Когда-то в прессе, прежде всего молодежной, был популярен такой жанр, нет, скорее даже не жанр, а профессиональный прием – журналист меняет профессию. И очень близкий к нему – «Один день из жизни…». Мои коллеги торговали газетами в киоске и делили трудовые будни с водителем мусоровоза, занимались санобработкой бомжей и ловили мелких бродяжек в подвалах. Даже рулили «кукурузником». Даже присаживались на краешек мэрского кресла… И мы решили тряхнуть стариной и провести один день с прокурором. Конкретно – с Олегом Фрикелем, прокурором Советского района города Томска. И он – этот день – оказался совсем не таким, каким я себе представляла рабочий день прокурора. Ну совсем не таким.

Что добавит прокурор?

Вообще какие ассоциации вызывает у среднестатистического человека слово «прокурор»? Не знаю, как у молодежи, а у автора этих строк прежде всего в памяти всплывают «Вышинский» и «прокурор добавит». И еще, пожалуй, «следователь прокуратуры». Что, в общем-то, из этой же оперы. Но, во‑первых, следствие от прокуратуры давно уже отделили – на это есть следственные органы. А во‑вторых, и в‑третьих… и в‑пятых, вся эта уголовно-тюремно-криминальная тема в работе органов прокуратуры занимает, конечно, значительное место, но наравне с другими направлениями работы. Прокуратура поддерживает обвинение в суде, надзирает за исполнением закона полицией, следственным комитетом, органами исполнения наказаний и так далее. Но, кроме того, прокурорский надзор присутствует во всех других сферах – от коммунального хозяйства до детей-сирот. Словом, прокуратура занимается всем, что связано с правами-свободами человека и гражданина, как то: право на отдых, право на труд, на медицинскую помощь, на здоровую среду обитания и далее по списку.

– Мой день всегда начинается одинаково, – рассказывает, приглашая меня устраиваться в его кабинете, прокурор Советского района, – с документов, поступивших в завершение предыдущего дня. Специально оставляю их на свежую голову. Это докладные записки моих помощников, различная исходящая документация, ответы на наши запросы и многое другое, требующее концентрации внимания. На работу я прихожу обычно 08.15, и на бумаги уходит полчаса. Ровно в 08.45 ко мне заходит дежурный помощник и докладывает об оперативной обстановке в районе за прошедшие сутки. Сколько было совершено тяжких, особо тяжких преступлений, сколько ДТП со смертельным исходом, пожаров, других чрезвычайных происшествий. Затем, с 9 до 10.30 – обсуждение промежуточных результатов проверок, находящихся в производстве. К примеру, сейчас мы с вами послушаем доклад моего помощника, занимающегося сферой ЖКХ.

Некоторые любят погорячее

– Сейчас, в период подготовки к отопительному сезону и проведения ремонта сетей горячего водоснабжения, Виктория Викторовна находится на работе, можно сказать, круглые сутки, – представляет прокурор района своего помощника.

Кстати, как попутно объяснил Олег Александрович, каждый из его заместителей и помощников занимается своим направлением надзора, самостоятельно планируя рабочий день. Народ молодой, но очень ответственный. Не зря многие из них прошли через институт общественных помощников. Это когда студенты-юристы помогают на добровольных началах, кто сколько может и хочет. Совершенно бесплатно. Но и опыт получают бесценный. К тому же обе стороны точно знают, с чем они столкнутся в будущем.

Встречаются начальник и подчиненные в основном на совещании раз в неделю да вот на таких отчетах.

– На следующей неделе у нас будет собираться рабочая группа по ЖКХ, в том числе с участием представителей органа местного самоуправления и управляющих организаций, – поясняет мне Олег Фрикель. – А сейчас – промежуточный доклад Виктории Викторовны. Итак, что у нас с горячей водой, какие нарушения выявлены, какие меры принимаем?

– На сегодня в районе 90 домов с нарушенным сроком подачи горячей воды, – начинает докладывать помощник. – В основном не вовремя осуществляют ремонт «ТомскРТС», но также много задержек из-за неготовности внутридомовых сетей. По этому поводу прокуратурой Советского района внесено 15 представлений. В отношении председателей ТСЖ возбуждено четыре дела об административных правонарушениях, два из которых уже рассмотрены департаментом ЖКХ, председатели привлечены к ответственности в виде административного штрафа. Горячее водоснабжение в этих домах подключено.

Также в суд направлен административный материал в отношении одной из управляющих компаний, нарушившей требования лицензии. Между прочим, по этой статье штрафы начинаются от 250 тысяч. Да, прокуратура действительно шутить не любит…

Олег Александрович задает вопросы по конкретным адресам – проблемные дома в своем районе он знает наперечет (в основном речь идет о бесхозяйных сетях). Как выяснится вечером, не только дома, но и ямы возле них.

Обсуждаем более подробно бесхоз: на каком этапе передача коммунального имущества, адекватно ли ведут себя городской департамент ЖКХ и районная администрация. Короткие указания – и помощник отправляется по своим делам.

– Ситуацию продолжаем контролировать в ежедневном режиме: надо понимать, что озвученная помощником статистика плавающая и меняется в течение дня: что-то вышло из списка, что-то появилось в нем, постоянно держим связь с администрацией района, – констатирует прокурор.

Вот тебе, бабушка, и день открытых дверей…

До намеченного у Фрикеля на сегодня совещания с правоохранительными органами у нас есть немного времени, и Олег Александрович рассказывает о криминальной ситуации в районе. На совещание мне, увы, вход закрыт – там озвучивается оперативная информация, которая ушам журналистов и вообще всех, не имеющих к этому допуска, не предназначена. Я, типа, обижаюсь: вот тебе, бабушка, и прокурорский день! А обещали все показать-рассказать.

Впрочем, рассказывают: речь пойдет о квартирных кражах: прокурору не нравится низкий процент раскрываемости.

А что, у нас (автор тоже живет в Советском районе. – Прим. ред.) много квартирных краж?

– За семь месяцев – 12. На четыре меньше, чем год назад. Может, это и не так много, но раскрываемость невысокая.

– Почему? Плохо работает полиция?

– Сложно их раскрывать. Когда на кражу идет квалифицированный преступник, он готовится, планирует всё заранее, маскирует лицо… а еще действует очень быстро. Проникает в квартиру, как правило, при помощи подбора ключа, забирает только деньги и драгоценности. Технику, одежду, как в девяностые, теперь никто не берет. Максимум через 5 минут его уже нет.

Еще раз поохав по поводу недопуска на совещание (я ж могила!), все же соглашаюсь: раз речь идет о конкретике по каждому делу, оперативники мое присутствие явно не оценят.

Заодно уж тогда интересуюсь, какие еще виды преступности особо актуальны, не считая наркотиков (эту тему мы уже неоднократно поднимали)? Убийства?

Нет, говорит Фрикель, с убийствами у нас (постучим по дереву!) в общем-то тихо. За полугодие – два. Как и год назад. Все бытовые и раскрытые.

– А вообще, как вы считаете, у нас «на районе» безопасно ходить вечером по улице?

– В принципе, да. Если, конечно, не искать себе приключений на голову: видишь пьяную компанию – лучше обойди, по темным переулкам и пустырям не ходи.

– Ну а проблемы-то, проблемы?

– Так называемые киберпреступления, совершаемые при помощи гаджетов, разные виды мошенничества. Мы на днях проводили с правоохранительными органами совещание на эту тему.

– Тоже закрытое, конечно?

– Вы же понимаете…

Ага. Понимаю. Но все равно обидно.

Тварь я дрожащая или право имею?

В три у нас совещание по подросткам (ура, открытое!), а пока Олег Фрикель рассказывает, чем он еще занимается каждый день непременно. Это текущая работа с документами. Я в тоске: вот уж чем бы не хотела заниматься!

– Но документы ж были утром?

– Да, но примерно к четырем поступает новая партия. Это в большинстве своем жалобы, – комментирует прокурор, показывая мне стопку высотой в три словаря Ожегова. (Если еще кто помнит, как он выглядит…) – Каждую я должен вычитать, вычленить главное, принять решение по порядку рассмотрения, дать соответствующие указания. В шесть часов вечера я обязательно просматриваю записи о приеме граждан в журнале за прошедший день, чтобы знать о том, по каким вопросам люди обращались в прокуратуру, даже если они не оставили заявление, удовлетворившись устным разъяснением моих подчиненных.

– Раз в неделю, по средам, весь день я веду личный прием граждан, – продолжает Олег Александрович. – Конечно, это не исключает возможности обратиться ко мне и в другие дни недели, просто это будет сложнее по времени: я могу быть на выезде, могу быть занят на совещаниях, рабочее время у меня жестко распланировано.

Так с чем обращается народ письменно и устно? Да с чем угодно. С жалобами на милицию и на грунтовые воды. На соседей и работодателей. На районную администрацию и садовое товарищество. На следователей, которые «шьют дело», если речь идет о стороне защиты, и ведут дело ни шатко ни валко, если жалуется потерпевшая сторона. На действия судебных приставов и их бездействие. На сосульки зимой и разобранные крыши летом.

Уточнение: некая доля иронии, присутствующая в этом перечислении, исключительно на совести вашего корреспондента. Олег Александрович абсолютно серьезен, более того – он говорит, что за каждым таким заявлением – конкретный человек со своими проблемами, со своей болью, который нуждается в помощи, и вполне возможно, что прокуратура – это последняя инстанция, в которую он может обратиться.

– В принципе, количество жалоб из года в год стабильно, – поясняет прокурор. – Разница – в пределах статистической погрешности. Темы тоже в основном стабильны. Прежде всего трудовые отношения: 52 жалобы с начала года, далее – пенсии, земельные отношения, ЖКХ…

Из многих цифр, характеризующих результаты работы прокуратуры, выделим одну: в текущем году суд удовлетворил иски прокурора района на 9 миллионов 266 тысяч. Все – в интересах граждан.

Пока мы говорили о статистике и соблюдении прав человека и гражданина, подошел черед следующему этапу повестки дня: проведение межведомственной рабочей группы по профилактике правонарушений несовершеннолетних и защите их прав.

Подведение итогов конкурса эссе для старшекласников на тему «Противостояние коррупции». Конкурс прошел по инициативе прокурора Фрикеля

Детки в клетке

Обсуждались на совещании два вопроса: итоги летней трудовой деятельности несовершеннолетних, в первую очередь так называемых трудных подростков (хотя я бы избрала другой термин) и второй – причины ухода воспитанников из центра помощи детям, оставшимся без попечения родителей. Что меня удивило (в отличие от многих других совещаний, на которых я присутствовала), так это то, что обсуждение было живым, заинтересованным и весьма конкретным. Всех неблагополучных подростков, о которых шла речь, прокурор и его собеседники, в том числе заместитель главы районной администрации и руководитель подразделения по делам несовершеннолетних, знают по именам и фамилиям. Вот Оля Иванова (здесь и далее имена изменены) опять убежала из центра помощи детям. А бабушка Кати Петровой, увы, совсем не справляется с обязанностями опекуна, надо девочку забирать. А Саша Сидоров и Слава Попов находятся под негативным влиянием бывшего выпускника центра Алика Шуткина, у него есть деньги, и он частенько приходит в центр – учреждение-то не режимное… Я понимаю, что ситуация обсуждается не впервые и находится под контролем.

Вообще, думала, будет скучно. Ну что там за фактаж: сколько несовершеннолетних потрудилось в летние месяцы, сколько отдох­нуло в лагерях и сколько отказалось. На самом деле почерпнула немало любопытной информации. Например, о том, что многие работодатели как черт от ладана шарахаются от трудоустройства малолеток. А другие требуют от них различные справки, в том числе об отсутствии судимости. И эту практику надо вовремя выявлять и пресекать. Особый упор на совещании Олег Фрикель сделал на вопросах безопасности: наша задача – уберечь подростков от криминала. Как от преступлений по отношению к ним, так и от вовлечения в преступную деятельность. Например, в употребление и распространение наркотиков.

ЦИФРА

505 человек обратились за шесть месяцев в прокуратуру Советского района. Из них лично Фрикель принял 122. Получено 988 письменных обращений, из них 600 разрешено непосредственно в прокуратуре, остальные направлены в органы контроля.

Как мне уже рассказывал прокурор, он не любит длинных совещаний: час максимум, обычно короче. Вот и с питомцами ПДН обернулись меньше чем за час, договорившись, что в ближайшие дни все участники совещания представят прокурору свои предложения о дальнейшей совместной работе. Кстати, в отношении тех работодателей, о которых шла речь выше, прокурор поручил подчиненным провести проверку, она уже начата.

Уже после Олег Александрович персонально для меня пояснил, что пресловутые уходы несовершеннолетних из центра (кстати, бывший детдом на Тверской) остаются проблемой уже в течение нескольких лет. Но раньше они носили прямо-таки массовый характер, сейчас такие факты единичны, так что прогресс есть, и немалый. Но рядом с детьми нужны положительные, яркие лидеры, в том числе из числа работников педагогического коллектива.

Увидеть Париж и умереть

По завершении официального рабочего дня выезжаем на «пленэр». Помните, выше я писала про то, что Фрикель знает не только проблемные дома, но и ямы возле них? Он мне их и демонстрирует по дороге: на Никитина «администрация ответила, что асфальт на месте раскопа не уложен из-за работ, которые ведутся по соседству». Ну и где здесь работы? На Алтайской, на Сибирской… Наконец приезжаем непосредственно к месту происшествия.

Улица Льва Толстого, 46а. Не самое благополучное место в городе Томске, так называемый Париж. Мрачные шлакоблочные двухэтажки, облупленные, с грязными окнами. Последний раз я была здесь (кстати, тоже по журналистским делам) лет двадцать назад. Ничего не изменилось. Время будто застыло. Но повод вполне себе современный, даже актуальный. Последствия раскопок. В яму, вырытую и чисто символически огороженную «Водоканалом», накануне упала девушка. Точнее, упала она поздним вечером: во дворе ни одного фонаря. Травмировалась довольно серьезно: в яме была арматура, мясо содрала до кости, сильный ушиб головы.

Правда, авторы раскопа пытаются отрицать даже сам факт падения и тем более свою вину. Но, надеюсь, при вмешательстве прокуратуры этот номер у них не пройдет…

Да, яму они теперь огородили плотной железной сеткой. Зато напротив, на Сибирской, – шикарная глубокая раскопка, а вся ограда – полосатая лента да что-то вроде козел. Ну ничему не учатся люди!

* * *

Журналистам не привыкать работать сверхурочно. Но, честно говоря, я подустала. Иногда потрудиться до седьмого пота – почему нет! Но каждый день… Нет, прокурором я, пожалуй, быть бы не хотела. Хорошо, что в моем случае вопрос так не стоит. А Фрикель, высадив меня неподалеку от дома, возвращается в прокуратуру, объяснив, что его дожидаются материалы уголовного дела, по которому наутро ему предстоит поддерживать государственное обвинение. Он приглашает меня в процесс. Но это уже история другого дня.

Автор: Марина Боброва
Фото: Евгений Тамбовцев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 2 = 1