Экономические трения

Технологию сварки 40 лет не могут внедрить в производство

Мало кто знает, что существует сварка трением, придуманная в СССР еще в 1960-е. Еще меньше людей знают о ее логичном продолжении – сварке трением при знакопеременных колебаниях, разработанной томским инженером-механиком Григорием Белошапкиным.

Все 40 лет, что велись разработки, этой технологией интересовались разные предприятия, в том числе и зарубежные, однако дальше этого дело не двигалось. Сегодня к этой технологии вновь присматриваются промышленники: ведутся переговоры с Роскосмосом, который хочет использовать уникальный метод для сварки топливных баков ракет; РЖД ищет более эффективные способы сварки рельс; Газпром интересует сварка нефте- и газопроводов. Но реального движения по-прежнему нет.

Колебательные технологии

– Каждый уважающий себя мужчина хоть раз в жизни сгибал проволоку. Что при этом происходит? Она нагревается, – раскрывает секрет изобретатель.

При трении с колебаниями происходит взаимная деформация металла, в результате изделия схватываются друг с другом. Обычная сварка трением пригодна лишь для круглых деталей и требует большого давления. Именно поэтому метод не подходил для нефтегазового дела: при подобном давлении трубы нефтепровода с тонкой стенкой будут наползать друг на друга как чулок. Однако если вместо вращения использовать колебания, можно сваривать детали любой формы и размера, сократив давление в 100 раз.

– Чтобы процесс при сварке трением шел нормально, давление на 1 кв. см изделия должно быть равным 500 кг, то есть даже при сварке небольшой детали может понадобиться 4 тонны. Разработанная мною технология позволяет вместо 1 тонны использовать 10 кг, а это меньшие габариты оборудования, меньшая металлоемкость, – рассказывает Григорий Белошапкин.

А при обычной электродуговой сварке металл плавится и выгорают такие элементы, как, например, хром и никель. В результате состав шва существенно отличается от состава основного металла. Кроме того, при традиционной сварке образуются пузыри и шлаки. Сварка трением позволяет всего этого избежать и обеспечить новую производительность и небольшой расход энергии. Например, деталь любого размера и состава можно сварить за 30 секунд. То есть новая технология гораздо экономичнее и продуктивнее традиционных методов.

Это вам не нано

– Я все годы пытался найти инвестора. Однажды за один прием проехал 10 городов и 24 завода и увидел, в какой яме сегодняшняя промышленность. Кому нужны нанотехнологии, если у нас проблемы с обычной металлургией? – сетует Григорий Васильевич.

Причем непосредственно заводы проявляли живой интерес к новой технологии, но как только вопрос доходил до утверждения со стороны материнской компании, дело останавливалось.

С зарубежными фирмами тоже ничего не вышло. Немецкая компания, которая приглашала изобретателя для демонстрации нового метода, позже была перекуплена, а представитель американской фирмы попросту перерисовал технологию, пользуясь тем, что она не запатентована.

– Через 15 лет приезжаю на выставку, показываю фотографию – его коллеги тут же узнали. Выяснилось, что он хотел сам завладеть технологией, поэтому скрыл ее от начальства. Теперь Григорий Васильевич осторожно относится к иностранным инвесторам: те же китайцы, говорит он, запросто «сдерут технологию», и за ними не уследишь.

На вопрос «А не сдерут ли наши?» инженер сердится:

– Сам навязываю – никто не берет!

Например, проект с РЖД забуксовал в самом начале. С одной стороны, говорит Григорий Белошапкин, требования к качеству сварки ежегодно повышаются вместе с растущим грузопотоком и скоростью движения составов; появляются скоростные магистрали, а методы – дедовские. С другой:

– Мы вышли на вице-президента РЖД, нам организовали встречу, приняли идею на ура. Вопрос о финансировании решается уже второй год.

Как отмечает инженер, он уже не стремится заработать деньги и громкое имя от продажи технологии, он хочет лишь, чтобы его сорокалетний труд не вылетел в трубу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *