Заглянуть в глубь веков

Как алтайские раскопки подружили томских ученых с Эрмитажем

Для ученого, занимающегося исследованиями древности, большая удача найти во время раскопок интересные артефакты. Ольга Зайцева, кандидат исторических наук, сотрудник лаборатории «Артефакт» и заведующая кафедрой антропологии и этнологии ФИПН ТГУ, считает, что ей профессионально повезло, так как довелось прикоснуться к необычному археологическому памятнику.

Такой памятник во время раскопок открыт учеными ТГУ и их коллегами из Эрмитажа и РАН в Хакасии. Это грунтовый могильник Оглахты (Боградский район), в котором обнаружено захоронение с уникальной сохранностью предметов из органики, относящийся к таштыкской архео­логической культуре 1 700-летней давности.

В прошлом году, несмотря на то что в планы вмешалась пандемия, несколько экспедиций все же удалось совершить. Они оказались успешными, и в этом году работа была продолжена. Ее важность можно оценить тем, что исследования поддержаны Фондом президентских грантов, и в них участвовали уже не только ученые, сотрудники Эрмитажа, но и волонтеры из десяти регионов.

Об уникальном исследовании и других наработках лаборатории «Артефакт» беседа с Ольгой Зайцевой.

Магнитная разведка

– Ольга, чем вызван такой большой интерес к Оглахтинскому могильнику?

– Этот могильник до сих пор остается большой загадкой для ученых. Еще в начале ХХ века там были обнаружены погребения, в которых сохраняется органика. Это огромная редкость. Обычно археологи находят керамику, кости, камни. Вся одежда и органические материалы истлевают. Мировой науке известны лишь несколько случаев полного сохранения органики, к примеру, замерзшие могилы Алтая. Оглахтинский могильник замечателен тем, что там нет никакой мерзлоты, и пока не совсем понятно, за счет чего в могилах III–IV века нашей эры органике удается уцелеть.

Только там мы можем увидеть, как были одеты люди, поскольку среди находок встречаются шубы, сапоги, головные уборы. Как этнограф, наблюдающий живую культуру, видит все ее многообразие, так мы наблюдаем ее в некоторых захоронениях могильника.

– Как вам удалось его найти?

– Оглахтинский могильник известен с начала ХХ века. Новые объекты мы нашли с помощью аэрофотосъемки. Особенностью этих объектов является то, что они очень слабо выражены в рельефе. Это не курганы, которые хорошо видны на местности, а грунтовые могилы. Их делали так – выкапывали яму, ставили в нее сруб, оборачивали берестой и засыпали землей сверху.

Для того чтобы понять, что там в земле, мы проводили геофизические исследования – буквально заглянули под землю с помощью магнитной разведки. Полученные данные сейчас обрабатываются. Одно из захоронений было вскрыто, но сделали мы это не из любопытства, а из-за опасений, что оно будет утрачено.

Спасательные раскопки

– Что происходит с могильником и почему ученые считают, что уникальный объект находится под угрозой?

– Могильник находится на берегу Красноярского водохранилища, эксплуатация которого привела к изменению уровня грунтовых вод. Возможно, эти процессы связаны также и с глобальным потеплением. На территории могильника стали образовываться провалы, которые разрушают захоронения. Есть реальная угроза, что та прекрасно сохранившаяся органика, которая присутствует в Оглахтинском могильнике, может быть утрачена.

Один из таких провалов мы решили исследовать, полагая, что он образовался над погребальным срубом. Фактически это были спасательные раскопки.

– Что находится в этих захоронениях?

– Уникальность этого объекта сыграла в его судьбе злую роль – после извлечения артефактов из органики, было непонятно, что с ними делать, и они передавались в столичные музеи – в Государственный Эрмитаж и Государственный исторический музей, где была надежда их сохранить и отреставрировать.

Первооткрывателем могильника по чистой случайности стал местный пастух, который провалился в одно из захоронений. Он очень испугался, поскольку увидел под землей погребальных «кукол», которые имели форму человека. Их делали из кожи либо ткани, внутрь зашивали кремированный прах реального человека.

Вскоре после этого в 1903 году на Оглахты отправился ученый Александр Адрианов, который был связан с Томским государственным университетом. Он раскопал еще одну могилу с органическими останками прекрасной сохранности. Продолжил исследования Оглахтинского могильника через полвека известный археолог Леонид Кызласов. Ему также посчастливилось открыть одну могилу с сохранившейся органикой. Находки из этой могилы были переданы в Эрмитаж. Сейчас к этим материалам огромный интерес со стороны отечественных и зарубежных исследователей, так как появились совершенно новые методы: изотопный анализ, возможности изучения древней ДНК…

Смерть – еще не конец

– О чем говорят находки из Оглахтинского могильника?

– О многом. К примеру, они показывают, что у людей, которые жили на среднем Енисее много веков назад, было совсем другое понимание смерти, чем в современном мире. У них были очень сложные многоэтапные формы обращения с умершими, которых кремировали, мумифицировали, делали погребальные куклы. Если, к примеру, сейчас человек умер, считается, что наступила физическая смерть, она означает конец. Древнее население среднего Енисея воспринимало кончину совсем иначе. Социальные связи еще очень долго не разрушались, и человек считался живым.

Вначале покойный мумифицировался, на него надевалась погребальная маска, которая моделировала лицо. Судя по всему, какое-то достаточно продолжительное время умерший находился среди живых, позже он захоранивался в землю. В погребальных срубах очень часто сочетаются кремация и мумификация.

Взгляд из космоса

– Ольга, есть ли другие интересные находки?

– Одно из открытий нам удалось сделать, сидя в лаборатории в подвале главного корпуса ТГУ. Это может показаться странным, ведь археологические находки прочно ассоциируются с экспедициями и раскопками. В ходе анализа космоснимков Кош-Агачского района Республики Алтай мы обнаружили древний рудник. Точнее, увидели множество странных объектов, похожих на шахты. Летом мы отправились в то место, где, судя по координатам, мог находиться рудник, и не ошиблись! Там действительно видны сотни выработок – углуб­лений, оставшихся после того, как люди извлекали железную руду.

Сейчас мы выполняем проект при поддержке РНФ, посвященный изучению технологий добычи железа в Южной Сибири IV–VII веков нашей эры. Ранее проведенные исследования показывают, что в древнем Алтае металлургия железа была очень развита. Наша находка – еще одно подтверждение этого факта.

На всех рудниках была проведена аэрофотосъемка, созданы 3D-модели рельефа и отобраны образцы руды и шлаков для геохимических исследований. Анализ проб поможет археологам определить, в какое время разрабатывались эти месторождения.

Вася, Надя и древние руны

– Одна из экспедиций лаборатории была посвящена исследованиям древних рун. Что нового нашли?

– Целью экспедиции была съемка ранее найденных рун, которые сотрудники лаборатории «Артефакт» изучают вместе с лингвистами ТГУ в рамках мегагранта под руководством Анны Дыбо.

Орхоно-енисейская, или древнетюркская, письменность использовалась народами, жившими на территории Средней и Центральной Азии, а также Южной Сибири в период раннего Средневековья. Из-за внешнего сходства орхоно-енисейских символов с германскими рунами их также часто называют древнетюркскими рунами. Большинство текстов, дошедших до нас, были высечены на камне, в основном это эпитафии. Однако на Алтае почти нет поминальных стел с эпитафиями, а большинство древнетюркских текстов вырезаны на скалах, и среди них встречаются не только поминальные, но и молитвенные и повседневные записи.

Такие надписи зачастую прорезались тонкой неглубокой линией. В результате выветривания в течение длительного времени большинство таких надписей стали почти неразличимы. Для того чтобы символы можно было правильно зафиксировать и прочитать, мы ведем работы по трехмерному документированию этих памятников с использованием технологии цифровой фотограмметрии. Это достаточно долгая процедура. Так, для фиксации одной небольшой скальной плоскости может понадобиться одна-две тысячи снимков и от трех до шести часов времени.

От правильной фиксации зависит, будут ли руны верно расшифрованы. По результатам исследований предыдущих лет, есть надписи, которые изучались уже более века, но так ни разу и не были правильно скопированы, из-за чего их невозможно было правильно прочитать.

Всего на Алтае было обнаружено около сотни надписей. Главная угроза для памятников эпиграфики – человеческий фактор. Надписи «Вася» или «Надя», нанесенные руками туристов, часто появляются поверх рунических надписей, и тем самым повреждают или уничтожают их. Есть проблема «подновления» надписей местными «экскурсоводами». В этом случае надпись теряет свою научную ценность. Такие «подновления» зачастую неправильны, и мы уже не можем быть уверены, что именно там было написано изначально, даже если при варварском обновлении надписи не было допущено ошибки.

Автор: Анна Крылова
Фото предоставлены лабораторией «Артефакт»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *