Новые подходы к лечению пациентов с алкогольной зависимостью обсудили за круглым столом участники проходившей в Томске девятой российской школы молодых наркологов и аддиктологов.
Существующие методики, по словам специалистов, сегодня уже неэффективны. С каждым годом все меньше людей с алкогольной зависимостью обращаются за помощью в наркологические диспансеры. И проблема эта не только российская. По результатам опросов, проходивших в разных странах мира, на прием к специалисту-наркологу не попадают до 80% пациентов, страдающих алкогольной зависимостью. Кто-то не желает признать себя больным, кто-то боится жестких ограничений, связанных с отказом от спиртного. В России мотивом для отказа служит еще одна причина: постановка на наркологический учет.

Смягчить сухой закон

– Отпетый пьянчуга, у которого нет работы, семьи, дома, – самая крайняя форма зависимости. Не всегда наш пациент такой, – отмечает Владимир Менделевич, профессор Казанского государственного медицинского университета. – Нередко это активный член общества, имеющий семью, друзей, престижную работу. Стадия зависимости у него может быть легкой – стал больше выпивать, забеспокоился, сам обратился к врачу. Строгие ограничения такому пациенту могут быть не нужны, но врач по закону все равно обязан поставить его на наркологический учет. А это, в свою очередь, сильно урезает гражданские права.
За руль своего автомобиля, к примеру, уже не сядешь. Работать в сферах, сопряженных с риском для жизни, тоже запрещено. Исключена работа на высоте, на воде, под землей, с электрическим оборудованием, легковоспламеняющимися материалами, медикаментами, а также с детьми, в учреждениях питания, гостиницах, общежитиях и так далее.
После снятия с учета тоже могут возникнуть проблемы. Многие серьезные компании имеют сегодня свои службы безопасности, которые обязательно проверяют, состоял ли соискатель на наркологическом учете. И если такая запись в медицинской карте есть, то на работу примут едва ли.
В результате люди, нуждающиеся в помощи нарколога, всячески стараются ее избегать. Кто пытается справиться с проблемой сам, уповая на силу воли, кто обращается в частную клинику, платную, но гарантирующую анонимность лечения. А кому услуги такого учреждения не по карману, ищут дешевые альтернативы и нередко становятся жертвами шарлатанов, предлагающих свои услуги в Интернете.
– Главное правило врача: не навреди. По правилам ВОЗ пациент имеет право на выбор методов и целей лечения. Медики ряда стран мира отказались от столь радикальных мер. Наверное, и нам пора? – заключает Менделевич.  
Его предложение обратиться в Минздрав с просьбой пересмотреть существующие правила, чтобы врач-нарколог мог самостоятельно решать, ставить пациента на учет или нет, участники дискуссии единогласно поддержали.

Будем дружить кабинетами?

Другой важный вопрос: где лечить пациентов с алкогольной зависимостью? Дело в том, что чаще такие люди оказываются в кабинете любого другого врача, но не нарколога. Согласно Международной классификации болезней более 200 диагнозов, которые ставят пациентам врачи-интернисты, будь то язва, гепатит или сердечно-сосудистое заболевание, имеют причинно-следственную связь с потреблением алкоголя.
– Действительно, врачи других направлений контактируют с нашими пациентами куда чаще, чем мы, – соглашается с коллегой зам. директора томского НИИ психического здоровья СО РАМН,  профессор Аркадий Семке – И получается, что лечат они уже последствия, а не причины, приведшие к развитию этих заболеваний. А все потому, что лечить пациента от зависимости вправе только профильный специалист.
Заметив клинические признаки употребления психоактивных веществ (ПАВ), терапевт должен направить пациента в профильное наркологическое учреждение. Однако доходит до наркологии лишь один из десяти таких направленных.
– Значит, мы должны привлечь в наши ряды и врачей-интернистов, – говорит профессор Менделевич. – Необходимо законодательно разрешить врачам широкого профиля лечение несложных наркологических расстройств. Почему бы, к примеру, терапевту не выписать пациенту с никотинизмом или легкой формой алкогольной зависимости соответствующее лекарство? Терапевту пациент и доверяет больше. Нас, наркологов, как правило, боятся.
Чтобы оказывать такую помощь, врач-интернист должен будет пройти обучающий курс по ранней диагностике проблем, связанных с употреблением ПАВ, и назначению противоалкогольного и антитабачного медикаментозного лечения.
– Не уверен, что сами терапевты обрадуются новым полномочиям, – сомневается профессор КемГУКИ доктор медицинских наук психиатр Сергей Гусев. – Вопросов здесь масса, и для того, чтобы все их решить, придется провести не одну такую дискуссию.

Плесни чуток

Подходы к лечению алкогольной зависимости, по мнению наркологов, тоже нужно менять.
– Статистика такова, что из десяти поставленных на учет пациентов с алкогольной зависимостью вылечиваются только двое. А все потому, что врач-нарколог забывает о целях, с которыми человек обратился к нему за помощью, – отмечает профессор Национального научного центра наркологии МЗ РФ Татьяна Агибалова. – Полный отказ от употребления алкоголя нередко пугает. По результатам мировых исследований, лишь 38% пациентов обращаются в наркологические клиники с целью полного отказа от употребления спиртного. Остальные готовы отказаться только на время, а в дальнейшем продолжать выпивать, но в рамках разумного. Для врача-нарколога такие полумеры означают, что лечение не помогло. Но что, если при этом пациент стал здоровее?
Согласно исследованиям, проведенным международной некоммерческой организацией «Кокрановское сотрудничество» и рядом европейских медицинских институтов, общие  показатели здоровья пациентов, употреблявших алкоголь в дозированных, постепенно снижающихся количествах, заметно улучшались.
– Параллельно при этой методике используется мотивационное интервью, – добавляет профессор Агибалова. –  Короткие консультации, во время которых выясняются причины, по которым пациент стал выпивать. При этом врач может не касаться напрямую проблемы его зависимости, и человек чувствует себя комфортнее. Посредством психологической помощи пациент сам решает бросить пить. Такой подход мы попробовали применить в нашем центре, результаты налицо.
Вспомогательным лекарством при этом служат антидепрессанты. Традиционные медикаменты исключают употребление спиртного – совмещая их с алкоголем, человек может здорово себе навредить. От рюмки-другой станет плохо, начнется тошнота, участится сердцебиение. При больших дозах спиртного все еще страшнее – сердце может вовсе не выдержать. С антидепрессантами такого риска нет.
– И все же не думаю, что такой подход эффективен для людей с тяжелыми формами алкоголизма, – возражает психиатр-нарколог психоневрологического диспансера Cеверской клинической больницы Наум Гольдберг. – Они себя контролировать не смогут, начнутся рецидивы. Здесь подходит только метод кодирования.
– Лечение алкоголизма – вопрос сложный, так что и простых решений здесь нет, – резонно заключает Владимир Менделевич. – Но новые подходы к лечению алкоголизма нужны. Возможно, вкупе со старыми.
В дальнейшем все эти проблемы специалисты обсудят также на совете ведущих наркологов России в Москве и постараются донести свои предложения до Минздрава.

Проблема алкоголизма в России на сегодняшний день крайне актуальна. По данным Минздрава, на наркологическом учете сегодня состоит свыше 3 млн человек, и около 2,5 млн из них – алкоголики.

25% пациентов с соматическими заболеваниями в стране, по данным медиков, нуждаются в наркологической помощи. Количество таких больных в томских клиниках составляет 10%.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

3 + 1 =