Двигатель экономики

кредит договор

Участники разговора:

Елена Горшкова, заместитель регионального директора по развитию розничного бизнеса ОО «Томский» сибирского филиала ПАО «Промсвязьбанк»

Надежда Кайдаш, заместитель председателя правления ОАО «Томскпромстройбанк»

Михаил Кибиткин, и.о. заместителя управляющего Отделением по Томской области Сибирского главного управления Центрального банка РФ

Елена Кузьмина, координатор программы повышения финансовой грамотности

Алдар Санданов, заместитель председателя правления ООО «Промрегионбанк»

Михаил Сергейчик, руководитель проекта «Ваши личные финансы»

Олег Ходус, заместитель управляющего Томским отделением ОАО «Сбербанк России»

TNews786_24

Как изменились условия кредитования физических лиц в ситуации экономической непогоды? В начале года некоторые банки практически перестали выдавать потребительские кредиты, как обстоят дела сейчас? Понизился или повысился спрос на кредитные продукты в связи с неблагоприятной макроэкономической ситуацией и снижением реальных доходов населения? И самое главное – брать или не брать сейчас потребительский кредит, ввязываться ли в ипотеку или стоит повременить? На эти и другие вопросы в рамках состоявшегося в редакции «ТН» круг-лого стола «Кредиты для физических лиц» отвечали эксперты – представители ведущих томских банков, Центробанка, а также участники проекта «Ваши личные финансы».

Необходимая пауза

– В начале 2015 года процесс выдачи кредитов для физических лиц существенно замедлился. Как это сказалось на состоянии банков и экономики в целом? Как обстоят дела сейчас?

Михаил Сергейчик:

– События финансового сектора, происходившие в конце прош-

лого года и начале этого, – это нормальное явление. Большинство людей, когда берут кредиты, особенно потребительские, не задумываются о том, как будут их возвращать. Высокая доступность кредитных инструментов без знаний о том, как ими правильно пользоваться, привела к очень высокому уровню закредитованности населения, а также к увеличению темпов роста просроченной задолженности по потребительским кредитам. Рынку нужна была остановка, которая и произошла. На этом фоне появилась возможность осмотреться и, вероятно, изменить модель поведения, так как прежняя модель, направленная на усиленное потребление кредитов, достигла своего пика и дальнейшее развитие стало невозможным.

Михаил Кибиткин:

– Выдача кредитов замедлилась, на это есть объективные причины, но 7,5 млрд рублей за первый квартал 2015 года – это все равно не маленькая сумма. Понижение объясняется, скорее, общей ситуацией в экономике, а не закредитованностью. Объем просроченной задолженности физических лиц сейчас составляет 6,4% от суммы задолженности по выданным кредитам – это вполне приемлемая цифра. Возможно, до конца года этот показатель вырастет, но незначительно.

Алдар Санданов:

– Центробанк в течение 2013–2014 годов добивался снижения темпов роста потребительского кредитования. Так и получилось. И сейчас видно, что в этом отношении ЦБ был прав. Потому что результаты некоторых крупных розничных банков говорят о резком росте резервирования при снижении темпов выдач. Значит, просроченная задолженность продолжает расти. Сложившаяся практика оказалась порочной. Во всяком случае, если речь идет о кредитах с высокими процентными ставками, близкими по параметрам к микрофинансированию.

Олег Ходус:

– Я давно работаю в банковской сфере, и каждый год говорят, что население закредитовано. Однако, если взять общий объем выданных кредитов, сумма не такая уж и большая. И по статистике Центробанка мы видим, что сумма открытых депозитов у нас превышает сумму взятых кредитов.

К замедлению кредитования привели сразу несколько факторов. Да, немного выросли ставки, но это было вызвано рыночной ситуацией, ведь банки не могут работать себе в убыток. Каждый сам выбирает стратегию. Кто-то внедряет практику выдачи кредитов с высокими ставками и закладывает риски невозврата на уровне 50%. У них объем просроченной задолженности действительно может быть очень высоким. А кто-то действует более консервативно, тщательно оценивает заемщика, но и ставку предлагает более привлекательную. У таких банков просрочка куда меньше.

