Григорий Шатров

72DU0287t

СКАЗАНО

Сергей Жвачкин, губернатор Томской области о первой скважине на Советско-Соснинском нефтяном месторождении

– Если бы не подвиг первопроходцев, не было бы ни города Стрежевого, ни нефтедобывающей отрасли Томской области. Мы с вами были бы другими людьми. Да и вся наша область была бы совсем другой. Представьте, сколько специалистов и рабочих набили руку на этой скважине, стали Профессионалами с большой буквы. Многих уже нет с нами, но мы помним о первых героях томской нефти. Потому что без уважения к прошлому не бывает будущего.

У каждого геолога есть заветная мечта – умыться первой нефтью из фонтана. Потому что ценность нефти выражена не только в денежных знаках. Это не только основа экономики, но и вектор политики, залог развития региона, страны и одно из главных условий процветания конкретных территорий. В начале XX века планета потребляла 20 млн тонн нефти, к началу XXI века – больше 500 млрд тонн. Нефть заняла доминирующие позиции в народном хозяйстве, и они вряд ли будут утрачены в обозримом будущем. Хотя в древности она была настоящим чудом – ее широко применяли в строительстве, в медицине, в военных целях. В Сибири о «каменном масле» знали давно: с XVIII века ряд ученых (Гмелин, Палас, Черский) говорили о нефтепроявлениях. Но поиски промышленных запасов начались в XX веке, и связаны они прежде всего с именем выдающегося ученого, родоначальника сибирской геологии профессора Томского технологического института Владимира Обручева и его учеников – Рязанова, Усова, Коровина, а также с неутомимым искателем сибирской нефти Ростиславом Ильиным. В одном из отчетов Обручеву Рязанов пишет: «Нефть в Сибири есть, но лежит глубоко, промышленная добыча возможна при глубоком бурении». Ожидания ученых не обманули. К середине прошлого века Западно-Сибирская нефтегазовая провинция стала фактом.

Сквозь болота и время

Первая томская нефть была получена в октябре 1954 года на окраине Колпашева – приток составлял два-три литра в сутки. Это была заявка на будущие фонтаны. Правда, еще почти 10 лет серьезные поисково-разведочные работы на севере Томской области не давали результатов. В апреле 1962 года фонтан дала скважина в Каргасокском районе. И, наконец, удача из удач – из пласта Б8 был получен промышленный фонтан нефти дебитом 500 тонн в сутки: открыто крупное Советско-Соснинское месторождение.

«Долго, тяжело искали эти тонны», – отмечал потом в воспоминаниях руководитель экспедиции легендарный геолог Евгений Даненберг.

При его непосредственном участии и под его руководством открыт ряд месторождений в Томской области: Северное, Чебачье, Малореченское, Советское. Они дали начало городу Стрежевому и всей томской нефтяной промышленности.

Спустя 50 лет можно констатировать: томская нефть состоялась в результате героической работы легендарных людей, сильных духом и твердых характером. Помимо сложнейших производственных задач им приходилось решать проблемы, которые выдвигало время. С каким трудом давалось освоение Васюганья! В топях тонула техника, оборудование доставляли вертолетами. Непросто было решать и бытовые проблемы, но отстроенный за короткое время поселок Пионерный стал образцом комфорта не только для томских вахтовиков, но и для специалистов из других регионов…

Смена руководства – отставка Николая Мержи и назначение Леонида Филимонова – вначале внесла сумятицу в ряды промысловиков. Но решительные действия нового начальника привели к развитию бурового комплекса, строительству капитальных дорог, большое значение стали придавать обустройству.

До сих пор не стихают споры о нужности появления города Кедрового. Он создавался под масштабные государственные задачи освоения Пудинского неф-тегазодобывающего района, «на вырост», но ситуация в стране изменила все в корне. Лавры и достойная судьба базового города нефтяников Кедровому не достались. Может, еще и потому, что не появился новый Лигачев.

Не естественные трудности

Лихолетье 1990-х катком прошло по судьбам промыслов и людей. Ветераны до сих пор задают себе вопрос: как удалось выстоять? Долги по зарплате, социальная напряженность, бартер, раскол «Томскнефти» и создание новой структуры «Томскнефтеотдача»… Казалось, что все висит на волоске. Рыночные передряги ломали единый механизм, сталкивали людей лбами.

Под руководством избранного коллективом Леонида Филимонова, вернувшегося с поста союзного министра, «Томскнефть» первой прошла сложные процессы приватизации при полном отсутствии нормативной базы и опыта как у государства, так и у акционеров.

Период коллапса был преодолен. Предприятие с огромными имиджевыми потерями все же было сохранено. Акционирование стало первым шагом к созданию Восточной нефтяной компании – интересного проекта, вертикально ориентированного холдинга, который включал в себя все маркетинговые звенья – от разведки и добычи до реализации продукции с высокой добавленной стоимостью.

Дальше в истории «Томскнефти» был непростой путь поиска компромиссов, ведущих к устойчивой модели работы предприятия, экономические кризисы. Преодоление проблем, невозможных при плановом хозяйстве, проходило при полном равнодушии государства к судьбе предприятий. Затем пошли первые рыночные успехи – прирост сырьевой базы, начало реализации газовой программы (при общей стагнации она была единственной тогда точкой роста), строительство Стрежевского и модернизация Ачинского завода по переработке сырой нефти, ввод Лугинецкой газокомпрессорной станции, привлечение инвестиций. И опять черная полоса – неудачные попытки спасти Восточную нефтяную компанию и томский ТЭК, а затем болезненная продажа контрольного пакета ВНК, принадлежавшего государству.

Передача активов в частные руки сопровождалась глобальной ломкой всех оснований – от идеологических до кадровых. Период, когда томский нефтяной гигант был частью ЮКОСа, и поныне вызывает жаркие споры. ЮКОСу была нужна только прибыль. Все, что мешало ее получению, мгновенно отсекалось. Тогда многим стало понятно: то, что могущественный рынок и успешный бизнес способны решить проблемы общества и государства, – глубокое заблуждение. Приход компании означал торжество временщиков – хищническое опустошение недр, уход от уплаты налогов через мошеннические схемы, сброс «социалки», коррупция… Эта история дала всем урок: полноценное освоение богатств страны должно идти со стратегическим главенством государства.

72DU7993

Новый отсчет

Через некоторое время после ликвидации ЮКОСа и вхождения «Томскнефти» на паритетных началах в «Роснефть» и «Газпромнефть» временный спад был преодолен. Началась стабилизация. Развивались и другие предприятия – «Востокгазпром», «Газпром трансгаз Томск», «Центрсибнефтепровод», «ТомскНИПИнефть». Удалось сохранить и реорганизовать «Томскнефтехим», построить новые мощности, зафиксировать вахтовый метод как основной инструмент освоения ресурсов и пространств. А 50-летней «Томскнефти» новые задачи и планы позволяют глядеть в будущее молодыми глазами.

Сегодня Томская область входит в десятку крупнейших неф-тегазодобывающих регионов России. За полвека добыто более полмиллиарда тонн ценного углеводородного сырья. К категории нефтегазоперспективных площадей относятся 72% территории нашего региона. Разведанные запасы нефти категорий А+В+С1 – 670 млн тонн, 357 млрд куб. м свободного, а также растворенного газа и 34 млн тонн газоконденсата. В отличие от Тюмени у нас нет крупных месторождений, зато есть много мелких, и поиск новых продолжается. Геологоразведка традиционно ведется на левом берегу Оби, и все промысловые районы сосредоточены на северо-западе области. На сегодня известно 131 месторождение. Около 70 из них находятся в разработке и эксплуатации, в нераспределенном фонде остается чуть больше десятка месторождений. На очереди и правобережье Оби: по результатам параметрического бурения и исследованиям через региональную сейсмику подтвердились признаки нефтегазоносности Предъенисейского района. Следы углеводородов есть, но до стадии целенаправленного поиска дело еще не дошло. Возможно, это будущий плацдарм для томской нефти.

В последние годы показатели добычи нефти в Томской области стабилизировались: около 10–11 млн тонн в год. Это позволяет стабильно увеличивать объем накопленной нефти. Прогрессу способствует инвестирование в геолого-разведочные работы – только в 2015 году объем частных вливаний превысил 7 млрд рублей.

Даже на левом берегу Оби еще не все найдено: не изведаны нижние горизонты – палеозойские отложения. Сейчас в Томской области разрабатывается в основном верхняя юра. Все, что ниже, ждет своего часа.

Бывают сюрпризы: одиночные месторождения находят даже там, где не ожидали геологи. К примеру, казалось бы, в бесперспективном Александровском вале в палеозойских породах выявлены залежи нефти. Некоторые месторождения получают второе дыхание: большой оптимизм вызывает ситуация на Двуреченском месторождении «Томскнефти» ВНК.

Общий прирост запасов ежегодно превышает объем добычи. Перспективы связаны с выявлением «трудной» нефти (трудноизвлекаемые запасы – ТРИЗ), нетрадиционных ловушек и сложных по геологическому строению участков баженовской свиты. Ранее ее серьезно не рассмат-ривали из-за низких притоков, качества углеводорода и трудностей доступа. Теперь есть технологии добычи тяжелой нефти, она может обеспечить неплохой дебит. Именно в Томской области появился первый в стране опытный полигон на Еллейском и Арчинском участках. Он был создан для внедрения новых технологий поиска, разведки и разработки нетрадиционных источников углеводородного сырья.

«Первое, что бросилось в глаза, — неказистое строение так называемого аэропорта и красная перетяга с призывом «Дадим 80 тысяч томской нефти в 1966 году!». «Ну и масштабы», – подумал я тогда.

Иван Подгорный, заведующий первым томским нефтепромыслом

«В Александровское прибыл первый секретарь обкома Егор Лигачев, собрал в кабинете начальника районной партийной организации Матвеева всех руководителей и внес ясность. Я сидел рядом с Лигачевым, внимательно наблюдал за ним и слушал. Мы понимали, что совещание историческое. Первым выступил Матвеев. Он рассказал о планах развития нефтедобычи в районе. Затем Лигачев кратко обрисовал перспективы, нацелил на решение задач. «Работа по освоению нефтяных запасов края – задача политическая, – сказал он. – Значение ее огромно, промедление и раскачка недопустимы». И дальше прозвучала фраза, которая надолго врезалась в память: «Надо всем повернуться лицом к нефти!» Потом Лигачев добавил: «У кого не хватит сил и смелости это сделать – придется уйти». На этом совещание закончилось, и мы разошлись, обдумывая и обсуждая грядущие перемены».

(Из воспоминаний Виктора Мальцева)

В 2016 году в Томской области будет добыто 10,86 млн тонн нефти и 5,3 млрд куб. м газа.

72DU1766

Нефть, добытая на разных месторождениях Томской области, отличается по цвету, плотности, количеству смолистых веществ, парафинов и растворенного газа. Чем больше смол и парафина в нефти и меньше растворенного газа (пропана, бутана, метана), тем выше ее плотность, а окраска – темнее. Тяжелая высоковязкая палеозойская нефть Советского месторождения отличается высоким содержанием парафинов и солей и по консистенции близка к солидолу.

Более качественная, а следовательно, и более дорогая легкая нефть (с удельным весом 0,77–0,80) марки Light состоит в основном из бензино-керосиновых фракций или содержит растворенный газ. Такая легкая нефть Чкаловского месторождения имеет светло-рыжую окраску. К месторождениям с высококачественной нефтью в Томской области относятся Лугинецкое, Останинское, Урманское.

Николай Мержа стоял у истоков освоения Томского Севера и более трех десятилетий оставался верен своему делу – большой нефти. Из них четверть века – в Томской области. Трудно переоценить то, что Николай Филиппович сделал для развития Стрежевого и нефтяной отрасли в целом. В 1965 году он в 35 лет стал исполнять обязанности начальника нефтепромыслового управления «Томскнефть».

Николай Филиппович прошел путь от оператора по добыче нефти до генерального директора производственного объединения «Томскнефть». В Стрежевом одна из улиц названа его именем. В 1996 году Николаю Мерже присвоено звание «Почетный гражданин города Стрежевого».

Доля добавленной стоимости нефтегазового сектора составляет около трети в валовом региональном продукте Томской области.

Как приходила нефть

Игорь Ефремов, заслуженный геолог РСФСР, почетный нефтяник Министерства нефтяной промышленности СССР:

-Особенности освоения месторождения бросались в глаза: обустройство из-за бездорожья вели только зимой, бурили в основном тоже в зимние месяцы. Весной в паводок промысел заливало, с наступлением навигации начиналась нефтедобыча. Сезонный характер добычи накладывал отпечаток, но промысел разрастался, Стрежевой хорошел и рос. Когда я поселился, там было четыре деревянных дома, но потом быстро стали сдавать новые, очень торопились, не успевали с отделкой. Помню, принимала комиссия восьмиквартирник, один из принимающих кричит другому через стену: «Ты меня слышишь?» Тот отвечает: «Не только слышу, но и вижу» – такие были щели… Но как-то это воспринималось легко, быт налаживался: обстановка была дружная, жить в Стрежевом было интересно. Все помогали друг другу, ходили в гости. Напрягало только одно: трудились по 12 часов, а снабжение отставало: ОРС работал неважно, вечно чего-то не хватало. Когда построили аэропорт, в Стрежевой стали приезжать столичные гости с проверками – мы устраивали для них рыбалку. Они были в восторге: природа чудесная, рыбы в изобилии, просторы – душа не нарадуется. Мы и сами часто летали в Томск, Новосибирск. Так что не ощущали мы себя в медвежьем углу, жизнь была насыщенной.

Владимир Мангазеев, в 1966–1977 годах инженер-геолог, начальник отдела, главный геолог объединения «Томскнефть», член-корреспондент РАЕН:

-В становлении томской нефтяной отрасли особую роль сыграл человеческий фактор: тут всё решили инициативы и напористость первого секретаря обкома Егора Лигачева. Когда он прибыл в нашу область и осмотрелся, то очертил круг задач, требующих основных усилий – академическая наука (открытие научного центра СО Академии наук), транспорт, система коммуникаций и создание перспективных отраслей. К тому времени уже были известны крупные месторождения Западной Сибири, открыто Советско-Соснинское месторождение. Шли дебаты, кому и как его осваивать. Лигачев мгновенно сориентировался: надо создать свою собственную промышленность, причем как можно быстрее. Он понимал, что томские недра беднее, поэтому сделать Госплан своим союзникам для привлечения финансирования будет непросто. Но ему удалось переломить во многом предвзятое мнение по поводу перспектив томских ресурсов, получить поддержку и убедить в необходимости создания НПУ. И вот 13 января 1966 года приказом «Главтюменнефтегаза» было создано НПУ «Томскнефть» для разработки Советско-Соснинского месторождения.

В 1966 году был сильный паводок в районе Александровского. Он осложнил освоение месторождения, но повлиял на выбор места для города. Из предложенных для него пунктов лишь два остались сухими: у поселка Медведево и высокий берег у поселка Стрежевого. Медведево удобней для промысла, но на противоположном берегу. Поэтому выбрали Стрежевой – с позиций перспективы.

Все старались, люди работали на пределе сил. Сначала строили технологические объекты. Думали о скважинах, а в последнюю очередь о своих нуждах. Жилья на промысле не было, только вагончики с буржуйками. Столовых тоже не было, пообедать негде. Пойдешь к буровикам – очередь, возвращаешься на промысел, а поесть негде. Помню, когда отправляли первую баржу, все жили на грузовом лихтере у разведочной скважины № 21: жара, комары, кругом вода. Но не жаловались: потерпим, а потом будет легче. Да и в Стрежевом тоже поначалу человеческих условий не было. В зиму 1966 года мы жили на Сибирской: приедешь с промысла на «Урале», а в жилье холод. Если на улице мороз, то все включали самодельные обогреватели, дизели выходили из строя, останавливался водозабор и котельные. Все застывало.

Александр Шпетер, генеральный директор ТДСК, заслуженный строитель РФ:

-Я приехал в Стрежевой в июле 1977 года молодым специалистом домостроительного комбината. Город начинался с временного жилья – балков (это передвижной вагончик на полозьях) на болоте. Долгое время все нефтяники в них жили, а уж строители само собой. Затем начали возводить деревянные двухэтажки: появились целые улицы брусовых домов. Их строили студенты со всей страны. Потом появились кирпичные. На последнем этапе стратегического плана развития – девятиэтажные панельные дома. Для ускорения темпов индустриального домостроения и привлекли работников Томского ДСК. Но, чтобы строить панельные дома без потерь, нужна серьезная инфраструктура. По реке нужно было возить панели, которые довольно плохо переносят такие путешествия из-за хрупкости. А сколько перевалок: завод – порт – баржа – разгрузка – перевозка по плохой дороге. Так что одно время из каждых двух доходила только одна панель. Мне как прорабу пришлось эту проблему решать: если поначалу вываливали груз на дикий берег, то потом удалось построить настоящий причал с двумя портальными кранами и нормальный склад. Пока отлаживали инфраструктуру – вымучили два дома, затем пошло легче. Перешли на круглосуточную работу и без заминки строили микрорайоны.

Это было очень напряженное время. Именно там меня научили работать серьезно и ответственно.

Хочу отметить удивительную атмосферу дружбы, взаимодействия всех стрежевчан. Как обычно, в конце года работы очень много, аврал, ведь план превыше всего, надо все успеть. А тут под Новый год сообщают, что в доме, подготовленном к сдаче, система разморозилась. Обычное дело, за окном ниже минус 40. И мы, строители, вместе с горкомом, тогда там работали первым секретарем Зоркальцев, вторым секретарем – Калюжный, в полночь с паяльными лампами собрались – и вперед, отогревать. Спасли дом.

Именно это чувство локтя и объединяло стрежевчан, отличало их от всех других. Благодаря высочайшей требовательности и дружбе мы построили Город с большой буквы. Мы были молоды, обросли друзьями, семьями, там родились дети. Это была значимая часть моей жизни. И если удается встретиться в близком кругу, то всегда поднимаем тост за Стрежевой.

Владимир Изотов, генеральный директор ООО «Томскгазпромгеофизика»:

-Стрежевские буровики всегда обладали высоким потенциалом. Как признавали специалисты, они были на голову выше тюменцев, хотя работали в сходных климатических условиях. Буровые бригады Фаттахова, Рамазанова, Шакирова, Усманова, Репникова были у всех на слуху и добивались потрясающих результатов там, где буровики из других регионов опустили бы руки. К лидерству привыкли, и когда это поколение стало уходить, полноценной замены не оказалось. Пришло время сожалеть, ведь одно только Стрежевское УБР своими силами обеспечивало 1,1 млн м пород. Мы сдавали ежемесячно 30–35 эксплуатационных скважин. Сегодня в это трудно поверить.

Леонид Филимонов, советский государственный и хозяйственный деятель, академик:

-Я нигде не утверждал, что система хозяйствования при частной собственности никуда не годится, а капиталистический способ производства не имеет перспектив. Нет, частный бизнес умеет работать, но он работает исключительно ради своих интересов. Когда работали мы, то больше думали о том, как изменить к лучшему окружающую жизнь, сделать так, чтобы плодами производства могли пользоваться как можно больше людей. В этом коренное отличие двух подходов. Мы в «Томскнефти» имели коллектив около 28 тыс. человек, не считая смежных организаций, зависимых от неф-тяников. И никому в голову не приходило сокращать численность ради оптимизации затрат.

Николай Захарченко, главный инженер «Томскнефти» в 1968–1978 годах, заслуженный работник нефтегазовой промышленности:

-Не забуду, как Лигачев сказал как-то мне: «Николай Петрович, имейте в виду, нефть с вас выдавит главк, а я буду требовать прежде всего выполнения социальной программы, чтобы людям на Севере жилось легче». Мы понимали: это не простые слова, а свидетельство политики, и игнорировать их нельзя. Отсюда результат: первый кирпичный дом в Приобье появился в Стрежевом, там же – первая кирпичная школа. Да что уж, первая ливневая канализация появилась в Стрежевом, наверное, даже раньше, чем в Томске.

Василий Клименко, директор СМУ-5 в 1967 году, руководитель «Томскнефтестроя», залуженный строитель СССР:

-Первая в Стрежевом улица – Ермакова – сплошное болото, передвигаться можно было только на тяжелой технике. Но мы осознавали ответственность и старались вовсю: прокладывали дороги, возводили здания, ремонтировали объекты. За первые четыре года мы выросли с 300 человек до 5,5 тыс. У нас работали люди со всей страны, и надо было их обеспечить жильем, спецодеждой, питанием. На предприятии были склады, столовые, магазины: считалось, что нужно создать людям нормальные условия для работы и быта, а потом спрашивать. Вместе с профессиональными строителями работали студенты – бойцы строительных отрядов. Первые годы принимали свыше 1,5 тыс. человек, всех устраивали.

Летопись

Хроника главных событий освоения томских недр

1962 18 августа буровая бригада Пономарева получила первый фонтан из скважины № 1 на Соснинской площадке.

1965 16 декабря на совещании в селе Александровском при участии первого секретаря обкома Егора Лигачева, начальника новосибирского геологического управления Николая Рожка, начальника «Главтюменнефтегаза» Виктора Муравленко и главного геолога главка Юрия Шаевского обсужден вопрос о начале промышленной разработки Советско-Соснинского месторождения.

1966 Совет Министров СССР принял постановление о пробной эксплуатации скважин на томских месторождениях. Исполняющим обязанности начальника и главным инженером созданного НПУ «Томскнефть» был назначен Николай Мержа. В июне отгружены первые тонны промышленной нефти. В июле началось строительство Стрежевого. За первый год было добыто почти 50 тыс. тонн углеводородов.

1967 Построена нефтеперекачивающая станция с резервуарным парком на 12 тыс. тонн у поселка Соснино. Создан трест «Томскгазстрой» – основной подрядчик строительства Стрежевого. Годовая добыча нефти составила 231 тыс. тонн.

1969 Открыто Первомайское месторождение. 22 мая получен первый миллион тонн томского углеводородного сырья с начала эксплуатации.

1970 Введен первый нефтепровод Нижневартовск – ЦТП Советского месторождения, что позволило начать круглогодичную эксплуатацию. На скважине № 321 смонтирован первый станок-качалка. Введена в строй ЛЭП-110 Нижневартовск – ЦТП Советское, дизельные электростанции остались в прошлом. С вводом Стрежевского месторождения годовая добыча составила 3,369 млн тонн.

1972 В рекордные сроки построен прогремевший на всю страну нефтепровод Александровское – Томск – Анжеро-Судженск. Томская область стала полноценным нефтедобывающим регионом.

1978 Начато освоение второго промыслового района области. Нефтяной Васюган – группа месторождений в 200 км юго-западнее Стрежевого – стал всесоюзной ударной стройкой. Началось строительство в деревянном исполнении вахтового поселка Пионерного.

1980 Новым генеральным директором «Томск-нефти» стал Леонид Филимонов. В марте в Томске проведена научно-практическая конференция «Освоение природных ресурсов вахтовым методом».

1981 Введено самое крупное на Васюгане месторождение – Первомайское. В Стрежевом построили тепличный комбинат и стали выращивать овощи и цветы. Годовая добыча «Томскнефти» перевалила за 10 млн тонн.

1982 Начато освоение третьего промыслового района – Пудинского. В середине апреля забита первая свая нового таежного города – Кедрового. Первую партию сырья выдало Лугинецкое газоконденсатное месторождение.

1983 17 января добыта 100-миллионная тонна томской нефти. 9 июля получена первая тонна метанола на только что построенном крупнейшем объекте нефтехимии страны – ТНХК.

1986 На базе ряда научных, проектных и изыскательских структур создан институт «ТомскНИПИнефть», ставший впоследствии одним из лучших в стране. Первым директором назначен Николай Мержа. В апреле рекордными темпами работ по обустройству введено в строй Чкаловское месторождение.

