Один на яхте, другой на нарах

Станет ли Михаил Ходорковский политзаключенным?  

14 марта в российский офис международной правозащитной организации «Международная амнистия» («МА») поступило письмо от отечественных деятелей культуры и науки с просьбой признать Михаила Ходорковского политическим заключенным. Письмо подписали актеры Лия Ахеджакова, Наталья Фатеева, Олег Басилашвили, режиссер Эльдар Рязанов, журналисты Владимир Познер и Леонид Парфенов, писатели Борис Акунин, Борис Стругацкий, Игорь Иртень­ев, Людмила Улицкая – всего 45 известных людей. По их мнению, Ходорковский должен иметь статус политзаключенного как человек, осужденный «за высказывание своих убеждений».

Подобные обращения российских общественных деятелей в защиту Ходорковского уже поступали в адрес «МА», однако секретариат организации отказывался удовлетворить ходатайства, мотивируя это тем, что не располагает достаточным количеством доказательств того, что Михаил Ходорковский лишился свободы за политическую деятельность.

И вот – очередное послание. Как оценивают шансы Ходорковского стать политзаключенным томские правозащитники?

Владимир Львов, преподаватель техникума инновационных технологий, с 1991 по 2005 годы – координатор «МА» в Томске:

– Зная устав «Международной амнистии», я расцениваю шансы на присвоение статуса политзаключенного Михаилу Ходорковскому как 50 на 50. Дело в том, что этой независимой организации нужны доказательства, а не эмоции. К сожалению, в обращении, подписанном людьми, которых я очень уважаю, преобладают эмоции. К тому же в секретариате «МА» есть люди, которые не хотят скандала с Россией. Сейчас многое зависит от того, смогут ли авторы письма с по­мощью юристов предоставить доказательства политических мотивов в деле Ходорковского. В случае если он получит такой статус, его ждет мощная защита вплоть до привлечения Страсбургского суда.

Василий Ханевич, руководитель музея «Следственная тюрьма НКВД»:

– Для меня, как и для большинства здравомыслящих людей, Михаил Ходорковский фактически и есть политзаключенный. Но формально такого статуса, который гарантировал бы ему справедливое правосудие и защиту со стороны мировой общественности, у него нет. Поэтому, будь у меня возможность поставить свою подпись под письмом сорока пяти, я бы это непременно сделал. У нас ведь как получается? По формальным признакам человека судят вроде бы за экономическое преступление, а подоплека дела – политическая. Такое мнение складывается у людей из-за избирательности российской системы правосудия. Одни наши миллиардеры скупают яхты и недвижимость за границей, другие шьют рукавицы на зоне. Если, как заявил Путин, «вор должен сидеть в тюрьме», то при объективной судебной системе «все воры должны сидеть в тюрьме». Я не берусь прогнозировать, каким будет решение «МА», но мне бы очень хотелось надеяться на положительное.

 

Кто подпадает под статус политзаключенного?

Согласно критериям «МА» лицо, лишенное свободы, подпадает под понятие «политзаключенный» лишь в том случае, если лишение свободы было применено явно по политическим причинам без связи с каким-либо правонарушением.

 

Кого из соотечественников признавали политзаключенными?

«МА» признавала политзаключенными всех бывших узников лагерей и психиатрических клиник в СССР, обвиненных по статьям об антисоветской агитации и пропаганде, измене родине и клевете на советский строй (Андрей Сахаров, Людмила Алексеева, Лариса Богоряд…). В новейшей российской истории таковыми признавались военные журналисты Григорий Пасько и Александр Никитин, ученый Игорь Сутягин.

 

Угол зрения 

За Родину обидно

Хорошо помню времена, когда «не читали, но осуждали». Инициированное властью массовое улюлюканье в адрес осуждаемых как бы демонстрировало общественное одобрение направленных против «отщепенцев» действий – изоляцию в психушках и на зоне, выдворение из страны. Но при всей гнусности происходившего власть не скрывала, что первопричина публичного избиения лежит в сфере политики.

Сегодня все по-другому. Но тоже противно. Народу настойчиво вдалбливают, что никакой политики в деле Ходорковского нет, а есть исключительно экономические мотивы. Может, и так – разобраться-то невозможно. А поскольку граждане в основной своей массе экономически и юридически безграмотны, то делают выводы, исходя из собственных примитивных наблюдений и подозрительных совпадений. И в результате находят связь между уголовным преследованием Ходорковского и его желанием пойти во власть. Правда ли это – рассудит история.

Но лично мне, такой же наивной, как авторы письма сорока пяти, искренне жаль умного мужика, которого сделали «политическим трупом»: к окончанию второй отсидки ему стукнет 64. Жаль идеально выстроенную, социально активную, а ныне разваленную компанию, топ-менеджеры которой схлопотали длительные сроки. И обидно за Родину. Из-за процессов над Михаилом Ходорковским Россия в очередной раз стала пугалом для цивилизованного мира.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *