Вклад томских ученых в Победу над нацистской Германией

Победа над врагом в вой­не добывается не только на фронтах: во многом общий успех зависит от состояния милитаризованной экономики и, конечно, от уровня мобилизации науки.  

Подвиг советских ученых в годы Великой Отечественной войны, работавших по всем научным направлениям – от математики до медицины, помог решить бессчетное количество чрезвычайно трудных задач, необходимых фронту, и тем приблизил конец войны.

 Главной помощью ученых стало проведение исследований, имеющих оборонное значение: поиски и конструирование средств защиты, научная поддержка промышленности, поиск и включение в производство новых сырьевых ресурсов.

 И наука не подвела страну. Наше оружие превзошло оружие врага. Созданные советскими учеными танки Т-34 и КВ превосходили лучшие немецкие образцы: за годы войны была значительно повышена прочность корпусов, уменьшен вес, улучшена маневренность. Артиллерийские системы стали обладать большей мощностью и скорострельностью. Советская авиация летала быстрее хваленого немецкого люфтваффе: к концу 1943 года скорость истребителей была повышена на 100 км/ч, а немецких лишь незначительно. Также разработки ученых помогли обеспечить оборонку сырьем и новыми материалами для производства взрывчатых веществ, качественной стали, синтетического каучука, лекарств, топлива…

Томск, ставший крупным промышленным городом буквально с первых дней войны, одновременно был и важнейшим за Уралом научным центром, на полигонах и в лабораториях которого ковалось оружие победы.    

Боевые идеи

В конце 1941 года в Томске, насчитывавшем в то время около 130 тыс. жителей, находилось около 900 профессоров и доцентов. По концентрации ученых и студентов Томск был одним из научных лидеров Советского Союза. И эта внушительная сила творческой интеллигенции по своему потенциалу могла на своих рабочих местах оказать серьезную помощь обороне. Но военное время потребовало иных форм организации научного поиска и целевой постановки задач. Прежде всего наука должна была максимально работать для фронта, выдавать готовые предложения, и для этого следовало найти решения сокращения цепочки «лаборатория – производство». Результат прикладных исследований должен был максимально быстро воплощаться в изделие или технологию.

Томские ученые сразу нашли форму синергетической работы. Буквально в первые дни фашистской агрессии в Томске зародилась патриотическая инициатива, отражающая специфику города как сибирского научного центра. Уже 27 июня 1941 года была сформирована первая в стране общественная организация для консолидации усилий ученых в интересах обороны и тыла – Томский комитет ученых (ТКУ). По словам профессора Бориса Токина, возглавившего комитет, патриотический порыв ученых Сибири создал свой штаб по мобилизации усилий ученых разных специальностей. Зачинателем этого движения стал старейший университет Сибири с его большим отрядом исследователей. В состав ТКУ вошли сотрудники практически всех научных организаций.

Удивительный феномен Томского комитета ученых при прочих известных и универсальных способах научного поиска был в том, что актуальные идеи и решения помощи фронту выдвигали ученые абсолютно разных специальностей коллективно, мозговым штурмом.

 Например, проблему замены импортных и дефицитных лекарственных растений дикорастущими в Сибири и снабжения ими гражданских и военных лечебных учреждений решали всем научным сообществом – от физиков Сибирского физико-технического института (СФТИ) до филологов учительского института. Как центр принятия решений комитет координировал усилия физиков, химиков, биологов, геологов, медиков, инженеров, патронируя самые важные на протяжении всей войны.

 Надо учесть, что большинство исследований приходилось проводить в условиях острейшего дефицита всего и вся, а значит, требовалось постоянно искать простые, но остроумные и неожиданные решения.

Сам комитет располагался в примечательном здании СФТИ, ставшего во время войны научным штабом патриотов – ученых Томска. Заседания проходили в кабинете директора института профессора Кузнецова, на них собирались директора и главные инженеры заводов, профессора томских и эвакуированных в Томск вузов. Здесь фактически ежедневно получали необходимые консультации специалисты эвакуированных предприятий города.

В практику было введено военно-научное шефство комитета ученых и отдельных ученых над предприятиями, чтобы они входили во все детали научно-технических нужд заводов, знали технологию процессов, помогали изобретателям и рационализаторам, выдвигали предложения с максимальным освоением мощностей заводов. Вопросы решались оперативно: к профессору Кузнецову пришли руководители завода «Шарикоподшипник» по проблеме изготовления штампа для сепараторов. «Танки стоят в Сталинграде без подшипников. Кроме СФТИ, никто изготовить не может, – писал позже Кузнецов. – В большом затруднении одни штампы СФТИ уже сделал. Благодаря этому выпускается 3 000 подшипников в день».