1989 Годовая добыча достигла пика за советское время – 14,9 млн тонн.

1990 Министр нефтяной и газовой промышленности СССР Леонид Филимонов предложил объединить разрозненные предприятия отрасли в технологически замкнутые цепочки – нефтяные компании. Аппарат управления «Томскнефти» переведен из Томска в Стрежевой.

1993 «Томскнефть» преобразована в акционерное общество.

1994 В мае образована Восточная нефтяная компания. Ее директором стал Леонид Филимонов. Создано акционерное общество «Томскгаз» во главе с Сергеем Жвачкиным, появилась новая отрасль – газовая промышленность.

1997 Восточная нефтяная компания по результатам инвестиционного конкурса вошла в состав ЮКОСа.

1999 По официальному заявлению НК «ЮКОС» кризис в «Томскнефти» преодолен. В сентябре запущен Стрежевской НПЗ, производящий бензин разных марок и дизельное топливо. Рядом с деревней Мыльджино заработало газоконденсатное месторождение.

2004 Годовая добыча составила 18,856 млн тонн – рекордный показатель в истории томской нефти.

2007 ОАО «Томскнефть» вошло в состав НК «Роснефть». В конце года 50% акций предприятия приобрела госкомпания «Газпром нефть».

2014 Открылось движение по мосту через реку Вах. По итогам года ОАО «Томскнефть» ВНК перечислило в бюджеты всех уровней 79 млрд рублей налогов. Скважины строились на 19 месторождениях в Томской области и ХМАО, в том числе на Крапивинском, Вахском, Первомайском, Западно-Останинском, Южно-Черемшанском, Советском. Было пробурено более 470 тыс. метров проходки, введено в эксплуатацию 149 новых скважин.

Объем добычи нефти составил около 10 млн тонн, газа – около 2 млрд куб. м.

Уважаемые товарищи и друзья!

Мое вступление в должность руководителя Томской области совпало с открытием геологами крупного Советско-Соснинского нефтяного месторождения. Я сразу понял, что нефть для нас станет локомотивом развития экономики всей области. Так оно и вышло. Когда через год от причала в Александровском районе отошла первая баржа с томской нефтью, радовалась и ликовала вся область.

Было от чего! В крае, где к северу от Томска когда-то, по выражению Ленина, царила «патриархальщина, полудикость и самая настоящая дикость», забили фонтаны нефти и газа, началась современная индустриальная жизнь. Вся область работала, вся страна помогала томским нефтяникам, геологам, строителям, первопроходцам нашего Севера. Я восхищался энтузиазмом томских студентов, встречался с ними на стройках Стрежевого, Васюгана, Ваха.

Это был период великого социалистического созидания. В Тюменской и Томской областях создавался Западно-Сибирский неф-тегазовый комплекс мирового значения. Это была гордость советской власти, могучей плановой экономики СССР.

Добыты сотни миллионов тонн томской нефти, выросли города, поселки нефтяников, газовиков, геологов. В северных районах коренным образом поменялась жизнь. Возмужали, получили ценный опыт люди. На Томской земле в суровых условиях развития нефтяной промышленности, социальной инфраструктуры выросли министры, руководители областей, крупных предприятий, которые стали работать по всей стране.

Мне 95 лет. Немало. Оглядываясь на прожитые годы, перебирая в памяти события того времени, поверьте, по-человечески испытываю огромное удовлетворение от того, что мы все вместе вдохнули жизнь в некогда, как говорят, богом забытый, но сказочно богатый край. Пусть каждый, кто имел отношение к развитию новых производительных сил Томской области, испытывает тепло на душе, радостное удовлетворение. Это был коллективный трудовой подвиг. Рассказывайте об этом своим друзьям, детям и внукам, события тех лет не должны стереться в нашей памяти.

От всей души желаю всем вам, дорогие мои друзья-сибиряки, крепкого здоровья, благополучия вашим семьям, дальнейших успехов во имя нашей великой Родины, ее трудового народа. Без Сибири нет России. Кто в Сибири не бывал, тот и света не видал.

Егор Лигачев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

97 − 96 =