Живая легенда Асина

Александр Варламов – живая легенда Асина. Скажи ему об этом – посмеется. Даже возмутится. Начнет отнекиваться и вышучивать такой подход к его персоне. Но факт остается фактом – через жизнь Александра Гавриловича прошли многие значимые для Асиновского района события и люди. Стали частью его собственной судьбы. И сам Александр Варламов стал очень ценным для Асина человеком. Причем не только для его истории, но и для сегодняшнего дня. И для будущего тоже.

Александр Варламов – один из тех, кто делает Асино городом мастеров. Уже лет 30 он крепко держит марку мастерства и подлинного, живого творчества. Чем бы он ни занимался – созданием уникальных берестяных изделий или гончарным делом, его произведения не стали ширпотребом, аляповатой сувениркой, задача которой всего лишь в том, чтобы насытить прожорливый рынок. Руки Александра устроены так, что из них выходят изделия, может быть, не каждый раз поражающие воображение, но обязательно согревающие душу. Их хочется взять домой, поставить перед глазами, часто брать в руки, жить с ними в тесной близости как c самыми дорогими вещами. Те изделия, которые Варламов сейчас делает на гончарном круге, наполняют дом живой энергией, утешают и радуют человека, уставшего от безликости современного быта.

Слава берестянщика гремела

Александр Гаврилович в первую очередь ремесленник, и сейчас его ремесло – гончарное. Но многие в Асине знают его как мастера, долгие годы работавшего с берестой и получившего в этой области большое признание. Некоторые его изделия, созданные из бересты, – это произведения искусства. Они разъехались по всему миру, самые интересные хранятся в томских и асиновских музеях. А небольшую часть того, что он когда-то сделал, Саша хранит у себя дома.

Он не часто достает из шкафа свое «творческое наследие», говорит, что устал от бересты. Хотя в начале 2000-х слава Варламова-берестянщика гремела по всей Сибири. У него была собственная творческая мастерская, в которой он мог позволить себе экспериментировать с берестой, создавать не только утилитарные, пригодные в быту изделия, но и реализовывать сложные по сюжету и техническому исполнению фантазии. В его работах появлялись и начинали жить своей жизнью мифические существа: грифоны, сфинксы, богатыри, языческая богиня Макошь.

В серии работ под названием «Сказания Севера» Александр Варламов использовал так называемую дремучую бересту: довольно грубую, имеющую наросты, «шрамы», с трудом поддающуюся обработке. Как правило, такая береста имеет очень неровный цвет, точнее, множество оттенков того цвета, который мы привыкли считать «берестяным». Эти ее особенности дают мастеру шанс сделать что-то по-настоящему колоритное, непривычное, показать в своей работе разнообразие сибирской природы и подлинное величие тайги. Именно такие вещи, выходившие из рук Варламова, особенно ценили знатоки и любители берестяного творчества.

Но все проходит… Прошло и повсеместное увлечение берестой и производимыми из нее предметами для украшения быта. Уже мало кто готов платить большую цену за абсолютно уникальные, требующие долгой и сложной обработки берестяные «игрушки». Мир стремится к минимализму и простоте, поэтому многим сибирским мастерам пришлось отказаться от своего ремесла и уйти в другие сферы. А те, кто остался, свели производство к минимуму, сосредоточившись на сувенирах и мелких утилитарных изделиях.

Ремесло делает свободным

В молодости Саша Варламов много чем занимался. Работал на лесопромышленном комбинате в Асине. Устраивался берестянщиком в открывшуюся в конце 1970-х артель «Томский умелец» под крыло к Валерию Гужину и Владимиру Павлову. Открывал магазин и бильярдную. Становился владельцем компьютерного центра. Все отпало с течением жизни, осыпалось, как труха, ушло за ненадобностью. А ремесло осталось. Именно оно сейчас и кормит, и вдохновляет, и заставляет с интересом смотреть в будущее. Почему так? Возможно, потому, что именно ремесленная деятельность сделала Александра Варламова по-настоящему свободным. Ему всегда хотелось этой свободы, и он нашел ее в своей мастерской и в своем деле.

Но свобода – понятие недешевое. Чаще всего она требует от человека высокой платы. Десять лет назад Варламов решил стать гончаром. Бросить все, что умел и знал до сих пор, и начать совершенно новое дело, в котором не понимал ничего. Всему пришлось учиться с нуля и абсолютно самостоятельно: постановке рук на гончарном круге, движению глины, правильному нажиму на нее, владению не только механическим кругом, который управляется движениями ног, но и более сложным электрическим кругом… Да и про глину как таковую, про ее свойства и особенности Варламов ничего не знал. Поначалу думал, что можно поехать в первый попавшийся карьер, накопать глины и садиться гончарить… Много сюрпризов ожидало его на этом пути. Много препятствий и сложностей, с которыми он разбирается до сих пор.

– Я этим делом заболел в Горном Алтае, когда в 2008 году поехал туда в первый раз. Это была спонтанная поездка – утром позвонил сыну, спросил: «Поедешь на Алтай?» Сели в машину и поеха- ли. Приезжаю туда, а там все по-другому, чем в Асине. Каждой твари по паре, как в Ноевом ковчеге. И шаманы, и мелкие жулики, и люди, которые бросили все и приехали жить на Алтай, в том числе ремесленники. С одной из таких женщин я случайно познакомился в селе Сугул, где живет меньше ста человек. Она гончар-самоучка. Живет в деревянном доме, в центре которого стоит инерционный круг, который надо ногами пинать, чтобы он двигался. Когда я сел за этот круг и попробовал сам что-то сделать, у меня просто крышу снесло… Я вернулся в Асино, в то же лето сколотил ножной круг, поехал в лес, накопал глины и сел гончарить…

Кулайка – источник вдохновения

Гончарное дело не далось Александру Варламову просто так, только потому, что захотел попробовать новое. Это был риск – отказаться от устойчивого положения признанного берестянщика и рвануть в неизвестном направлении. Но с первых дней и до сих пор это дело наполняет его молодым любопытством. Хочется все узнавать, всему учиться, пробовать новое и радоваться самому, а не только радовать других плодами своего труда.

Александр учится до сих пор. Часто борется с сомнением и неуверенностью. Считает, что ничего не знает и что ему жизни не хватит, чтобы освоить производство керамики до конца, во всем его многообразии. На своем гончарном круге он делает удивительные вещи – красивые, изысканные, иногда необычные, но всегда нужные людям. Нашел свой стиль и свой символ – след от медвежьей лапы. Открыл студию гончарного ремесла «Медведь» в Асине. И ищет новые источники вдохновения.

Недавно таким источником для Варламова стала древняя кулайская культура. Александр Гаврилович в ноябре 2022 года был участником арт-резиденции Томского краеведческого музея в селе Подгорном Чаинского района. Именно там 102 года назад во время археологических раскопок на горе Кулайке были найдены первые бронзовые фигурки, принадлежащие к кулайской культуре. Это археологическая культура Западной Сибири, датируемая первым тысячелетием до нашей эры – первым тысячелетием нашей эры. И теперь на глиняных изделиях Александра Варламова стали появляться таинственные лики и сложные орнаменты, созданные по мотивам кулайской культуры.

СПРАВКА «ТН»

В конце 2022 года Александр Варламов получил звание народного мастера Томской области. И он действительно такой – народный.
То есть наш.

Автор: Ирина Корнева
Фото: Сергей Захаров

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.