Александр Огарев: О границах искусства и о границах в искусстве

ОгаревАлександр Огарев, главный режиссер Томского областного театра драмы

Сегодня многие люди, даже очень далекие от искусства, обсуждают скандал вокруг оперы «Тангейзер». Действие драмы, которую поставил на сцене Новосибирского театра оперы и балета молодой режиссер Тимофей Кулябин, перенесено в современность, а в сюжете использованы мотивы неканонического Евангелия. Постановщика и сценографа часть пуб­лики осудила за оскорбление чувств верующих, прошел митинг против оперы, в скандал вмешались Минкульт и Кремль. А на днях был уволен директор театра Борис Мездрич. Сейчас в Новосибирске готовится еще один митинг, теперь уже «За свободу творчества и «Тангейзер».

Этот спектакль Кулябина я не видел, поэтому оценивать его не буду. Кстати, вы обратили внимание на то, что судили «Тангейзер» в большинстве своем те, кто не смотрел спектакль? Это яркая иллюстрация нездоровых процессов, которые происходят сегодня в обществе.

На мой взгляд ситуация с «Тангейзером», скорее, повод поговорить о границах творческой свободы, за которые художнику разумнее не переступать. Вот только четко обозначить их невозможно. Эти пределы каждый определяет самостоятельно, на уровне интуиции. Лично мне не очень понятен воинствующий настрой «оскорбленной» новосибирской публики. Ведь даже сами служители церкви говорят, что имя Бога не должно использоваться для войны, только для мира. Имела место провокация со стороны режиссера? Да. Но когда в зрительном зале царит спокойствие, граничащее с равнодушием, это самое губительное, что может быть для искусства. Если бы, например, Дали и Пикассо не отважились на новаторские ходы в своем творчестве, их работы, возможно, остались бы проходными. И неужели мусульмане за то, что Данте в «Божественной комедии» поселил Магомета в восьмом круге ада, должны теперь крушить музеи и ненавидеть всех итальянцев?

Меня в возникшей ситуации настораживает еще и вот какой момент. Из-за истории с новосибирской постановкой Минкульт может ввести предпросмотр спектаклей. Где они собираются брать компетентных людей для таких комиссий? И в чем должна выражаться эта компетенция? Сегодня сложилась такая ситуация, что каждый считает себя знатоком искусства и думает, что он вправе решать, что такое хорошо и что такое плохо. Отсюда и скандалы, подобные новосибирским. Они могут разразиться где угодно. Ни столица, ни театральная провинция от этого не застрахованы. В наше время усредненных стандартов и всеобщих правил любой художник легко может попасть в опалу. Потому что нельзя, например, очень уж резко критиковать власть, изучать оборотную сторону религиозной веры, подвергать сомнению веками существующие устои, которые передаются из поколения в поколение разве что по инерции… Но, согласитесь, важно не ЧТО ты говоришь, а КАК ты говоришь. Раскольников вот убил двух ни в чем не повинных людей. Плохо это? Разумеется. И что же теперь, уничтожить роман Достоевского и забыть раз и навсегда этот сюжет? А ведь он только повод, чтобы поразмышлять о состоятельности и ложности некоторых идей. Но никак не культ жестокости и насилия.

Мы же все время ищем подводные камни там, где их нет.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.