Томский адвокат Антон Тимофеев о борьбе с бумаготворчеством

«Прокурор отвечает за все!»

Антон Тимофеев — выпускник юридического института ТГУ. С 2000 по 2004 год – следователь органов внутренних дел, с 2004 года работал в прокуратуре г. Стрежевого в должности следователя по особо важным делам, впоследствии возглавлял подразделения следственного комитета (г. Стрежевой, Ленинский район г. Томска). В 2011 году получил статус адвоката.
Антон Тимофеев — выпускник юридического института ТГУ. С 2000 по 2004 год – следователь органов внутренних дел, с 2004 года работал в прокуратуре г. Стрежевого в должности следователя по особо важным делам, впоследствии возглавлял подразделения следственного комитета (г. Стрежевой, Ленинский район г. Томска). В 2011 году получил статус адвоката.

— Основной проблемой прокуратуры считаю бюрократизацию, попытку бесконечно расширить пределы надзора, сделать приоритетными все его направления без исключения одновременно. Результат – произошедшее обесценивание, девальвация работы, нацеленность на показатели, а не на реальную защиту прав и свобод граждан и надзор за соблюдением Закона.

На официальном уровне этой проблемы как будто не существует, с трибун, в обмен на всё новые поручения «разобраться» с очередной напастью – бодрые отчеты и рапорты, однако же, любой прокурорский работник в неофициальной беседе подтвердит следующее: бесконечные, дублирующие друг друга задания, запросы, отчеты, справки душат работу. Любое (чрезвычайное и не очень) происшествие в стране – звучат поручения, задания прокуратуре. Прокурор надзирает уже за всем и вся, зачастую подменяя поднадзорные органы в гонке за цифрами. Отчеты прокуратур разрослись до немыслимых размеров. Как итог, реальная помощь людям уже не имеет значения. Случаи, когда, к примеру, ветеран получит причитающуюся квартиру от чиновников благодаря иску прокурора имеют место, но, на мой взгляд, это скорее уже исключение из правил. На одном известном ресурсе в сети интернет («форум прокуроров и следователей») есть шутка, очень ярко и точно описывающая ситуацию в прокуратуре, она звучит так: «Утки нагадили в фонтан – прокурор виноват». Прокурор отвечает за всё! Итог этого – распыление сил и отсутствие реального результата в работе. Приказ Генерального прокурора СССР № 95 от 14 октября 1986 года «Об усилении борьбы с бумаготворчеством и формализмом, решительном сокращении документооборота в органах прокуратуры» был издан в сложный исторический период и именно для борьбы со злом, которое когда-то цвело гораздо менее пышным цветом, чем сейчас.

Приведу из него цитату: «Однако в практике многих прокуратур еще живучи устаревшие стереотипы, попытки решать новые задачи чисто административными методами, подменяющими живую организаторскую работу. На места с нарушением установленного порядка направляются в большом количестве приказы, указания, поручения, директивы, внеплановые задания. Без особой необходимости истребуются различного рода справки, сведения, отчеты, информации». Я уверен, что КАЖДЫЙ прокурорский работник, достаточно опытный, чтобы осознать, что вокруг него происходит и делать выводы, подтвердит наличие тех же симптомов, что и в далеком 1986 году. В СССР была политическая воля решать проблемы – а теперь, наверное, это никому не нужно. Не потому ли это происходит, что беззубая, замкнутая на своих проблемах прокуратура устраивает власть?

В прокуратуре трудятся прекрасные специалисты, настоящие профессионалы своего дела, и я отношусь с глубочайшим уважением к коллегам. Но необходимо признать очевидное – прокуратура перенимает худшие черты милиции, гоняясь за показателями, при этом еще и стремясь заполнить собой все направления жизни при очевидной принципиальной невозможности качественно выполнить все взятые на себя таким образом обязательства.

Коллеги признаются, что иногда банально некогда сделать доброе дело, разобраться в жалобе – всё время занимают справки, отчеты, анализы, информации и не нужные никому обобщения, нужно гнать цифры. Уточняю, что сказанное выше в меньшей степени касается поддержания государственного обвинения в суде, хотя и там существуют вездесущие палочные показатели. На этом, наверное, главном направлении прокуратура выполняет свою функцию добросовестно, насколько это позволяет качественный состав сотрудников и занятость.

2 мысли о “Томский адвокат Антон Тимофеев о борьбе с бумаготворчеством”

  1. Ой, батенька, не надо ложку мёда в бочку дёгтя! Это я про Ваши слова о гособвинении. Мы с Вами работали в прокуратуре Томской области примерно в одни годы, может где по работе пересекались. Как человек, занимавшийся бОльшей частью именно поддержанием гособвиния, часто получавший похвалы за эту работу и в какой-то мере годы работы гособвинителем — самая яркая и значимая для меня страница в моей судьбе, тем не менее не могу не напомнить Вам, что основным показателем по этому направлению было (да и сейчас, наверное, является) так называемая «касс практика». Это когда после того, как ты добился вынесения справедливого и законного приговора (а любой «косяк» приговора — претензия к тебе),необходимо как-то изловчиться и срочно найти такие предирки к нему, чтоб его отменил вышестоящий суд по твоему представлению. Именно количество отменённых по твоим представлениям приговоров являлось для руководства показателем твоей работы, а не профессиональное мастерство, позволяющее разложить ситуацию по полочкам и добится законного и справедливого приговора, в отношении которого даже «жулик» не смог бы возразить, что всё справедливо и доказано

  2. Да, с «касспрактикой» в точку. Она и сейчас в гособвинении главная цифра. Один из самых идиотских показателей. И тем не менее, полагаю именно государственное обвинение той самой ложкой мёда, там осталось хоть что-то живое. Следствие отобрали (оно помирает теперь самостоятельно по ряду причин), общий надзор — профанация. Сотрудники смутно представляют, для чего работают. С прокуратуры — бегут люди. Когда такое было-то?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *