Рынок спроса

Каких факторов в росте цен на продукты больше – объективных или субъективных?

 

Крупа, макароны, мука, молоко, хлеб – весь август цены на них росли так быстро, что покупатели не успевали запоминать последние значения. Пакет гречки в июле – 25 рублей, а сейчас уже больше 60, мука подорожала примерно на 20%, молоко – на 10% и т. д. С потребительской точки зрения – грабеж: в Томской области не было засухи и пожаров…

Розница рознице рознь

Компилированные данные трех структур: Томскстата, департамента потребительского рынка и департамента по социально-экономическому развитию села – находятся по понятным причинам в Федеральной антимонопольной службе. Информация есть не на все позиции:

– Мониторинг ведется по молоку, муке, хлебу и маслу растительному – эти продукты ФАС определила для мониторинга. Гречка же в ассортименте круп является легкозаменяемой, – пояснил «ТН» начальник Томского УФАС России Владимир Шевченко. – Если мы увидим экономически не обоснованный рост цен, то сразу вмешаемся. Но пока оснований обвинять кого-то в злоупотреблении доминирующим положением нет. Да, цены, например, на муку у крупнейшего мукомольного предприятия области («Томские мельницы») выросли в августе на 20% по отношению в июлю. Но этому есть объяснение: увеличение себестоимости готовой продукции от 17,56% (мука ржаная обдирная) до 22,26% (мука высшего сорта) вызвано существенным ростом (на 34,7–38,8%) стоимости зерна, закупаемого как на территории области, так и за ее пределами (чуть меньше половины всего зерна). А доля цены зерна в цене 1 кг муки доходит в среднем до 60%.

У небольших производителей розничные оптовые цены поднялись на 50% и более (например, некоторые алтайские фирмы, представленные в магазинах «Лама»). Но, по словам Владимира Шевченко, на рынке они не доминируют, поэтому вправе ставить какие угодно ценники.

– Небольшие компании таким образом реагируют на ажиотажный спрос, но в этом есть опасность для бизнеса: покупатели могут переориентироваться на более дешевые продукты. Вообще, сегодня мы наблюдаем картину, когда томские торговые сети за счет своей маржи нивелируют цены в пользу стабильности, чтобы стимулировать потребительский спрос в отношении своих магазинов.

Зерно всему голова

– Вопросы контроля за ценами регулярно рассматриваются на заседаниях Межведомственной рабочей группы Томской области, возглавляет которую Оксана Козловская, – сообщил заместитель губернатора по социально-экономическому развитию села Владислав Брок. – В связи с уменьшением прогноза по валовому сбору зерна в России с 95 млн тонн до 65 млн произошел рост цен на зерно в стране в целом и в области в частности. Но они не вызвали значительного роста цен на основные продукты питания.

Не будем приводить официальные данные общего уровня цен – они по некоторым причинам сильно разнятся с «личной инфляцией» томичей (мука, например, по информации обладминистрации, подорожала всего на 4%). Но надо отметить, что когда речь идет о повышении стоимости продуктов питания, то во многих случаях все упирается в стоимость зерна. Ведь, например, оно составляет основу комбикорма для животных, а корм – одна из главных составляющих в формировании себестоимости конечного продукта (молока, мяса).

– Рост цен зависит от двух основных факторов: стоимости сырья и накладных расходов (в том числе бензин, коммунальные платежи и прочее), – говорит заместитель генерального директора по коммерции ЗАО «Сибирская Аграрная Группа» Ирина Егорушкина. – При изменении данных факторов мы корректируем отпускные цены. Учитывая текущую нестабильную ситуацию, сейчас трудно предположить, когда и насколько они изменятся. Объективных предпосылок для роста немного, но если ситуация по зерну будет складываться примерно в таком же ключе, как и сейчас, ажиотаж не уляжется. Зерно является главной составляющей кормов для животных, соответственно, мясо будет дорожать, хотя вначале может наблюдаться даже обратный процесс, когда производители для снижения убытков начнут уменьшать стадо, т.е. увеличивать забой, что в краткосрочном периоде может повлечь за собой снижение цен.

– На территории области в этом году преобладали аномальные погодные условия, – говорит Владислав Брок. – Холодная и поздняя весна не позволила своевременно провести посев зерновых и кормовых культур: отставание в сроках к средним многолетним показателям – от 15 до 20 дней. Низкие температуры в течение всего лета еще более осложнили ситуацию со сроками созревания зерновых культур. Так, по состоянию на 21 августа недобор суммы эффективных температур (выше плюс 5 градусов) составлял от 60 до 100 градусов.

По прогнозам специалистов областного департамента по социально-экономическому развитию села, массовую уборку зерновых сельхозтоваропроизводители будут вынуждены начать не раньше 5–10 сентября. А это может повлечь низкое качество зерна и уменьшение валового сбора. Впрочем, чиновники тут же успокаивают: ожидаемое производство зерна составит 350 тыс. тонн – на уровне средних многолетних показателей. Это позволит обеспечить кормами поголовье крупно-рогатого скота во всех категориях хозяйств.

Единое пространство

– Нельзя связывать стоимость продуктов с погодными условиями в отдельно взятом регионе: цена в рыночной экономике формируется на едином экономическом пространстве, – предостерегает генеральный директор ОАО «Томские мельницы» Евгений Рубцов. – Например, в августе на нашем предприятии реализация муки выросла вдвое – впервые стали работать с покупателями с Урала и Центральной России. Если спрос повышен – цены растут, если предложение повышено – цены падают, это аксиома рыночной экономики. Второй важный аспект: цены на зерно. Мы до 50% зерна покупаем в других регионах – Красноярске, Новосибирске, Омске. И если растут цены там, это немедленно отражается и на себестоимости нашей продукции.

У государства есть несколько способов регулировать цены. Одним оно уже воспользовалось – с 15 августа введен запрет на экспорт зерна, что позволило стабилизировать спрос и предложение на внутреннем рынке. Второй способ – запасы интервенционного фонда, своеобразного госрезерва, пополненного в годы избыточного урожая.

– Сегодня его размер составляет 9,3 млн тонн, а для выработки всей российской муки требуется порядка 15 млн тонн. Общая уборка, которая заканчивается в октябре, оценивается в 62–65 млн тонн, так что, несмотря на засуху в центральной части России, без хлеба страна не останется, – говорит Евгений Рубцов. – Поначалу, когда цены на муку и зерно стали стремительно расти, правительством была объявлена интервенция, то есть часть накопленного резерва должны были выбросить на рынок, что сразу повлекло бы снижение цен. Но этого не было сделано – решили ждать итогов уборочной кампании. Зато вовсю применяется третий способ регулирования цен – административный ресурс. И это не совсем правильно, потому что это субъективный механизм.

Рубцов подчеркивает: пик оптовых цен на муку наблюдался отнюдь не в августе 2010-го, а в апреле – мае 2008-го, когда стоимость зерна доходила до 9 рублей за килограмм. Соответственно, килограмм муки высшего сорта достиг отметки 14,5 рубля. С началом уборки урожая цена стала падать и достигла 5–6 рублей за килограмм зерна и на этом уровне держалась весь 2009 год. Ровно до того момента, как был собран рекордный урожай и зерно опустилось до низшей точки – около 3 рублей за 1 кг (мука – до 8 рублей). А теперь вопрос на засыпку.

– А кто-нибудь заметил, что в розничных магазинах цена на муку и хлеб снижалась? – говорит Евгений Рубцов. – Крестьяне долгое время работали в убыток, так как себестоимость зерна в Сибири – 4–4,5 рубля. Мельничные заводы также работали либо ниже себестоимости, либо около нуля. И никто не говорил, что собирается административными методами поднимать цены… Нет ничего удивительного, что сегодня те, кто продает прошлогодние остатки зерна, стараются хотя бы частично компенсировать убытки. И сегодняшние цены все равно ниже пиков 2008 года.

Где здравый смысл?

Говорить о том, как цена будет вести себя дальше, – гадать на кофейной гуще. Все зависит от уборки урожая: как уже говорилось, ранняя зима может погубить часть продовольственного зерна. Но опять же у государства есть три железных способа предотвратить скачок…

– Все вышесказанное в той же степени можно отнести и к гречке, за исключением одного «но»: считаю, есть целенаправленный пиар по поводу ее дефицита, как в свое время было с солью, – подытоживает Евгений Рубцов. – Затрудняюсь сказать, кто это затеял, но ажиотажный спрос налицо. Люди сметают гречку с прилавков невзирая на здравый смысл. Совершенно очевидно, что нужно успокоиться: во второй половине сентября начнется уборка, и один Алтай обеспечит гречкой всю страну! Подобные ситуации теоретически могут случиться и с мукой, и с сахаром, и с чем угодно. Так что покупать надо ровно столько, сколько нужно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *