Школа будущего

Что такое учеба в режимной зоне

В конце апреля в учебно-консультационном центре исправительной колонии № 4, где отбывают наказание 1,5 тыс. осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления, вручали дипломы о высшем образовании первым выпускникам ТГПУ. Один из трех – с отличием. Двое дипломников скоро освободятся условно-досрочно, один из них будет работать в Стрежевом в нефтедобывающей отрасли.

– Возможность получить высшее образование – часть большой программы по рeсоциализации и социальной адаптации осужденных к жизни на свободе средствами вечерней школы, которая реализуется в колонии уже 7 лет, – говорит Александр Лисецкий, заместитель директора школы.

 

Мультимедиауроки

Три чисто выбритых здоровяка в черной униформе слушают рассказ учителя об имени прилагательном. Это самый младший, 5-й, класс в муниципальной вечерней общеобразовательной школе № 4, уже почти полвека работающей в ИК-4.

Внутришкольное пространство выполнено в классическом стиле колонии. На тусклом серо-зеленом фоне чужеродно смотрятся ценные вкрапления: новенькие парты, современное лабораторное оборудование, микроскопы и даже электронный телескоп. В каждом классе – компьютеры и ЖК-телевизоры, позволяющие внедрять в образовательный процесс информационно-коммуникационные технологии.

Ведут уроки 22 педагога – в основном высшей и первой категории. Два кандидата наук, еще одна защита диссертации на подходе. Есть победители различных профессиональных конкурсов, два лауреата губернаторской стипендии для лучших учителей. Все преподаватели – мужчины. Текучки кадров почти нет. Дополнительные проценты за работу в условиях колонии доплачивает Минобрнауки.

В 5–12-х классах – 286 человек. Учатся в три смены – с 10.00 до 21.15, по три-четыре урока в день. На дом не задают – бесполезно, да и режим не предусматривает. Начальной ступени нет, а вот осужденные, не умеющие читать и писать, встречаются. Тех, кто имеет большой перерыв в обучении и успешно проходит тестирование за 4-й класс, отправляют в 5-й, задача учителя – за год дотянуть хотя бы до слаботроечного состояния. У другого вроде и табель об окончании девятилетки, но реальные знания за 5–6-й классы. А получить аттестат о полном среднем обязаны все осужденные, кому не исполнилось 30. Старшие могут учиться по желанию.

 

Обошли обычных

Год назад Современная гуманитарная академия (СГА) организовала в школе прием ЕГЭ.

– Очень порадовало, что осужденные сразу показали хорошие результаты – все четыре выпускника написали ЕГЭ на 58–66 баллов, – рассказывает директор школы Игорь Никонов. – Но статистику области мы, конечно, портим: у нас не может быть такой же успеваемости, как в обычной школе. У нас она на уровне 35–40%, много второгодников (24–25% в среднем). Но и при сокращенном втрое учебном плане (17 часов в неделю) успеваем дать весь объем материала, который положен по программе.

Дефицит времени и низкие стартовые позиции большинства школяров вынуждают педагогов к очень интенсивному подходу. Спасает и низкая норма наполняемости классов: 9–15 человек.

Некоторые результаты в школе № 4 и впрямь удивляют: первый тур дистанционной игры «Математическая биржа» (для 9-классников) принес ей седьмое место в регионе, второй (11-е классы) – призовое третье.

– Результаты показали, что наша школа может конкурировать с общеобразовательными учреждениями региона, – говорит Александр Лисецкий.

– Теперь готовимся к конкурсу работ школьников в рамках антинаркотической кампании, – рассказывает директор. – Думаю, бывшие наркоманы и наркодилеры сумеют написать нечто поучительное. Из своего опыта.

 

Интерес к праву

Работают факультативы по астрономии, английскому языку, основам экономики, истории Сибири, основам информатики. Директор добился, чтобы в учебный план внесли право.

– В УК наши ученики хорошо знают только свою статью, – рассказывает Игорь Никонов. – Важно, чтобы, освобождаясь, люди знали свои права – Трудовой, Жилищный кодексы, понимали, где и как получить полис.

Жилищные вопросы самые болезненные, считает Никонов:

– Часто мне приносят «на экспертизу» договоры, которые собираются подписать: «Доверяю приватизацию и осуществление сделок с квартирой…» Объясняю: «Потеряешь права на жилье…»

Не имея жилья, бывший осужденный скоро вновь попадает за решетку. Так что к подобным консультациям большой интерес – бывает, очереди к учительскому столу выстраиваются.

 

Родительское собрание

На последних страницах классного журнала, где обычно записывают информацию о родителях учеников, совсем другие сведения: статья, срок, его начало. Листаю: 228-я – наркотики, 111 ч. 4 – тяжкие телесные, повлекшие смерть, 161-я и 162-я – разбой и грабеж. Встречаются убийства, изнасилования. Сроки нешуточные – 5, 7, 14 лет…

За посещаемостью и выполнением закона о всеобуче следит прокуратура. Но как усадить взрослого мужика за парту, если он не желает?

– Дополнительных стимулов – свидания, передачи – теперь нет, – рассказывает Александр Лисецкий. – Поощрить можем только грамотой или снятием ранее наложенного взыскания. Дважды в год проводим родительское собрание – знаете, действует!

Но самое главное – положительная характеристика из школы. Без нее даже рассчитывать на УДО нечего.

– Но это воздействует только на тех, у кого сроки до 7–10 лет, – поясняет Игорь Никонов. – Тем, у кого 25–30 лет, все равно…

 

Среда определяет

ИК-4 – колония для впервые осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления. Когда рецидивистов перевели в асиновскую колонию, тюремный мир изменился: раньше возрастные авторитеты подавляли у молодых стремление к образованию. Ушла мода на татуировки… Но на смену «синюшным» авторитетам пришла очень сложная молодежь – бывшие трудные дети дневной школы. И в системе ФСИН нынче резко увеличивают штаты психологов. Расширят и психологическую лабораторию в ИК-4 – пяти специалистов уже недостаточно.

– Конечно, опасность для педагога, работающего с таким контингентом, всегда есть, а потому он должен быть максимально собран и корректен, – продолжает директор. – Но главное даже не это. Мы сразу говорим приходящему учителю: если захотите и сможете смотреть на здешних учеников как на обычных людей, которым вы можете помочь встать на ноги в будущем, – только тогда приходите.

 

Возвращение в трудовой строй

В профтехучилище № 288 обучают профессиям сварщика, стропальщика, слесаря по ремонту автомобилей и эксплуатации газового оборудования, электромонтажника…

– Стараемся давать специальности, которые можно применить и в центре трудовой адаптации колонии, и на свободе, – рассказывает директор ПУ Дмитрий Грязнов. – Некоторые учатся с удовольствием, получая по пять-шесть корочек, а вот работать хотят далеко не все.

– В советское время многие работяги, освобождаясь, увозили домой солидные суммы – по 700–800 рублей. Сейчас такой контингент редкость – приходят 30–35-летние, не умеющие и не желающие ничего делать, – говорит начальник ИК-4 Дмитрий Твердохлебов.

В ИК-4 рассказывают, что только 3–5% освободившихся трудоустраиваются и пытаются наладить жизнь. Научно доказано: если даже нормальный человек не работал три года, вернуть его в строй честных тружеников очень трудно.

 

Мотивация – нормальная жизнь

Так что же это такое – учеба в режимной зоне? Погремушка для изнывающего от скуки зека или реальный инструмент его реабилитации?

– В конце концов и ради этих 3–5% тоже стоит работать! – говорят в колонии. – Школа – реальный шанс встать на ноги. Мотивация одна – нормальная жизнь. Так что у нас тут действительно школа будущего.

 

Исследования, проведенные в ИК-4 несколько лет назад, когда она была колонией строгого режима и здесь отбывали наказание рецидивисты, показали: процент рецидива среди выпускников школы был в 2,2 раза меньше, чем в среднем по колонии.

 

Статфакт

37,09% составляет средняя доля рецидивности в общей преступности по России. По СФО этот показатель – 42,41%. В Томской области – 64,18% – 1-е место в РФ.

 

Cправка «ТВ»

Осужденные в ИК-4 и ЛИУ-1 имеют возможность получить заочное образование в ТГПУ (аудиторная система, специальность «менеджмент организации», обучаются четыре группы) и в СГА по индивидуальной дистанционной технологии (30 студентов, специальности: «менеджмент», «экономика», «коммерция», «психология», «юриспруденция»).

Стоимость обучения в ТГПУ – 6 тыс. рублей за семестр, в СГА – 8 тыс. (для вновь поступающих – 12 тыс.). Платят либо сами студенты, либо родственники. Установленная при поступлении цена сохраняется, даже когда осужденный освободится и придет в вуз доучиваться на воле. Дипломы, как и аттестаты зрелости, равнозначны «вольным». Некоторые осужденные получают второе или сразу два высших образования.

В настоящее время ведутся переговоры с политехническим техникумом об открытии заочного обучения по нефтегазовому делу и с МИФИ – о курсовой подготовке по ряду специальностей.

 

Сказано

«Увы, труд у нас стал чем-то вроде привилегии: из-за остановки кирпичного завода на производстве заняты не все трудоспособные осужденные, а всего около 20%. Мы работаем над созданием рабочих мест, открыли новый швейный цех, занимаемся металлообработкой, ремонтом машин, мебель делаем… Мне приходилось общаться с коллегами из Красноярска, Хакасии, Кемерова: там действуют программы по поддержке тюремного ведомства – муниципалитеты дают возможность осужденным работать, обеспечивая колонии заказами. Нам развивать производство приходится своими силами».

Дмитрий Твердохлебов, начальник ИК-4

 

ФОТО: МАКСИМ КУЗЬМИН

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *