тому, кто может программировать сложные системы, владеет несколькими иностранными языками. Как изменения в производстве скажутся на рынке труда? Что делать с высвобожденными рабочими руками? Какие кадры должны готовить вузы, если уровень компетенций выпускников вузов, по мнению работодателей, оставляет желать лучшего?

Сокращение с плюсом

– За последние пять лет в России стало на 5 млн рабочих мест меньше – снижение на 10% – сказал уполномоченный по правам предпринимателей в Томской области Валерий Падерин. – Зато растет количество ВПРМ: плюс 30% за шесть лет. В Томской области с общим уменьшением рабочих мест на 20% сократилось и число высокопроизводительных.

16,6 млн

высокопроизводительных рабочих мест было в России в 2016 году.

В данном случае статистика немного лукавит. До сих пор не выработана единая методология, как считать ВПРМ. Росстат полагает, что высокопроизводительными местами являются те, на которых люди получают большую, чем в среднем по региону, заработную плату. «Деловая Россия» применяет другую схему: в основании целевые показатели 36 передовых отраслей. Базовая цифра – производительность труда предприятий-лидеров в 2011 году, умноженная на 1,5. Тех, у кого этот показатель выше, можно назвать высокопроизводительными. Вот как раз по этой методике подсчета число ВПРМ в Томске снизилось на 20%.

– Эти показатели нельзя считать корректными, – уверен заместитель губернатора Томской области по экономике Андрей Антонов. – Такая методика не учитывает многие высокопроизводительные рабочие места. Это подтверждается данными сплошного мониторинга малого и среднего бизнеса, проходящего раз в пять лет: показатели растут. Причина расхождений в том, что доля неохваченного статистикой бизнеса в Томской области достаточно велика. У нас многие компании, в том числе из IT-сферы, не всегда показывают полную заработную плату, не всегда фиксируют реальные объемы производства. Но все-таки некоторое сокращение есть, и это беспокоит. Наша задача – предложить условия выхода из тени, чтобы эти компании начали работать честно и в рамках закона.

В Томской области в лидерах по созданию ВПРМ вовсе даже не IT и не высокопроизводительная медицина, а производство и распределение энергии, добыча полезных ископаемых, оптовая и розничная торговля, сельское хозяйство… Но это пока. Некоторые томские предприятия сделали ставку на развитие высокомаржинальных малотоннажных производств. Они собираются работать на экспорт и активно прогрессируют. По сути, это высокотехнологичные заводы в одном помещении. По мнению Андрея Антонова, модель заработает эффективно, если в вузах студенты будут создавать малые и средние предприятия, которые затем будут вступать в кооперацию с крупными компаниями.

Среда партнерства

Кому важнее развивать высокотехнологичное производство – бизнесу или государству? И тем и другим выгодно повышение производительности труда. Как этого добиться? По мнению Андрея Антонова, бизнесу нужно модернизировать производство, государству – оказывать предпринимателям системную многостороннюю поддержку, а вузам – обучать и переподготавливать кадры с востребованной, а не «дип­ломной» квалификацией. Чтобы к 2020 году увеличить количество ВПРМ на 160 тыс. (план для Томской области), а производительность труда – в полтора раза, нужна консолидация усилий всех субъектов экономики. Нельзя забывать и о социальной составляющей.

– Чтобы вовремя подставить плечо и провести переток кад­ров, государство должно иметь полную информацию о планах модернизации, – считает руководитель областного департамента труда и занятости Светлана Грузных. – За последние пять лет было высвобождено 55 тысяч работников из обрабатывающих производств, образования и банковской сферы. Из них на рынок труда снова вышло 18 тысяч. Лишь около двух тысяч человек начали свое дело.

Участники конференции сошлись на том, что если у нас и есть отставание в «железе», то с «мозгами» у нас все в порядке. Наличие человеческого капитала в виде квалифицированных кад­ров, талантливых предпринимателей, государственных структур, открытых для сотрудничества и конкурентоспособного бизнеса, готового к модернизации даже в сложных экономических условиях, позволит получить мультипликативный эффект. Томск в глобальном разделении труда может уверенно занять две ниши: подготовки кадров и промышленного усовершенствования.

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги: ,
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

83 + = 88