Николай Бадулин: О венчурных рисках бюрократии

Николай Бадулин, бизнес-ангел, генеральный директор ОАО «Инновационная управляющая компания «ФиБр»

Почти 22 млрд рублей готовится списать Роснано на лопнувшие проекты, в основном в области альтернативной энергетики (как раз свежа в памяти история с «Зи Поли Томск», чья технология производства поликристаллического кремния для солнечных батарей могла стать мировой сенсацией и главным производством ОЭЗ ТВТ «Томск», но при масштабировании оказалась неудачной). С одной стороны, это обычные венчурные риски (по оценке Wall Street Journal, от трети до четверти венчурных проектов проваливаются, а Роснано за 4 года профинансировала проектов на 133 млрд рублей). С другой – особенности российского инновационного менеджмента.

Вспомним состояние экономики, которое было в пору основания Роснано (сентябрь 2008 года): гигантский мировой финансовый кризис, в котором Россия пострадала больше других крупных развивающихся экономик. В этом смысле Анатолий Чубайс (глава Роснано. – Прим. ред.) взялся решать суперважную задачу, став во многом камикадзе. Однако построение инновационной системы в масштабах страны оказалось не по зубам госкорпорации (даже с пришедшим ей на помощь Сколково, при содействии РВК и прочих институтов развития). Тут с наскока ничего не решишь. Инновационные задачи – это задачи иерархического типа, это стратегии, в которых одного только желания или денег недостаточно. А стратегия в этой сфере у правительства как раз отсутствует. Несмотря на все разговоры о передаче полномочий от Роснано на места, все решения жестко контролируются в Москве, кадровая политика совершенно невнятная, система мотивации у топов в корне расходится с тем, как устроена жизнь в регионах. Ну не способен человек с окладом в 500 тыс. рублей в месяц заниматься R&D – «ерундой», с его точки зрения. Ему нужен «мегапроект»! А как его сделать «в чистом поле»? Только по методу «Зи Поли Томск». И так несколько раз, падая и поднимаясь. Неслучайно в книге «Тропический лес» Грег Хоровитт написал: «Для подготовки венчурного капиталиста требуется 20 млн долларов». А сколько партнеров у Роснано в Томске? Раз-два и обчелся, даже «Сигма» и та сворачивает работу. В Китае же партнеров сотни тысяч, уже две трети технопарков – частные. В итоге завод светодиодов ­НИИПП упростил проект – делает светодиоды из китайских кристаллов, оттого у лидера российского ВПК основа чипа для мехатроники – китайская, наше только ПО. Я лично закрыл в прошлом году две R&D-разработки, которые мы делали специально для Роснано: ФиБр-Поролен – высокодисперсные полиуретановые покрытия для криволинейных изделий и ФиБрА – нанособционные фильтрующие материалы. Сейчас закрываю ФиБр-Мед – серебросодержащие медветпрепараты. Хотя 5 лет «пахали» и ждали…

 Инновационные задачи – это задачи иерархического типа, это стратегии, в которых одного только желания или денег недостаточно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.