«Я же не мог убить!»

Судебное разбирательство по убийству, случившемуся в сентябре в одном из сел Томского района, заняло один день. Явились все свидетели, были представлены собранные доказательства. Подсудимый не отрицал своей вины. Еще крепкий, нестарый на вид 70-летний мужчина, он так и не смог дать никаких показаний в процессе. Голос сорвался. Он опустил голову, избегая встречаться взглядом с родственниками, и с трудом произнес единственное: «За что меня Бог так наказал?..»

Наказывать двух пожилых братьев Андрея и Михаила Бондаревых Богу было действительно не за что. Оба достойно прожили жизнь, работали, вырастили детей. На старости лет занимались хозяйством – только Михаил в Челябинской, а Андрей в Томской области. Так уж распорядилась судьба: Михаил вышел на пенсию с должности инженера атомного производства и проживал в закрытом городе. Но каждый год вместе с женой навещал любимого брата.

Так было и в нынешнем сентябре. В день приезда гостей Андрей пребывал в приподнятом настроении: с утра сходил с приятелем на рыбалку, наловил свежей рыбы, запасся водкой – ждал!

Приехали. Новостей за год скопилось много, за разговором братья засиделись допоздна. Водка уходила рюмка за рюмкой, и, сколько было выпито «за встречу», Бондаревы не считали. Честно говоря, Михаилу давно пора было остановиться: несмотря на завидное здоровье, алкоголь действовал на него тяжело, в пьяном виде он терял память, вплоть до полной неспособности вспомнить утром, что происходило накануне. (Впрочем, пил мужчина редко, и, даже находясь в сильнейшей степени опьянения, ни в чем предосудительном замечен не был.)

Застолье продолжалось, женщины ушли спать. Разбудил их какой-то странный звук, доносящийся с кухни. Не крик, не ругань, не шум борьбы или возни; просто что-то громко сдвинулось с места. Выбежав из спальни, они увидели залитого кровью Андрея, уже оседавшего на пол, и Михаила со страшными, бессмысленными глазами, державшего в руке кухонный нож.

Жена Андрея, Анна, бросилась к мужу, пытаясь оказать первую помощь, пока невестка вызывала «скорую». Но раненый уходил – Анна, всю жизнь проработавшая медсестрой, это видела и понимала, что помочь уже невозможно…

Прибывшим на место врачам «скорой помощи» оставалось только констатировать смерть.

— Когда Михаил Бондарев пришел в себя, он никак не мог смириться с происшедшим, — рассказывает заместитель прокурора Томского района Ирина Перелыгина. – Не то чтобы он не признавал своей вины. «Раз жены говорят, что так было, значит, и вправду было. Но я же не мог убить!..»

Михаила Бондарева взяли под стражу, поместили в СИЗО. Была проведена положенная в таких случаях психиатрическая экспертиза, но к однозначному заключению врачи не пришли. Пришлось отправлять подследственного к кемеровским коллегам для стационарного комплексного психолого-психиатрического исследования. Те сделали вывод: «Учитывая… негрубые нарушения памяти в сочетании с амнестическими формами алкогольного опьянения и вероятностью повторения психотического эпизода, М. Бондарев представляет общественную опасность и нуждается в амбулаторном принудительном лечении и наблюдении у психиатра по месту жительства».

Не было ожидаемого приговора, связанного с лишением свободы, – подсудимый был фактически отпущен из зала суда домой. Ему выпало наказание страшнее тюремного срока: он так и не смог вспомнить, как и за что убил в пьяном виде близкого человека.

(Данные героев материала изменены.)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *