Владимир Байтингер обратился за помощью к губернатору

Томский НИИ микрохирургии в следующем году отмечает 20 лет с момента создания и 16 лет со времени выхода постановления губернатора «О развитии микрохирургической службы в Томской области». Казалось бы, единственная в области специализированная клиника микрохирургии, масса достижений, раскрученный бренд, активная благотворительная деятельность, признание за рубежом… Есть все для того, чтобы испытывать чувство удовлетворения за «ненапрасно прожитые годы». Но почему же основатель и руководитель НИИ профессор Байтингер утверждает, что прошедшие 20 лет – это бег с бесконечными препятствиями, а высокие результаты получены не столько благодаря, сколько вопреки. Владимир Байтингер ответил на вопросы корреспондента «ТН».

Охотники за новым

– Микрохирургия – это целый космос, – профессор предваряет интервью презентацией любимого дела. – Она существует как технология, предполагает использование очень тонкой техники, инструментария, шовного материала, оптики и позволяет выполнять операции в разных видах хирургии, значительно улучшая их результаты. В Томске наш институт стимулировал внедрение арсенала микрохирургии в онкологии, травматологии, урологии в ряде лечебных учреждений. Но наш ориентир – не технология микрохирургии, а реконструктивная микрохирургия. Это совершенно новая идеология с выходом на специальность. Наш институт – единственная в России и СНГ структура, которая подобно микрохирургическим центрам Франции и Бразилии проповедует идеологию реконструктивной микрохирургии, то есть использование реконструктивных микрохирургических операций при разных патологиях (врожденные и приобретенные дефекты мягких тканей, костей и суставов, включая тканевую инженерию для выращивания органов и тканей). Перспективы для пациентов просто фантастические! Микрохирурги могут провести пересадку лимфатических узлов, внутриствольные операции на нервных волокнах, сформировать мочеиспускательный канал и другие органы с сохранением функций. Им подвластно восстановление чувствительности и движений некоторых частей тела после травмы спинного мозга. Настоящей революцией скоро станет выращивание органов из тканей организма, так называемая тканевая инженерия. Уже сегодня возможно выращивание кожи, хрящей, кровеносных сосудов… Реконструктивная микрохирургия с использованием тканевой инженерии – это то, что не могло присниться людям в самом фантастическом сне.

– Томские микрохирурги идут в русле современных тенденций?

– Стараемся не отставать от зарубежных коллег. У нас существует настоящее микрохирургическое братство, объединяющее специалистов (а это штучный товар) всего мира. Коллеги из Австралии, Бразилии, США, Японии и других стран хорошо нас знают и охотно делятся опытом. Но, к сожалению, новейшие супертехнологии не очень востребованы в Томске. Например, несколько лет назад мы разработали проект тканеинженерного центра, получили за него награду Минэкономразвития. Однако мои попытки заинтересовать администрацию Томской области не увенчались успехом, и я подарил проект Белгородскому госуниверситету. Наши совместные с бразильскими специалистами наработки по восстановлению чувствительности и движений тазовых органов после травмы спинного мозга пригодились в других городах, но, увы, не в Томске. Сегодня НИИ готовится к внедрению технологии выращивания нижней челюсти пациенту из Республики Тыва. Но каким окажется будущее этой технологии в Томске, сказать трудно.

– Подобное отношение вызывает досаду?

– Мягко говоря. У меня такое ощущение (в научном плане), что я бегу за последним вагоном уходящего поезда и никак не могу его догнать. Меня многие не понимают, считают снобом, но они просто не в теме.

Вечные квартиранты

– Недавно вы выступали на заседании Законодательной думы области. Надеетесь на какие-то подвижки?

– Я много лет добивался, чтобы меня послушали в областной Думе. Благодаря Галине Немцевой и Леониду Глоку мне дали такую возможность. Это было связано с тяжелым периодом, когда ОКБ возглавлял Максим Заюков. Так вот, в бытность его главврачом он прислал к нам бригаду ремонтников, которая все разбомбила, и тут же перебросил ее на другой объект. Чтобы не остановить лечебный процесс, мы влезли в долги и сами сделали ремонт. Согласитесь, что такое отношение к учреждению, которое работает в том числе и на имидж ОКБ, недопустимо. К счастью, новый главврач Михаил Лукашов это понимает.

– О каких проблемах вы говорили депутатам?

– Прежде всего о недостатке площадей. 497 квадратных метров, которые мы занимаем в ОКБ, – это квартира бизнесмена. А институту и клинике на таких площадях очень тесно. Дорогостоящее оборудование, которое мы тоже приобретаем за свой счет, частично размещается в коридоре. Надо бы уже как-то определиться: либо окончательно передать нам эти площади, либо предоставить в собственность отдельное, более просторное здание и покончить с этой неопределенностью. А в целом я ставил перед собой задачу изменить отношение к нашему учреждению, потому что неудовлетворенность работой в Томске достигла апогея.

У нас общее дело

– В чем еще, кроме площадей, проявляется плохое отношение?

– Чиновники от здравоохранения считают, что мы для них чужие. Но зачем делить на наших и ваших? Ведь у нас общее дело — лечение наших пациентов. Мне кажется, более конструктивно попытаться объединить под своим крылом учреждения с разными формами собственности и посмотреть, кто на что способен, у кого какие изюминки. Исходя из этого и поддерживать под общей идеей создания положительного имиджа Томска в России и мире.

– Как, на ваш взгляд, должны строиться взаимоотношения с властью?

– Сейчас наступает интересное время – время профессионалов. А профессионалов нельзя вызвать на ковер и отчитать. Моя мечта, чтобы чиновник пришел и спросил: какие, профессор, у вас проблемы, какая нужна помощь? Наш институт, без преувеличения, изюминка Томска – то, что отличает регион № 70 от других территорий. Надо пытаться сделать его бриллиантом.

– С чем связываете надежды на будущее?

– Со своей командой, сформированной в основном из сотрудников кафедры пластической хирургии, которую я создавал и которую в мае был вынужден покинуть под давлением и.о. ректора СибГМУ. В команде – Константин Селянинов, Владимир Чвырин, Артем Никулин, Оксана Курочкина, другие талантливейшие ученые и врачи. Откровенно скажу, что большие надежды связываю с сыном Андреем. Он пока студент и не имеет права работать врачом. Но уже видно, что он ученик знаменитого бразильского микрохирурга Джоами Бертелли.

Я встречался с губернатором Сергеем Жвачкиным, его замом Чингисом Акатаевым, и у меня затеплилась надежда на просветы. Я очень хочу, чтобы наш институт остался в Томске. Если нам подставят плечо, мы отработаем на 200 процентов!

 

Из письма губернатору С. Жвачкину

Уважаемый  Сергей Анатольевич!

29.04.2013 в Кремле завершились российско-японские переговоры на высшем уровне. Президентом РФ В. Путиным и премьер-министром Японии Синдзо Абэ было подписано соглашение об инвестициях с японской стороны

(1 млрд долларов США) в Сибирь и Дальний Восток по трем направлениям. Одно из них – новые медицинские технологии.

В 2009 году в числе лидеров мировой микрохирургии я был на приеме у Синдзо Абэ, где он заявил, что приоритетным для Японии в области хирургии является реконструктивная микрохирургия (супермикрохирургия), основателем которой является мой шеф профессор Исао Кошима (Токио).

Предлагаю воспользоваться этим моментом* для преобразования единственного в РФ института микрохирургии в российско-японский институт микрохирургии с участием Токийского университета с получением современных микрохирургических супертехнологий и организацией совместной лечебной и научной работы в области тканевой инженерии.

Президент АНО  «НИИ микрохирургии» заслуженный врач РФ, профессор В. Байтингер

 

*Выйти с ходатайством в правительство России об участии в реализации этого соглашения в рамках выделенной суммы. Подобное предложение было отправлено 2 июля японской стороне.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.