Елена Горшкова:

– Согласна, объем просроченной задолженности растет только у тех банков, которые выбирают рискованную стратегию. Ни у одного из трех десятков крупнейших банков не наблюдается роста просрочки по кредитам физическим лицам. Возможно, время для этого еще не пришло: в кризисной ситуации, как правило, от момента пика кризиса до того, как люди массово перестают платить по кредитам, проходит 6–8 месяцев. Поначалу же большинство заемщиков пытаются изыскать самые разные возможности и продолжают платить по кредитам.

Микрофинансовая опасность

– Кредитный бум остановлен. Но, учитывая, что реальные доходы населения снижаются, потребность в деньгах может вырасти. Нет опасений, что это может привести к еще большей закредитованности?

Елена Горшкова:

– Все банки в первую очередь оценивают платежеспособность клиентов. Поэтому «рискованным» заемщикам кредиты они просто не дадут. Для томича же это повод задуматься: если банк отказал в кредите, то это сигнал, что соотношение его доходов и расходов не позволяет ему пользоваться заемными средствами.

Михаил Кибиткин:

– Безусловно, начнется какая-то волатильность. Люди будут следить за изменением ставок, смотреть на экономическую ситуацию. Станет чуть получше – будет расти кредитование. Сейчас общий портфель задолженности уменьшается – люди гасят кредиты.

Алдар Санданов:

– Конечно, всегда есть необходимый спрос – кому-то срочно нужно квартиру, кому-то сделать ремонт. Все будет зависеть от экономической ситуации. Есть риск, что некоторые люди не смогут долго терпеть и пойдут в микрофинансовые организации. Чем только ухудшат свое финансовое положение.

Михаил Сергейчик:

– Наша общая задача – остановить их. Отказ банка в кредите не должен стать поводом пойти в микрофинансовые организации. Потому что оттуда выбраться очень сложно. А идут туда те, кто не умеет считать, кто не думает о своем будущем. Мы в рамках проекта «Ваши личные финансы» проводили проверку: наши сотрудники брали там кредиты. Стандартные условия – 2% в день. Это 730% годовых. В случае просрочки эффективная ставка может исчисляться тысячами процентов. Когда банки отказывают человеку в выдаче потребительского кредита, он ищет альтернативу, это логично. Но нужно задуматься – действительно ли тебе нужен этот кредит? По нашей оценке, среди тех, кто берет быстрые кредиты, только 10% действительно находятся в сложной ситуации, остальные 90% руководствуются сиюминутными желаниями.

Михаил Кибиткин:

– Центробанк хочет как-то урегулировать ситуацию с микрофинансовыми организациями, но сейчас мы подходим только к подготовке нормативной базы, не все так просто. Возможно, правильнее всего было бы просто запретить их, но тогда бы они ушли в подполье, вряд ли от этого кому-то станет лучше.

Страшные понятия

– Много говорится о том, что ужесточились требования банков к заемщикам. Это действительно так?

Надежда Кайдаш:

– Я бы не сказала, что в этом вопросе ситуация как-то изменилась. Требования к качеству предоставляемых заемщиком документов всегда были одни и те же: они должны быть действительны и надлежащим образом оформлены. Проблема состоит в том, что некоторые заемщики в выборе между тратой собственного времени на оформление пакета документов и возможностью воспользоваться услугами кредитных брокеров зачастую предпочитают последнее, в результате чего порой даже не вникают в содержание оформленных такими фирмами документов. Проверку документов специалисты банков проводят достаточно пристально, но в большинстве случаев липовые документы выявить несложно. Поэтому потом те брокеры, которые давали якобы стопроцентную гарантию, и аргументируют отказ ужесточением требований.

Елена Кузьмина:

– Бывают разные ситуации. К нам обращалась женщина, которая получила социальную квартиру и взяла кредит на 130 тыс. рублей, чтобы купить мебель. Кредит она платить не может, долг был продан банком в коллекторское агентство. Не всегда человек способен оценить возможность обслуживания и возврата кредита. Говорить об ужесточении требований здесь точно не приходится.

Елена Горшкова:

– СМИ апеллируют страшными понятиями – остановка кредитования, ужесточение требований. Остановки кредитования не было. Ставки выросли в декабре, но в этом году уже начали снижаться. Причем достаточно существенно – на 4–5 процентных пунктов. А после того как ЦБ РФ 30 апреля понизил ключевую ставку еще на полтора процентных пункта, неизбежна еще одна волна снижения ставок. Никакого ужесточения требований, во всяком случае в Промсвязьбанке, не было. Мы не меняли ни скоринговые карты, ни отношение к заемщику. Но есть еще один момент: отношение самого заемщика к экономической ситуации. Мы постоянно проводим презентации, общаемся с томичами и видим, что они стали более осознанно подходить к вопросам кредитования, поэтому и спрос снизился. Это видно по количеству принимаемых заявок, но процент их одобрения у нас не уменьшился.

Михаил Кибиткин:

– Если говорить об изменениях ключевой ставки, то я просматриваю в этом прежде всего политический смысл. Основным параметром для ее установления должны быть темпы инфляции: ключевая ставка должна превышать ее на 1,5–2 процентных пункта. Сейчас мы говорим о том, что инфляция по итогам года будет не ниже 11%, а ключевую ставку уже хотим снижать до 12%. Но экономика-то, как и материальное положение заемщиков, не улучшается, а реальные доходы из месяца в месяц снижаются.

Ипотека растет

– Насколько изменился процесс ипотечного кредитования?

Надежда Кайдаш:

– В Томскпромстройбанке ставки по ипотеке выросли, но в целом не больше, чем в других банках. Плата за кредит – это же не только проценты. Как правило, в расходы по кредиту включены банковские проценты, плата страховой компании за страхование жизни и залога, оценщику – за оценку предмета залога и др. У нас за обслуживание ипотечного кредита вы платите только проценты. Поэтому если условия других банков, которые предлагают по ипотечным кредитам, например, 15% годовых, наложить на наши условия, то совокупная сумма расходов по кредиту будет сопоставимой.

Олег Ходус:

– Ипотека сильно отличается по структуре от потребительских кредитов. Это более длинные деньги. Это множество специализированных программ, в том числе государственных, подразумевающих много плюсов для заемщиков. Если смотреть статистику по Сбербанку, то у нас действительно сократились обращения граждан по потребительскому кредитованию, но об ипотеке такого сказать нельзя. Темпы роста чуть ниже, чем в прошлом году, но тренд все-таки положительный. За начало 2015 года мы оформили ипотеки в количестве и объеме таких же, как и за первые месяцы 2014 года. И от месяца к месяцу количество кредитов растет.

Михаил Сергейчик:

– Потребительский кредит – это чаще всего сиюминутное желание купить то, что тебе на самом деле и не надо. С точки зрения финансовой грамотности, этот сегмент вообще должен отмереть. А ипотека – осознанное желание или необходимость улучшить свои жилищные условия. И просроченная задолженность по ипотеке сейчас, как и всегда, близка к нулю.

Алдар Санданов:

– Нужно делить кредиты не на ипотеку и потребительский, а на целевой и нецелевой. Если говорить о нецелевых, а это чаще всего кредиты на небольшие суммы, то человек действительно через месяц и не вспомнит, что он купил, куда потратил деньги. Целевые – совсем другое дело. Здесь банк обязан правильно оценить возможности клиента. Мы должны думать не только о том, как выдать кредиты, но и о том, как помочь клиентам избежать проб-

лем: чтобы они не попали в финансовую яму, из которой потом не смогут выбраться. К примеру, если мы видим, что заемщик не сможет отдать 500 тысяч за три года, мы, как правило, не отказываем сразу, а предлагаем другие пути: либо уменьшить сумму, либо увеличить срок займа и так далее.

Брать или не брать?

– Нужно ли сейчас брать потребительские и ипотечные кредиты или лучше переждать экономическую непогоду, если есть возможность?

Елена Горшкова:

– Каждый сам должен ответить на этот вопрос в своей конкретной ситуации. Я всегда жила с кредитами, но брала их разумно. Есть потребности, которые я не буду удовлетворять за счет кредитов: покупать телефон или посуду. Но квартиру, автомобиль, мебель – обязательно. Нет времени, в которое нельзя брать кредиты. Если есть потребность и вы реально оцениваете свои перспективы на ближайшие годы, свои доходы, брать кредиты не только можно, но и нужно.

Надежда Кайдаш:

– За последние полтора года заемщики стали куда более грамотными, в большинстве случаев они интересуются не только процентной ставкой, но и всеми издержками по кредиту. Если вы располагаете стабильными и достаточными источниками для возврата кредита, ничего пережидать не надо. Хотя, конечно, есть категории заемщиков, у которых всегда большое желание взять кредит, но нет ни малейшего стремления к тому, чтобы его отдать. В такой ситуации проблемы и для банка, и для заемщика достаточно быстро становятся неизбежными. И здесь необходимо стремиться к обоюдному решению вопроса.

Олег Ходус:

– Зачем люди брали кредиты год, два, пять лет назад? Чьи-то ипотечные кредиты уже два кризиса пережили, и вроде бы все нормально. У людей есть потребности, и их нужно удовлетворять, ведь это повышение качества жизни. Но это, конечно, не должно превращаться в какую-то манию. Необходимо четко взвешивать свои возможности и расплачиваться по обязательствам.

Если посмотреть на этот вопрос с точки зрения государства: много примеров, когда экономика страны возрождалась и развивалась именно за счет кредитования. Сейчас наше государство, чтобы преодолеть сложный период, во-первых, напрямую помогает крупным компаниям рассчитаться по своим обязательствам, во-вторых, стимулирует спрос через кредитование: на это направлены госпрограммы социальной ипотеки. За счет механизма кредитования запускаются огромные экономические цепочки.

Михаил Сергейчик:

– Ипотечные и другие целевые кредиты действительно могут стать локомотивами роста, чего нельзя сказать о потребительских кредитах.

Елена Кузьмина:

– Очень важно оценивать то, какой процент от доходов человек платит по кредиту. В зарубежных странах этот показатель обычно не превышает 15%, у нас же часто доходит до 60%. Если потребитель возьмет кредит на таких условиях, то в ближайшие 3–4 года он вообще выпадет из рынка, из экономического процесса.

Алдар Санданов:

– Хороший клиент – финансово грамотный клиент, который точно знает, что справится с возложенными на себя обязательствами. Спрос никуда не денется: любой человек стремится улучшить свою жизнь. Но у каждого есть определенные ожидания. В зависимости от них он корректирует свое поведение. В кризисные моменты СМИ пишут о том, что все плохо, – и это влияет на количество выданных кредитов. Однако есть категории заемщиков, которые, по нашей статистике, почти не подвержены колебаниям. Например, работники бюджетной сферы. Промрегион-банк в кредитной политике будет ориентироваться на таких стабильных заемщиков, для бюджетных работников у нас уже есть специальная кредитная программа.

TNews786_25цифра

5660624 тыс. рублей составляет объем просроченной задолженности по кредитам, предоставленным физическим лицам Томской области на 1 апреля 2015 года. Темп роста по отношению к началу года – 114,4% (по СФО – 116,2%, по России – 113,6%).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.