На войне как на войне

Особое место в работе ТКУ занимало выполнение прямых военных заказов для РККА. Профессор Томского индустриального института (ныне – ТПУ) Леонид Кулев выполнил спецзадание по созданию индикатора отравляющих веществ, который был взят на вооружение. Профессор этого же института Александр Розенберг и доцент Пентегов руководили производством боеприпасов, организованным на базе ТИИ.

В спецотделе СФТИ при ТГУ по заданию Артиллерийского комитета Главного артиллерийского управления Красной армии проводились работы по внутренней баллистике минометов, по определению оптимальной формы пули при сверхскоростях, по разработке новых дульных тормозов и баллистическому расчету орудий.

Под руководством профессора Владимира Кузнецова был выполнен ряд работ по исследованию бронепробиваемости, предложен новый метод, позволивший установить зависимость бронестойкости от механических свойств материала. Это помогло в создании специальных сталей для танков. Экспериментальные мастерские СФТИ изготовляли по заданию Государственного комитета обороны для военных заводов и артиллерийских полигонов специальные приборы: хронографы Буланже, динамометры для разрядки патронов, верификаторы для проверки хронографов, бомбы Вьеля для изучения порохов.

На всех фронтах был известен радиощуп, разработанный членами Томского комитета ученых Борисом Кашкиным и Павлом Одинцовым. Этот прибор получил высокую оценку в госпиталях – с его помощью хирурги находили и извлекали из тел раненых металлические осколки.

Томская группа ученых в секретной тюрьме НКВД (шарашка) занималась разработками бронебойных снарядов, корабельных пушек, реактивных снарядов, минометов с противооткатными установками, броневых башен.

 Важной для обороны была и работа по оптическим методам демаскировки, которая велась в ТГУ по заданию Инженерного комитета Красной армии.

По инициативе профессора ТГУ А.И. Купцова велась работа по культивированию коксагыза в Западной Сибири как сырья для замещения импортного каучука.

Особое значение имели работы профессоров ТМИ: усилия томских ученых были сосредоточены на изыскании новых эффективных средств лечения раненых, на предупреждении и лечении острых инфекционных заболеваний. Из 72 медицинских тем, имевших оборонное значение, девять были взяты под особый контроль как исключительно важные. Это работы светил отечественной и мировой медицины – профессора  А.Г. Савиных по совершенствованию методов хирургического лечения медиастенитов, профессора С.П. Карпова – по роли кровососущих насекомых в эпидемиологии туляремии, профессора Д.И. Гольдберга – по стимуляции заживления огнестрельных ран. Задача ответственнейшая, врачам в госпиталях необходимы были эффективные лекарственные средства (за годы войны было ранено почти 10 млн военных). 

 

Санитарная сумка из Сибири

Коллективы, руководимые профессорами В.В. Ревердатто, А.И. Купцовым, Б.П. Токиным, А.Д. Бейкиной (Сибирский ботанический сад), Л.П. Сергиевской (университетский гербарий), целенаправленно проводили работы по обеспечению фармакологических заводов лекарственным сырьем.

В числе прочего были найдены заменители экспортируемых из-за границы алкалоидов, глюкозидов. Был налажен синтез камфары из пихтового масла по методу профессора Николая Вершинина. Лекарственное средство оказалось более эффективным, чем зарубежные. На собрании ТКУ была одобрена инициатива сотрудников ботанических кафедр ТГУ по применению лекарственных растений, произрастающих в Сибири, вместо ранее ввозимых. В первую очередь было решено организовать заготовку белены, коры калины, водяного перца и кровохлебки в окрестностях Томска. К 1943 году заготовленного лекарственного сырья оказалось достаточно, чтобы «решать вопросы по обслуживанию Сибирью всей фармпромышленности СССР».

Важным направлением в работе ботаников ТГУ в годы Великой Отечественной войны было изучение бактерицидных свойств фитонцидов.

Эти вещества нашли широкое применение в госпиталях при лечении гнойных ран. Открытие Бориса Токина вызвало широкий резонанс не только в СССР, но и в других странах. С письмом к томскому ученому обратилась председатель Фонда Красного Креста «Помощь России» супруга английского премьер-министра Уинстона Черчилля госпожа Клементина Черчилль. Она, в частности, писала: «Я была бы очень благодарна, если бы вы могли сообщить мне подробности об этом замечательном новом средстве».

Перечень многочисленных результативных исследований займет не один десяток страниц. Всего за годы войны только под эгидой ТКУ было выполнено 1 607 работ для обороны страны. Интеллектуальный подвиг томской науки был высоко оценен государством. За вклад в дело победы девять томских профессоров были удостоены Сталинской премии еще в военное время, многие томские ученые получили правительственные награды.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.