30.11.2018

Владимир Казаченко: Я – романтик. Но деньги считать умею

Статей на сайте: 16445

 

Шесть лет назад он рискнул сменить должность начальника юридического отдела ТЭМЗа  на кресло директора театра. И, по его собственному признанию, не прогадал. В интервью «ТН» директор ТЮЗа Владимир Казаченко рассказал о своих непроходящих мозолях, топовых темах для современного театра и о том, почему никогда не станет своим для актеров.

 

 

История одной карьеры

– Постановки томского ТЮЗа не первый год попадают в long list «Золотой маски». Можно ли говорить о какой-то условной универсальной формуле спектакля, который станет явлением современного театрального процесса?

– Ее не существует в природе. Современный театр – тот, который попадает в сегодняшний день. Других критериев нет. Человеку не интересно наблюдать за тем, что не имеет к нему отношения. Наш мир меняется стремительно. И театр чувствует эти перемены ветра. «Золотая маска» как своеобразный маркёр. То она вдруг получается антивоенная, то лейтмотивом проходит тема про внутреннюю миграцию. Сегодня все чаще появляются спектакли о незащищенности человека в этом мире, невозможности противостоять давлению извне.   

– Учась в Высшей школе деятелей сценического искусства, вы много общались с коллегами из разных уголков страны. Знают они Томск? Заметен наш город на театральной карте России?

– Начнем с того, что разделение театрального мира на Москву, Санкт-Петербург и провинцию осталось в прошлом. Жизнь показала: за пределами условного Садового кольца рождается много яркого, любопытного, актуального.

Томск в конце 2000-х пропал с радаров. Сейчас ситуация постепенно выправляется. ТЮЗ вносит в этот ренессанс свой вклад. За последние несколько лет наши спектакли побывали на фестивалях в Москве, Санкт-Петербурге, Новосибирске, Тюмени, Екатеринбурге. Это делает томский ТЮЗ узнаваемым не только в профессиональных кругах, но и у публики.

Сделать имя театру – процесс не быстрый, комплексный. Один удачный спектакль, пусть и прогремевший на всю страну, не создаст имиджа крепкого профессионального коллектива. Нужно постоянно работать в этом направлении, приглашать сильных режиссеров. Что обходится театру дорого. Но всегда и в любой сфере хорошая работа стоит хороших денег, по-другому не бывает.

– Весной на постановку приедет известная актриса, режиссер театра и кино Юлия Ауг. Чем помимо гонорара удалось заманить ее в Томск?

– Интересной работой. Недавно Юля приезжала в Томск, чтобы познакомиться с труппой. Посмотрела наши последние премьеры. Ей понравилось, что театр находится в постоянном творческом поиске, готов на эксперименты  и ориентируется на молодежную аудиторию. Но это не значит, что мы не ждем у себя взрослую публику. Еще как ждем!

Юлия будет ставить спектакль по роману Клауса Манна «Мефистофель. История одной карьеры». Это довольно жесткая история про жажду славы и про то, как человек способен продаваться, чтобы добиться желаемого.

 

«Наш театр самый интересный в Томске. Сглазить не боюсь»

– Часто приходится слышать, что сегодняшняя томская публика – кондовая, сложно с ней…

– Томская публика очень благодарная. Но трудно раскачиваемая. Для того чтобы сформировать аудиторию новой драмы, мы потратили пять лет. Делали это последовательно, каждый сезон ставили по одному спектаклю современных драматургов: «Язычников», «Как я стал…», «Март», «Девушек в любви». Трудно шел процесс. Поначалу еле-еле удавалось продать 20 билетов. Сегодня на этих спектаклях аншлаг. Зрителю нужно давать чуть больше, чем он может проглотить. Чтобы оставалось немного на потом: подумать, принять, привыкнуть. Томская публика способна меняться, сейчас я четко вижу и ощущаю этот процесс. Мы, театры, долгое время ей такой возможности не давали.

–  Но зритель мог за вами и не пойти. Театр должен время от времени рисковать?

– Рисковать нужно, пускаться в авантюры – нет. Важно постоянно держать руку на пульсе жизни города и общества, чтобы понимать, чем они дышат.  Иначе ты рискуешь выпустить спектакль, который может быть сильным, с блестящими актерским работами, но он окажется не нужен людям. Такое происходит не потому, что публика «не такая» и не продвинутая. С людьми надо разговаривать на их языке. Если я, приехав  в Америку, буду изъясняться с окружающими на монгольском, диалог вряд ли получится. Так и театр – становится популярен, только когда говорит со зрителями на важные для них темы доступным языком. Сегодня ТЮЗ – самый актуальный и интересный в городе театр.

– Сглазить не боитесь?

– Не боюсь. Если я позволяю себе подобные громкие высказывания, значит, беру на себя ответственность. Какие-то промахи и провалы возможны. Но мы будем стараться их не допускать.

 

Одиночество. Без вариантов

– Творческие коллективы сложно принимают руководителей, пришедших со стороны. И вообще театр не самая комфортная среда для выживания. Сколько времени прошло, пока вы почувствовали себя своим среди своих?

– Не соглашусь с вами: театр достаточно комфортная среда. Если ты любишь работающих здесь людей и не относишься к ним как к персоналу,  выполняющему  некий комплекс производственных услуг. А если не любишь – надо уходить из театра, это не твое место.

– Артистов любить сложно…

– Любить всегда сложно и больно, если это настоящая любовь. Почувствовал ли я, что стал своим среди своих? Да. И все же директор всегда обречен на одиночество. Лишь бы это не превращалось в обособленность, когда ощущаешь себя на вершине, а остальные где-то там. У меня с артистами сложились доброжелательные отношения. Но некоторая дистанция все равно есть. Как бы хорошо или плохо актеры к тебе ни относились, своим для них ты никогда не станешь. Потому что они не вполне представляют себе твою работу. Но и ты их работу не вполне представляешь. Это нормально. Главное, чтобы каждый был на своем месте и делал свое дело. Тогда  театральный организм будет функционировать правильно.

– Вам приходилось доказывать коллективу, что вы имеете право находиться на своем месте и можете выполнять стоящие перед вами задачи?

– Всякое случалось. Были ситуации, когда на общих собраниях мне приходилось продавливать свою позицию. Доказывал ста людям, что будет так, как я сказал, потому что это правильно и на пользу театру. Питер Друкер, один из самых влиятельных теоретиков менеджмента XX века, сказал: «Руководитель – тот, у кого непроходящие мозоли на языке». Ты обязан много разговаривать с коллективом,  разъяснять, что ты имеешь в виду и почему должно быть именно так, а не иначе. Но у меня трезвое отношение к своей роли в театре. Я понимаю, что поставлен сюда, чтобы обслуживать творческий процесс.

 

Театр без иллюзий

– Однажды вы сказали, что детский театр должен быть жестким. По-прежнему так считаете?

– Под словом «жесткий» я имел в виду отсутствие иллюзий. Театр не имеет права заигрывать с детьми. Потому что дети – те же самые взрослые, только размером поменьше. На какой бы возраст ни был ориентирован театр, он должен быть правдивым. Я не призываю специально готовить детей к жизни: а сейчас, детки, мы вам расскажем, что такое настоящая помойка. Не нужно разрушать их веру в какие-то светлые вещи. Но и давать обманку не стоит.

– Сегодня много споров о том, стоит ли выводить детей в театр классами. Есть мнение, что посещение спектаклей из-под палки может на всю жизнь отвратить человека от театра.

– Мы действительно теряем много зрителей в возрасте от 12 до 16 лет.  Сейчас  ТЮЗ работает над тем, чтобы сформировать актуальный репертуар для этих ребят, способный конкурировать с их гаджетами. Чтобы, сидя в зрительном зале, они смотрели не видео на YouTube в своем сотовом, а на актеров. Потому что происходящее на сцене интереснее. Нужно ли настаивать, если ребенок не хочет идти в театр? Заставлять точно нельзя. Пусть сам созреет.

– После одного интервью, где вы рассуждаете о театре, кто-то оставил в Интернете комментарий: «Этот парень – романтик и идеалист». Согласны с такой характеристикой?

– Образ д’Артаньяна – это не про меня. Если ты веришь в хорошее,  не значит, что ты идеалист и фантазер, который не умеет организовать процесс и считать деньги. Это значит, что у тебя есть некая база жизненных ценностей, на которой ты воспитан. Я – романтик-прагматик. Уверен, что нам всем нужно двигаться в сторону счастья.  Но последовательно – по дорожной карте, с планом мероприятий и финансовыми ресурсами (смеется).

 Фото: Евгений Тамбовцев

RSS статьи.  Cсылка на статью: 
Теги: ,
Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не допускается.

Модератор сайта оставляет за собой право удалять высказывания, нарушающие правила корректного общения и ведения дискуссий..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

+ 76 = 86