Погода в доме

Поэма о шестой статье Конституции СССР

Весна 1981-го. Сидит 10-й «А» Подгорнской средней школы Томской области после шести уроков в своем классном кабинете № 23. Время глубоко за обеденное; есть, точнее, уже жрать хочется. Но сначала надо проглотить план комсомольской работы. Комсорг Лена Попова, тоже уставшая и вообще нормальная девчонка, монотонно торопит что-то про выдающиеся свершения и грандиозные планы – XXVI съезд партии недавно прошел.

Народ дохнет со скуки. Ребята на задних партах «морским боем» забываются. Женский пол просто так умеет быть бессмысленным. Особенно в 16 лет. Я упал в прострацию – нулевая отметка эмоционально-интеллектуальной деятельности.

Доклад завершен – ну, встрепенулись, домой! Фигушки – по протоколу обсуждение положено. Все разочарованно молчат, хотя догадываются: быстрее скажем, быстрее уйдем. Но молчат. Комсорг в вялом унынии – ну! Молчим уже как рыбки в аквариуме. Пауза затягивается сверх приличий. Классный руководитель выходит из педагогическо-житейской нирваны проверки тетрадей и взглядом по партам. Я, видимо, не вовремя пошевелился и показался ей более живым: «Саша, скажи ребятам, что ты думаешь о решениях съезда?».

Только спустя годы осознал, что абсолютно рефлекторно ответил, а затем из упрямства сделал: «Алла Ивановна, а почему я-то? Да всем по фигу этот съезд, а я должен что-то бубнить?!»

Тишина в классе стала абсолютная – мух не слышно. Март – рано еще для мух. Минуты три прошло. Все даже не думают, а ощущают. Тишина. Напряжение. Я выпал из прострации и струной перенатянутой, в инфразвуковом диапазоне неслышно, звеню. Молчание. И лопнула струна: слушайте, говорю, так и будем сидеть? Коматозное уже молчание. Обрывки струны болтаются во все стороны: ну, говорю, тогда я пошел. Взял портфель и пошел, и вышел, и быстро-быстро ушел из школы. И пять-шесть ребят-друзей (назвал бы, да боюсь кого забыть), как оказалось, через еще пару минут тишины вышли. Спасибо им. Тогда даже не догадался сказать, как естественное принял.

Комсобрание потом продолжилось: кому положено по должности очнулись от быта, отрезвляющего сознание, – сказали-осудили, вместе с остальными постановили…

Вечером приходит домой мама (она техничкой в школе работала) и плачет: «Что же ты наделал?! Мне завуч говорит, что это я тебя научила. Да ты знаешь, на что они способны?..»

Ничего она меня не учила. Только при Ельцине уже все рассказала, попросив помочь получить справку о реабилитации. Повезли семью – шестерых «врагов народа» из Молдавии (село Драгонешты) через неполных два года после ее оккупации – весной 1941-го. До Подгорного (Чаинский район Томской области, тогда – часть Нарымского края Новосибирской области) довезли четверых, через четыре месяца осталось двое – мама 13-летняя и ее младший брат – 11 лет. Мыкались так, что слов нет…

К 1981-му, конечно, много горя вымыло уже, но атмосфера у нас в доме (теперь понимаю) все равно была некоей. Как и в очень многих других домах, и на улице – север, сплошные спецпереселенцы. Которые ничего детям не говорили, но дети почему-то все равно чувствовали. В университете уже догадался, что дядя Ваня Матис (угловой дом в переулке) – однофамилец художника Анри Матисса. А Альфред Альфредович Берзин (преподаватель автодела) – так и не спросил, но знаю: сталинский писарь поленился или по неграмотности две буквы не дописал – Берзиньш. Дяде одну букву не дописали – Будяну.

…Отвлекся. Закончилось все ничем. Завуч по внеклассной работе Людмила Порфирьевна Щербинина была (и сегодня, слава Богу, есть) душевным человеком, маму искренне уважала, меня и одноклассников пожалела. Тем более что к делу партии, как и вся в то время генерация молодых коммунистов, относилась без фанатизма. Так, пожурили и замяли.

К чему я все это?

Вы чувствуете атмосферу в доме?

Читаю в последнее время официальные сообщения и понимаю: ну ничего мы в Томске без партии власти не можем сделать – ни новые места в детсадах создать, ни дороги отремонтировать, ни инновациями заниматься…

Поэтому, считаю, пора подумать о восстановлении шестой статьи Конституции СССР: «Руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций является Коммунистическая партия Советского Союза…» И все голосуют за нерушимый блок коммунистов и беспартийных.

Весна 1981-го. Сидит 10-й «А» Подгорнской средней школы Томской области после шести уроков в своем классном кабинете № 23…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *