На дне: томич Дмитрий Горн о тайне парохода «Индигирка»

27-летний Дмитрий Горн из Томска – морской путешественник. Он совершил пять подводных экспедиций в Японском море. В декабре собирается на Симиланские острова в Андаманском море, а летом отправится на Белое. Ради фотоснимков роскошного подводного царства побывал на Красном и Южно-Китайском морях. Но эти поездки экспедициями не считает, называет туристическими.

Излюбленное место поисковых погружений – Японское море. В Черном, по мнению Дмитрия, менее интересно.

– Живности гораздо меньше, и прозрачность воды хуже. Плюс в Японском море происходили важные исторические события – Русско-японская война, Вторая мировая. И обе оставили свои следы – снаряды, авиационные бомбы, запасные части торпед. Много затонувших кораблей и судов. Это тоже привлекает дайверов, – перечисляет преимущества Дмитрий.

Человек моря

Подводный стаж Дмитрия Горна 10 лет. Начинал первокурсником в университетском СКАТе, в секции подводных экспедиций. Первая экспедиция состоялась в 2005 году на остров Сахалин.

– Ощущения были необычные, впервые испытанные. Я погружался на море, в среде, которая отличается от томских рек и озер. Естественно, это другая плотность жизни под водой, другая видимость, глубина, рельеф и ландшафт: камни, скалы, гроты, ущелья… У себя я ничего подобного не видел, – вспоминает Дмитрий.

Тогда же побывал с ребятами в уникальном заповеднике на острове Монерон в Татарском проливе:

– Я увидел такое разнообразие животного мира, такое количество трепанга, осьминогов и других морских обитателей, какое можно наблюдать только на этом острове.

В следующую поездку на остров Рикорда в Японском море подвод­ники выполняли задание кафедры биологии беспозвоночных ТГУ. Собирали крабов, асцидий, креветок, раков-отшельников и других беспозвоночных – словом, все, что в руки попадется.

С катастрофой один на один

Самое интересное и запоминающееся путешествие, замечает Дмитрий, состоялось в августе этого года. Участники экспедиции провели около двух недель на уже знакомом острове Рикорда. У Дмитрия за это время было 12 погружений, каждое из которых продолжалось от получаса до 45 минут.

– Мы занимались поиском парохода «Индигирка», затонувшего возле острова Хоккайдо в Японском море, – рассказывает дайвер.

Эта трагедия произошла в 1939 году. На борту судна находилось около 1 500 человек: политзаключенных Дальлага, освобожденных из-под стражи, промысловых рабочих, женщин, детей. Но точная цифра до сих пор не установлена. Пароход шел во Владивосток из бухты Нагаева. В шторм налетел на риф Тодо у северного берега острова и затонул. Погибло более 700 человек. 430 пострадавших спасли японцы.

– Дело в том, что возле острова Карамзина, который находится в30 кмот Владивостока, покоится некое судно на глубине от 18 до24 метров, и все дайверское сообщество убеждено, что это пароход «Индигирка». Как он мог там оказаться, никому не известно. И тот ли это пароход? Известно, что на Дальнем Востоке было три судна с таким названием. Вот, собственно, это мы и пытались выяснить, – поясняет Дмитрий.

Подводными исследованиями, связанными с этим кораблекрушением, Горн и его одноклубники занимаются в течение трех лет вместе с дальневосточниками.

– Судно сильно повреждено, внутри куча ила, гравия и камней. Оно полностью обросло морскими организмами, стало искусственным рифом. В общем, совсем не так, как показывают в фильме «Титаник», – говорит Дмитрий.

Работать с ним, по словам подводника, было тяжело. Эта работа заключалась в том, чтобы сделать характерные замеры сохранившихся частей: диаметра винта, ширины палубы, высоты борта и т.д.

– Остов судна на самом деле никаких чувств не пробуждал. Страшно, когда попадаешь внутрь и видишь, например, ботинок, который принадлежал человеку, и думаешь, что он, возможно, утонул, – продолжает Дмитрий.

Томским дайверам удалось поднять большое количество артефактов, элементов конструкции, машин, электрооборудования, внут­реннего убранства. На месте их зафиксировали и привезли в Томск:

– На них есть маркировки, какие-то буквы, цифры, по которым мы надеемся вместе с экспертами определить, когда затонуло судно. Но в Томске, к сожалению, нет специалистов, которые бы имели опыт обработки и фиксации металлических предметов, поднятых из соленой воды.

Эту методику Дмитрий намеревается освоить самостоятельно. В дальнейшем находки станут экспонатами музея подводников.

Дмитрий склоняется к тому, что это все-таки не тот пароход, который затонул в 1939 году.

Томск, где ты?

– Кроме того, у нас уже много лет развивается клубная тематика, связанная с кораблями, носящими имя «Томск». Это минный заградитель «Томск» и большой десантный корабль «Томский комсомолец». Они в разное время несли службу в Охотском и Японском морях. Были списаны, но их дальнейшая судьба неизвестна. В архивах документов нет. Но мы все равно ищем, есть наработки, но конечного результата пока не достигли, — объясняет Дмитрий Горн.

Дайверские страдания

Любое погружение под воду связано с определенным риском и опасностью. В Японском море одна из главных неприятностей, подстерегающих дайвера, – морские ежи, устилающие в гигантском количестве дно.

– Когда иголки попадают под кожу, они обламываются, и вытащить их практически невозможно. Нужно делать разрез. В противном случае это может привести к очень нехорошим последствиям для здоровья. Я знаю одного подводника, который, будучи в экспедиции, поранил иголками колено и вовремя их не извлек. Началось воспаление. Много лет он хромает и никак не может вылечиться, – комментирует Дмитрий.

Морской еж, утверждает Горн, мгновенно прошивает толстый китайский сланец, не говоря уже о гидрокостюме. Налететь на иголки можно запросто.

– Когда вы находитесь под водой, вам нужно регулировать свою плавучесть, чтобы удерживаться на одной глубине. Профиль дна меняется, и нужно плыть, не касаясь его. При этом, если вы фотографируете какую-нибудь актинию и, увлекшись, потеряли контроль плавучести, вы легонько опускаетесь на дно, пузом на ежей, – объясняет Дмитрий.

Признается, что самый большой страх испытывает все-таки перед акулой, хотя случаев нападения на дайверов практически нет:

– Есть определенный риск, когда человек прыгает с лодки или ждет своего напарника на поверхности воды, ведь что творится в голове у хищника, никто не знает. В желудках у акул такие вещи находят! Они глотают якоря, веревки, бочки, все, что подвернется.

Пару лет назад в Японском море акула дважды покушалась на людей возле острова Желтуха и в бухте Теляковского. Один купальщик отделался легким укусом, а вот другому зверюга откусила обе кисти рук. Томичи буквально за пять минут до ЧП ушли с этого места.

Морские путешествия дайверы совершают, как правило, летом. Дмитрий планирует отправиться на Белое море, а в декабре собирается на острова возле западного побережья Таиланда – расширять свой дайверский кругозор. В долгие зимние месяцы подводники тоже не скучают. Оттачивают свое мастерство в Томске. Испытано много водоемов в Томской и соседних областях. Выбрали самое подходящее – Кудровское озеро. Первое погружение обычно происходит, когда встанет лед. Дмитрий уже готовится.

В любительском дайвинге установлены ограничения на погружение – не более40 метров. Под свою ответственность я нырял на глубину43 метра.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.